Почему Южная Корея активизировала экономические отношения с Россией

Сеул готов к совместным проектам на $2 млрд и увеличению товарооборота в два раза
Дмитрий Магоня, управляющий партнер юрфирмы Art De Lex
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

На сентябрьском Восточном экономическом форуме президент Южной Кореи Мун Джэин озвучил новую экономическую инициативу – «Девять мостов развития», по которой в ближайшие три года планируется инвестировать в совместные с Россией проекты до $2 млрд. А в конце ноября посол республики в Москве У Юн Гын заявил о намерении увеличить товарооборот с Россией до $30 млрд к 2020 г. Что стоит за инициативами Южной Кореи?

Умиротворение соседа и любовь к рыбе

Еще в 2012 г. Южная Корея и Россия анонсировали масштабные совместные экономические проекты, однако затем геополитическая обстановка изменилась. И хотя Корея напрямую не присоединилась к санкциям США и ЕС, проекты были заморожены. Спустя пять лет отношения двух стран снова активизировались.

Сработало несколько факторов. Один из главных – Северная Корея, которую в понимании южных соседей нужно не столько запугать, сколько умиротворить. Поэтому Южная Корея заинтересована в строительстве транскорейской железной дороги, энергомоста через территорию КНДР (обеспечит поставки электроэнергии из России) и в других подобных проектах. Для нее это такой же вопрос безопасности, как наличие американской военной базы в Сеуле. Другой фактор – это особенности корейской экономики. Внутренний рынок давно насыщен, Южная Корея является одним из ведущих мировых экспортеров. Заморозив на несколько лет российское направление, она, похоже, больше не хочет игнорировать такой большой и платежеспособный рынок. Конечно, для нее это не вопрос выживания, но активного развития.

Свою роль играют также, как ни странно, особенности потребления и, в частности, корейской кухни. Корейцы очень любят морепродукты, которые вылавливают в том числе в российских территориальных водах. Но такая деятельность, откровенно говоря, велась на грани браконьерства. Сейчас рынок становится более цивилизованным, и корейцы готовы заплатить за право ловить рыбу в наших водах, инвестируя в развитие рыбоперерабатывающего кластера на Дальнем Востоке (в апреле корейская сторона подготовила инвестиционный проект рыбохозяйственного комплекса, а Росрыболовство подтвердило, что может выделить дополнительную квоту на добычу 3000 т минтая).

Большой путь

Проект «Девять мостов» включает в себя соответствующее число направлений: газовая промышленность, развитие железнодорожного сообщения, создание портовой инфраструктуры, электроэнергетика, Северный морской путь, судостроение, сельскохозяйственное производство, рыбное хозяйство и создание новых рабочих мест. По каждому пункту обеим странам есть что предложить друг другу. Например, Корее необходимо диверсифицировать поставки газа. Сейчас он поставляется в страну в основном с Ближнего Востока – не самого стабильного региона в мире. Россия (наряду с США и, возможно, в скором будущем – с Австралией) может стать для Кореи крупным поставщиком СПГ. Доля «Газпрома» на южнокорейском рынке в 2016 г. составила всего 7%, или 1,9 млн т СПГ. Долгосрочный контракт позволит увеличить поставки в 2-5 раз. Также обе стороны заинтересованы в развитии железнодорожных перевозок – как транзитных через Россию на заводы Samsung в Восточной Европе, так и контейнерных перевозок грузов Samsung до станции Ворсино в Калужской области, где расположены основные мощности корейской компании на территории России.

Но один из самых интересных и перспективных проектов – освоение Северного морского пути и создание портовой инфраструктуры, которая на российском Дальнем Востоке развита очень слабо. Сейчас Корея заинтересована в строительстве Дальневосточного зернового терминала в порту Зарубино (Приморск) – это один из приоритетных проектов Объединенной зерновой компании. А для развития Севморпути, который на 30-40% сокращает расстояние для перевозки грузов с Востока на Запад (путь от Владивостока до Санкт-Петербурга составляет около 14 000 км, а через Суэцкий канал – 23 000 км), требуется атомный ледокольный флот. Здесь Росатом способен предоставить силовые установки, а Корея, собственно, суда (в стране находятся две из трех крупнейших судостроительных компаний мира). Интерес к проекту проявляют Hyundai Heavy Industries, Daewoo Shipbuilding & Marine Engineering, Samsung Heavy Industries. Последние уже строили по заказу «Совкомфлота» челночные танкеры ледового класса Arc7, а в сентябре 2017 г. подписали основные условия создания СП по управлению проектами строительства арктических челночных танкеров с судостроительным комплексом «Звезда». С российской стороны в подобных проектах заинтересованы также «Газпром», «Роснефть» и «Новатэк», которые нуждаются в расширении танкерного флота. Плюс необходимо развивать портовую инфраструктуру Севморпути. После ее создания контейнерные перевозки через Северный Ледовитый океан должны стать таким же обыденным делом, как курьерская доставка в Москве.

Грабли

Россия – региональный лидер и гарант региональной безопасности. Ставя на Россию и Китай, которые поддерживают идею мирного разрешения северокорейской проблемы, Южная Корея в значительной степени балансирует американские методы силового решения (от удушающих санкций до военной операции). Однако парадокс российско-корейских отношений заключается в том, что политическая часть диалога традиционно оказывалась не скоординирована с экономической. И там, где Россия могла получить выгоды, она в лучшем случае не получала ничего. История вполне может повториться.

Российские территории опережающего развития на Дальнем Востоке, как и режим свободного порта Владивосток, создавались в условиях очень конкурентной среды Азиатско-Тихоокеанского региона. У корейского инвестора есть богатый выбор преференциальных режимов в специальных экономических зонах Китая, Вьетнама, да и самой Кореи. Да, Россия сделала многое, чтобы превратить Дальний Восток в «территорию особых инвестиционных правил», которая получила «особую модель контрольно-надзорной деятельности». Но, по мнению корейцев, главными препятствиями для инвестиционной активности продолжают оставаться бюрократия, коррупция, неразвитость инфраструктуры и неуважение к праву частной собственности. До сих пор южнокорейских инвесторов в регионе очень мало: всего девять организаций с долей менее 5% от общего объема инвестиций в российский Дальний Восток. Поэтому озвученные корейской стороной инициативы требуют всестороннего и сбалансированного развития отношений.

Мнения экспертов банков, финансовых и инвестиционных компаний, представленные в этой рубрике, могут не совпадать с мнением редакции и не являются офертой или рекомендацией к покупке или продаже каких-либо активов

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more