«Меры господдержки автопрома попали в точку»

Замминистра промышленности и торговли рассказывает, в чем государство помогает и будет еще помогать автопроизводителям
Заместитель министра промышленности и торговли Александр Морозов /Андрей Гордеев / Ведомости

Кризисы традиционно бьют по автопрому. В то же время у российских автопроизводителей богатая история поддержки со стороны государства. Весной, когда предпринимались основные антикризисные меры, правительство дополнительно выделило отрасли 25 млрд руб. (всего в 2020 г. – 56,1 млрд руб.). Деньги направили на традиционные программы стимулирования спроса: льготное автокредитование, автолизинг и опережающие закупки техники для государственных нужд. Минпромторг в июле также запустил программу поддержки операционного лизинга произведенных в стране автомобилей, по которой субсидируется 25%-ная скидка на авансовый платеж. Заместитель министра промышленности и торговли Александр Морозов рассказывает, что Минпромторг не просит денег сверх уже отпущенных, а предпочитает «выжимать дополнительную эффективность» из того, что есть.

– Как повлияет пандемия на автопром, как снизятся в этом году продажи автомобилей?

– В апреле – на самом пике пандемии – падение продаж автомобилей в России составляло 75–78% в зависимости от сегмента (легковые, грузовые, малотоннажные грузовые автомобили). На встрече с президентом 24 апреля отрасль дала консенсус-прогноз по году: снижение на 50% с возможностью вытянуть до минус 30%, если будут приняты активные меры поддержки. По итогам трех кварталов мы продали 1,15 млн автомобилей, сокращение рынка относительно прошлого года составило 13,6%. Но дальше сейчас прогнозировать, как вы понимаете, сложно.

– По сравнению с другими странами Россия как выглядит?

– Например, в Великобритании снижение продаж легковых автомобилей за три квартала 2020 г. составило 33,2%, во Франции – 28,9%, в Германии – 25,5%, Испании – 38,3%, Италии – 34,2%, Бразилии – 34,7%, Индии – 28,9%, США – 18,8%. По этому показателю мы со своим результатом ближе к Китаю, где продажи снизились на 12,4%. Это значит, что принятые меры поддержки попали в точку и средства были выделены в достаточном объеме. Пока мы идем лучше глобальных трендов. По продажам легковых автомобилей за три квартала мы занимаем 4-е место среди автомобильных рынков Европы (после Германии, Великобритании и Франции).

– Запрашивает ли Минпромторг в этом году дополнительные бюджетные средства на программы поддержки отрасли в связи с пандемией?

– Мы стараемся использовать принцип разумной достаточности. Из тех ресурсов, которые были найдены, мы выжимаем дополнительную эффективность.

Новые и старые программы

– Как оцениваете результаты новой, запущенной летом программы операционного лизинга «Доступная аренда» и когда будут выбраны все выделенные на нее средства – 2,5 млрд руб.?

– В условиях этой программы мы постарались учесть смежную с автопромом отрасль – производство телематического оборудования. Одно из условий участия в программе – необходимость оборудования машины российской телематикой. Сегодня как минимум три производителя этих систем (НПП «Итэлма», компании «Форт-телеком» и «Спецоборудование») имеют подтверждение соответствия продукции требованиям о стране происхождения (по постановлению правительства «О подтверждении производства промышленной продукции на территории Российской Федерации», № 719 от 17.07.2015. – «Ведомости»). Я думаю, что у нас основные сделки по «Доступной аренде» уже прошли в сентябре – октябре.

– Какие модели машин попадают в программу?

– Автомобили всех типов, удовлетворяющие требованиям по локализации в баллах: не менее 1400 баллов – для легковых автомобилей, не менее 1600 баллов – для грузовых автомобилей категории N3 (перевозят грузы весом более 12 т. – «Ведомости») и не менее 1500 баллов – для остальных типов техники. Среди легковых это все модели «АвтоВАЗа», Volkswagen Polo, Škoda Rapid, Hyundai Solaris/Accent, Hyundai Creta, Kia Rio, модели Renault – Arkana, Kaptur, Duster, Logan, Sandero.

– Балльная система оценки локализации – не поступают от производителей предложения по корректировке механизма?

– А как вы думаете? Есть, например, иностранный производитель, у которого мощности в Европе загружены на 40%. Он не хочет инвестировать в Россию, ему удобнее импортировать готовый автомобиль или двигатель, коробку передач. С точки зрения бизнеса это нормально. Но тут возникает вопрос целей государства. России нужны технологии и грамотные инженеры. Поэтому мы стимулируем приход на наш рынок инвестиций и технологий. Но предложения скорректировать механизм действительно поступают.

Локализация в баллах

С помощью баллов Минпромторг считает уровень локализации в России производства автомобилей, начисляя определенное их количество за каждый сделанный в России компонент. От количества баллов зависят размер промсубсидий для производителя, допуск к участию в госзакупках и другие льготы. Согласно презентации Минпромторга (есть у «Ведомостей»), легковой автомобиль в 2020–2021 гг. для получения производителем максимальных субсидий должен набрать минимум 1500 баллов, в 2022 г. – 2000 баллов, в 2023–2024 гг. – 2567 баллов и так далее до 5400 баллов в 2027–2028 гг.
В этом году производители еще получат 50% субсидий (общий размер которых для отрасли оценивается примерно в 200 млрд руб.) только за наличие заключенного специнвестконтракта (спик), который есть у всех основных производителей. Другую половину – пропорционально набранным баллам за локализацию относительно целевого уровня. В следующем году за спик дадут 25% субсидий, а с 2022 г. вся поддержка будет распределяться по локализации.

– Ну ведь производителям нужно исходить из условий рынка.

– И мы оставляем им простор для действий. Если брать легковой автомобиль, то по шкале локализации 719-го постановления он может набрать максимум 8800 баллов при условии, что все компоненты и сырье – российские, а компания инвестирует в НИОКР не менее 5% от выручки. Но нам достаточно того, что он к 2027 г. будет локализован на 5470 баллов, чтобы определенная доля компонентов и агрегатов или технологий осталась предметом интеграции в рамках международных цепочек поставок. Сегодня Lada Vesta уже набирает 3300 баллов, а, например, Hyundai Solaris – пока 1400–1500 баллов. Больше 1500 баллов набирают также Volkswagen Polo, Nissan Datsun (модель прекратят собирать на конвейере «АвтоВАЗа» в декабре этого года в связи с уходом из России суббренда Datsun. – «Ведомости»), Chevrolet Niva (переименована в Lada Niva после выкупа «АвтоВАЗом» доли GM в СП в декабре 2019 г. – «Ведомости») и почти все модели Renault. Автопроизводитель может сам решать, за счет каких локализованных компонентов или материалов набрать необходимое количество баллов. Эти правила едины для всех участников российского рынка.

– А как вы относитесь к предложениям по корректировке системы подсчета баллов? Готовы рассмотреть их или сразу «нет»?

– Кроме Минпромторга есть государственный научный центр – ФГУП НАМИ. Он, собственно, и занимается рассмотрением таких предложений. Но логика тут проста – количество баллов за локализованные агрегаты и системы определяется в зависимости от трех факторов: от добавленной стоимости, формируемой на территории РФ, от перспективности технологии и от критичности этой технологии для производства автомобиля. Если мы говорим о грузовиках, то представьте, что один производитель идет на локализацию в России кабины, а второй делает все: двигатель, трансмиссию, системы управления – но не делает кабину. Как думаете, кто из них наберет в этой системе больше баллов и кто считает российский рынок стратегическим?

– Но, скажем, для премиальных автомобилей важно, чтобы салон был комфортный и красивый. А значит, нужно локализовать производство сидений, элементов интерьера. (За сиденья начисляют 30 баллов, за рулевое колесо – 20, за обивку салона – 10.)

– Да, важно. Несколько международных производителей сидений организовали свое производство. Но премиальные автомобили рассчитаны на очень узкую категорию потребителей. А программы стимулирования спроса направлены не на тех, кто может себе позволить купить любую дорогую машину. Но важно и то, что наш рынок в конечном счете открыт для любой техники. А дальше, если хотите производить много, экспортировать, иметь хорошую себестоимость, то давайте делать технологии вместе. А нет – пожалуйста, мы не заставляем. Есть разные примеры поведения производителей. Hyundai начала строительство завода двигателей в Санкт-Петербурге. А компания Suzuki и не планирует локализацию в России. Но и те и другие имеют право продавать свои автомобили на российском рынке.

– BMW окончательно отказалась строить завод в России?

– Как и положено любой крупной компании, реализация проекта строительства российского завода BMW – это длинная история, триллер, я бы даже сказал (улыбается). Еще в 2015–2016 гг. руководители компании говорили нам, что решение практически принято. Но за это время Mercedes успел построить свой завод (завод был открыт в апреле 2019 г. – «Ведомости»). BMW продолжает напряженно думать об этом проекте, пересчитывать, сомневаться. А мы ждем.

Александр Морозов

заместитель министра промышленности и торговли
Родился в 1971 г. в Череповце. Окончил Саратовский государственный университет, аспирантуру Поволжского института управления им. П. А. Столыпина РАНХиГС, University of Northumbria at Newcastle (Великобритания), MBA
1999
начальник управления МТС «Северстали»
2002
коммерческий директор Заволжского моторного завода, директор по закупкам УАЗа
2005
гендиректор торгового дома «Северсталь-инвест»
2007
коммерческий директор «Евросибэнерго»
2009
директор департамента программ стимулирования спроса Фонда инфраструктурных и образовательных программ «Роснано»
2013
директор департамента транспортного и специального машиностроения Минпромторга
2015
заместитель министра промышленности и торговли
– Минпромторг с 2021 г. запустит программу поддержки производства автокомпонентов. Расскажите про нее подробнее.

– Министерство планирует софинансировать производство ключевых и перспективных технологических решений для компонентов автомобилей, сельхозтехники, строительно-дорожной техники совместно с ФРП. Речь идет о технологиях, описанных в том же 719-м постановлении. Отбор заявок на грант будет происходить на конкурсной основе, мы создадим специальный технический совет, который будет этим заниматься. Доля господдержки будет составлять около 30% от общего объема инвестиций в проект. Совокупный бюджет, включая инвестиции самих производителей по этой программе, оценивается более чем в 200 млрд руб. за 10 лет.

– Все-таки какие именно проекты смогут подать заявку на грант?

– Предлагаю дождаться самого нормативного акта. Но это могут быть проекты по производству компонентов для электротрансмиссии – редукторы, мотор-колеса, батареи; технологии машинного зрения – радары и лидары, видеокамеры. Также будут поддерживаться проекты, связанные с безопасностью пассажиров: производство активных и пассивных систем безопасности, различных датчиков. Технологические решения для автомобилей на водороде тоже предмет программы развития автокомпонентов и многое другое.

Дорогу беспилотникам!

– Как идут испытания беспилотного «Камаза»?

– Отличная машина. Я считаю, что «Камаз» очень много сделал для развития этого направления. Он изначально строил систему беспилотного вождения с учетом того, что протяженность дорог у нас в стране такая, что LTE, 5G-покрытие, да и вообще связь будет не везде. Нужно, чтобы сама машина думала быстро и тщательно, не зависала в отсутствие связи с «землей». «Камаз» сейчас испытывает беспилотник на разных промышленных полигонах. Испытания идут успешно. Кстати, «Ростсельмаш» тестирует беспилотный комбайн. Мое мнение: трактора и комбайны в первую очередь должны обзавестись беспилотной технологией. Поле – это простое пространство для беспилотников, и там это нужно больше, чем в городе. Кроме того, во время посевной кампании и уборки урожая сельхозтехника должна работать круглосуточно. Важен каждый час. Комбайн и трактор в первую очередь должны стать беспилотными.

С чем не согласны автопроизводители

Законопроект об «Автодате» разработала в этом году рабочая группа НП «Глонасс». Законопроект закрепляет основные термины и принципы передачи данных об эксплуатирующихся в России автомобилях в информационную платформу «Автодата». Оператора платформы правительство назначит отдельно. Предполагается, что данные будут передавать в платформу в обезличенном виде. На возмездной основе любая компания сможет получить доступ к данным и на их основе разрабатывать автомобильные сервисы: умный светофор, умная дорога, оценка качества вождения, прогноз поломок, умное страхование и др.
Против проекта сразу выступили Минтранс, «Яндекс», АО «Глонасс» (оператор российской системы экстренного реагирования на ДТП), «Камаз» и Volkswagen. «Ведомости» поговорили с представителями компаний. В «Яндексе» сказали, что проект пока не учитывает интересы всех участников рынка. «Камаз» считает законопроект нецелесообразным и видит риски монополизации рынка данных об автомобилях. Автопроизводитель не согласен также с условиями обязательности и возмездности передачи данных об эксплуатации транспортных средств (ТС). «Негативно относимся к возможной передаче информации о самих ТС, об эксплуатантах, перемещении ТС и иной информации в платформу «Автодата», – перечисляет представитель компании. На «Камазе» опасаются утечки персональных данных, коммерческих тайн, данных о контрактных взаимоотношениях и обременения автопроизводителей и эксплуатантов платной системой.

– Приходилось слышать, что обсуждаются две стратегии развития беспилотного транспорта. Одна предполагает развитие 5G и всей инфраструктуры V2X, а вторая исходит из того, что автомобиль может полагаться на машинное зрение – и этого достаточно. По какому варианту пойдет Россия?

– Мы считаем, что нужно всё. Наши дороги, конечно, должны быть оборудованы датчиками обледенения или температуры поверхности дорожного покрытия, которые позволят автоматически подстроить режим вождения автомобиля; в инфраструктуре должны быть датчики мониторинга ситуации на дорогах, которые могут заранее сообщить об аварии за поворотом трассы. Вторая группа взаимодействия, которую мы сейчас отрабатываем и под которую пишем программное обеспечение, – это канал «автомобиль – автомобиль». Эта связь убережет от аварий при встречном движении, при обгонах. И, наконец, автомобиль должен взаимодействовать с глобальной системой спутников для осуществления точного геопозиционирования. Эти стратегии должны быть реализованы в комплексе.

– Как государство помогает развивать технологии автономности и другие технологические решения в автопроме?

– Субсидируем сертификацию беспилотной техники. НАМИ в рамках госпрограммы помогает, так как сертификация – это дорогостоящий процесс. Кроме того, Минпромторг софинансирует соответствующие НИОКР. НТИ «Автонет», где Минпромторг является соруководителем, выдает гранты на разработку компонентов. Фонд развития промышленности – льготные займы под организацию их производства.

– Есть идеи поддержки производства беспилотников?

– Пока мы находимся в стадии испытаний беспилотников. До запуска производства нужно принять много законов: о самих беспилотных транспортных средствах, о регулировании движения с их участием, о правилах обмена информацией в процессе движения. Поэтому сегодня мы пока не говорим о поддержке рынка.

– Активно ли автоконцерны участвуют в разработке цифровых сервисов для автомобильной отрасли? Сейчас же обсуждается законопроект о создании платформы с автомобильными данными «Автодата».

– Hyundai, «АвтоВАЗ» инвестируют в эти решения, также «Камаз», группа ГАЗ; у компании «Соллерс» создано несколько специализированных «дочек», занимающихся телематикой, мобильностью и т. д.

– Некоторые автоконцерны уже выступили против проекта этого федерального закона.

– Мы его продолжаем прорабатывать совместно с отраслевым сообществом, по итогам этой работы, я думаю, будет сформирована единая позиция.

В текст статьи внесены изменения: уточнен общий размер господдержки автопрома в 2020 г.