Бизнес просит Минфин пересмотреть подход к расчету базы налога на сверхприбыль

Тема может быть поднята на встрече с Владимиром Путиным 26 мая, говорят источники
Министр финансов Антон Силуанов/ Евгений Разумный / Ведомости

«Деловая Россия» попросила Минфин более детально проработать методологию определения налоговой базы для расчета вводимого налога на сверхприбыль – так называемого windfall tax – и учесть инвестиции, сделанные компаниями в базисном периоде 2018–2019 гг. Об этом «Ведомостям» сообщили два источника, знакомых с текстом письма, направленного организацией в адрес замминистра финансов Алексея Сазанова 10 мая.

В текущей формулировке законопроекта «О налоге на сверхприбыль прошлых лет» под обложение подпадают не только организации, получившие дополнительную прибыль в силу благоприятной ценовой конъюнктуры, отмечают собеседники, знакомые с письмом. «Деловая Россия» обратила внимание, что у организаций, которые в 2018–2019 гг. более интенсивно, чем в периоде 2021–2022 гг., расходовали средства – в том числе на модернизацию предприятий, – прибыль базисного периода будет ниже, а значит, и сумма – выше. У компаний, осуществивших капитальные вложения в более ранние периоды с учетом длительности инвестиционного цикла, возрастет показатель прибыли за 2021–2022 гг. в связи с ростом производственных параметров. В обоих случаях организации будут вынуждены уплатить дополнительный налог от нормальной, а не сверхприбыли, передают источники содержание письма.

По их словам, в письме также обозначено, что при сравнении финансовых результатов за 2021–2022 гг. не с ближайшим периодом, а с периодом 2018–2019 гг. будут учтены доходы, связанные с объективным ростом экономики за последние пять лет – это в том числе естественный инфляционный рост. Поэтому «Деловая Россия» предлагает определять сверхприбыли на основе более сопоставимых периодов – например, как превышение показателя за 2022 г. над 2021 г. или как превышение среднего арифметического прибыли за 2021–2022 гг. над 2019–2020 гг.

Минфин выступает против корректировки текущей версии законопроекта, но позиция правительства по этому вопросу еще не выражена столь явно – это политический вопрос, который будет обсуждаться, говорит источник, знакомый с ходом дискуссии.

Ранее «Ведомости» писали, что Минфин направил в ведомства и деловые объединения законопроект «О налоге на сверхприбыль прошлых лет», а также поправки в ч. 1 и ст. 270 ч. 2 Налогового кодекса с просьбой согласовать до 10 мая. Получателями документа были указаны Минэкономразвития, Минпромторг, Минсельхоз, Минздрав, Минэнерго, ФНС, Счетная палата, Институт законодательства и сравнительного правоведения при правительстве, РСПП и «Деловая Россия».

Согласно законопроекту, ставку налога предлагается установить в размере 10% от суммы превышения прибыли за 2021–2022 гг. над аналогичным показателем за 2018–2019 гг. При этом в случае уплаты налога с 1 октября по 30 ноября 2023 г. бизнес получит «скидку» и ставка будет уменьшена в 2 раза – до 5%. Минфин планирует собрать с бизнеса 300 млрд руб. Как сообщал в конце января первый вице-премьер Андрей Белоусов, идея налога возникла из-за того, что у многих компаний финансовые результаты прошлого года «были сильно в плюс».

Представитель Счетной палаты сообщил «Ведомостям», что законопроект поступил, но не был рассмотрен в связи с необходимостью получения дополнительных пояснительных документов. Минфин и Минэкономразвития не ответили на запрос «Ведомостей».

Налог на модернизацию

В «Деловой России» около 130 предприятий подпадают под уплату windfall tax, сообщил «Ведомостям» президент объединения Алексей Репик. По его словам, многие компании вводили новые заводы в эксплуатацию в 2018–2019 гг., поэтому для них выплата может стать налогом на модернизацию. В этот период запускалось много новых технологичных производств в сфере химии, пищевой промышленности, машиностроения. Для них базисная прибыль будет нулевой, а значит, новые предприятия заплатят больше, чем те, кто планомерно работает давно и зависит от конъюнктуры, добавил он.

Формула расчета, которую предлагает Минфин сейчас, не соответствует логике стимулирования инвестиций, о которой говорят последние годы, отметил Репик. «Изначально планировалось, что это будет налог, связанный с конъюнктурными сверхдоходами, турбулентными завихрениями мировой экономики, которые в 2022 г. почувствовали себя намного лучше, чем обычно. Для компаний «Деловой России» прошлый год был не самый простой», – пояснил президент объединения. В 2022 г. от предприятий требовались новые инвестиции на замену европейских компонентов на азиатские и модернизацию производств, уточнил он. Кроме того, в ближайшие годы финансовые ресурсы предстоит направлять на создание новой экономики предложений. По словам Репика, изменить методологию можно путем вычета инвестиций из налоговой базы или предоставив компаниям альтернативу выбора – сравнивать прирост прибыли с 2018–2019 гг. или с 2019–2020 гг.

Замечание «Деловой России» в целом справедливо, считает партнер Б1 Марина Белякова. Хотя концепция сверхприбыли детально не регламентирована, можно предполагать, что речь идет о приросте в результате положительного изменения внешней конъюнктуры, например мировых цен на отдельные товары мировой биржевой торговли. В ситуации же, когда рост прибыли возникает из-за выхода проекта из инвестиционной стадии, такой результат не должен называться сверхприбылью, добавляет эксперт.

Исключения для компаний

Обязанность уплаты налога вменяется не только российским, но и иностранным организациям с постоянным представительством в России, следует из законопроекта. Под исключение попадут налогоплательщики, у которых среднее арифметическое прибыли за 2021–2022 гг. была менее 1 млрд руб. Также законопроектом предлагается освободить от уплаты налога компании, добывающие нефть, газ и уголь, нефтеперерабатывающие предприятия, производителей сжиженного природного газа с действующим производством и экспортом, а также всех участников реестра малого и среднего предпринимательства. Из налоговой базы предлагается исключить прибыль бизнеса, связанную с реализацией инвестпроекта в рамках соглашения о защите и поощрении капиталовложений, говорится в законопроекте.

Для некоторых инвесторов все же были сделаны исключения, напоминает партнер департамента налогов и права компании ДРТ Татьяна Кофанова. Например, от налога будет освобождаться прибыль от реализации соглашений о защите и поощрении капиталовложений (СЗПК). Но исключение не коснулось участников территорий опережающего развития и специальных экономических зон, добавляет Кофанова. Значит, компаниям, которые строили заводы, расширяли производство, инвестировали миллиарды в строительство, все равно придется заплатить налог на сверхприбыль наравне с остальными.

Донастройка режима на стадию инвестиционного цикла видится сложнореализуемой, считает Белякова. Это только один из примеров приведения ситуаций 2018–2019 гг. и 2021–2022 гг. в сопоставимый вид, а прописать все виды нормализации невозможно, так как у налогоплательщиков очень разные бизнесы, добавляет эксперт. Вывести идеальную формулу не получится, но вопрос о дополнении исключений прибылью от реализации инвестиционных соглашений рассмотреть можно, считает Кофанова. Сейчас также не урегулирован вопрос о перерасчете налога на сверхприбыль, добавляет она. Если обязательства по налогу на прибыль скорректированы, например, по итогам налоговой проверки, то возникает риск увеличения налога на сверхприбыль ретроспективно, отмечает Кофанова.

В расчете прироста прибыли действительно могла бы учитываться и инфляция, это предложение логично, говорит Белякова. Но при таком подходе для обеспечения ожидаемой суммы изъятий можно было бы ожидать более высокую ставку налога, поэтому результат для налогоплательщиков остался бы тем же.