ВШЭ: многочисленные кризисы хорошо закалили российский бизнес

Накопленный опыт позволил пройти через пандемию с минимальными потерями
Смягчить удар пандемии, по мнению авторов исследования, российским компаниям помог опыт переживания предыдущих кризисов /Максим Стулов / Ведомости

Прогнозы о полноценном выходе мировой экономики из кризиса в 2021 г. не оправдываются и это значит, что «правительствам нужно будет адаптировать свою экономическую политику к условиям более долгой рецессии», говорится в совместном докладе экспертов НИУ ВШЭ и РСПП «Оценка влияния кризиса, связанного с пандемией COVID-19, на отрасли российской экономики и их посткризисное развитие».

Серия углубленных интервью с руководителями компаний и бизнес-ассоциаций показала: российский бизнес пережил острую фазу коронакризиса в прошлом году в целом относительно неплохо. Некоторые компании даже стали богаче и сильнее. Так, фармацевтическая отрасль оказалась на пике роста внутренней добавленной стоимости (22,2% год к году). В химической промышленности добавленная сто­имость выросла на 6,2% год к году, в информационных технологиях – на 3,4% год к году.

Смягчить удар пандемии, по мнению авторов исследования, российским компаниям помог опыт переживания предыдущих кризисов. «Для предприятий всех секторов серьезным испытанием и уроком стал кризис 2014–2015 гг., – отмечают они. – Те компании, руководители и ­собственники которых извлекли уроки из прошлого кризиса, оказались лучше подготовлены к антикризисным действиям». Другими смягчающими факторами стали «интенсивное продвижение в применении цифровых технологий, развитии онлайн-форматов», наличие у предприятий запасов, позволивших нивелировать сбои в глобальных цепочках поставок, а также традиционный акцент на надежность поставок (пусть даже в ущерб эффективности), признаком чего может служить редкое применение отечественными предприятиями практики just in time.

Реакция крупных компаний на кризис в большей степени была связана с оптимизацией затрат, снижением издержек, усилением контроля за формированием цен в рамках кооперационных цепочек и повышением их надежности. Для относительно небольших компаний были характерны более решительные организационные инновации, быстрая адаптация номенклатуры выпускаемой продукции (услуг) к изменениям конъюнктуры.

Важную роль, разумеется, сыграли и правительственные антикризисные меры. «Кризис подтолкнул и компании, и государство к активному взаимодействию. Государство на федеральном уровне продемонстрировало способности разговаривать с бизнесом. Результатом такого взаимодействия стало оперативное решение ряда проблем отраслевого регулирования и смягчение отдельных ограничений», – говорится в исследовании. При этом его авторы предупреждают, что «вмешательство в ценообразование и усиление роли компаний с госучастием могут привести к негативным последствиям». Эти риски для экономики сегодня выходят на первый план, указывают они. Кроме того, указывается в докладе, продолжаются процессы поглощения перспективных компаний со стороны крупных компаний с госучастием, в связи с чем «возникают вопросы о возможных ограничениях для роста новых национальных чемпионов, о перспективах культивации нового бизнеса в крупных компаниях, о проблемах сохранения качества человеческого капитала в новых корпоративных рамках».

«В совместном докладе ВШЭ и РСПП много суждений, но мало цифр и доказательств, – критически замечает руководитель направления анализа и прогнозирования развития отраслей реального сектора ЦМАКП Владимир Сальников. – Например, сразу возникает вопрос: насколько усилились проверки компаний и административное давление? Это оценочное суждение или объективный факт? Бизнес всегда недоволен качеством и размером господдержки, всегда хочет получать больше денег и предоставлять минимум отчетности, но отчетность должна быть». При этом он соглашается со многими тезисами исследователей, в частности с тем, что «отраслевой принцип поддержки был не слишком хорошо проработан», а господдержка была направлена прежде всего на компании первого эшелона.

«Риски со стороны регулирования ценообразования действительно обоснованны, – соглашается с авторами исследования советник президента ЦСР Елена Разумова. – Подобные нерыночные инструменты могут привести к ухудшению финансового положения отрасли и даже к образованию дефицита на рынках конкретной продукции». Она напоминает, что риски усилились после того, как соглашения об установлении предельных цен на сахар были продлены до 1 июня, а на подсолнечное масло – до 1 октября 2021 г. Кроме соглашений также были скорректированы пошлины на ряд сельхозтоваров.

При этом, по мнению Разумовой, в этом году российская экономика, скорее всего, продемонстрирует относительно высокие темпы роста благодаря низкой базе прошлого, кризисного года, сохранению стабильных внешних условий (цены на нефть удерживаются выше $60 за баррель Brent) и лучшей эпидемиологической ситуации по сравнению со многими крупнейшими странами. «В обновленном апрельском прогнозе эксперты МВФ существенно улучшили прогноз темпов восстановления российского ВВП в 2021 г. – на 0,8 п. п. до 3,8% (выше темпы роста наблюдались только в 2012 г.), – напоминает она. – Даже наиболее консервативный консенсус-прогноз информационного агентства Bloomberg указывает, что медианный темп прироста ВВП России в 2021 г. составит 3%».

«Экономика, конечно, восстановится до докризисного уровня, но это не амбициозная задача: нужен взрывной рост, – утверждает советник уполномоченного при президенте России по защите прав предпринимателей, директор Института экономики роста им. П. А. Столыпина Антон Свириденко. – Однако пока специфических массовых программ, которые в перспективе 3–4 лет могли бы вывести экономику на взрывной рост, не представлено. Пока никаких факторов, кроме восстановления цен на сырье, не видно. Сельское хозяйство и продовольствие не смогут вытянуть постиндустриальную экономику на новый уровень».