Финансы
Бесплатный
Алан Гринспен

Страх подрывает восстановление американской экономики

Для довольно внушительного скачка прибылей компаний, наблюдавшегося в этом году, рост инвестиций в основной капитал оказался слишком незначительным. А в соединении с провалом, наблюдавшимся среди долгосрочных неликвидных вложений домохозяйств, получился тяжелый груз, помешавший экономическому восстановлению. Эти провалы – результат широко распространенного волнения среди частных инвесторов о будущем американской экономики – и именно они стали причиной того, что большая часть, если не все экономические стимулы просто распылились ни на что. Больше того, сама активность, с которой программы помощи вводились в действие, повлияла на общий рост нервозности.

Инстинктивная реакция бизнесменов и домохозяйств на неуверенность в завтрашнем дне проявлялась в отказе от тех действий, которые требуют четких прогнозов на будущее. Для нефинансовых организаций (на которые приходится добрая половина ВВП США), этот отказ лучше всего измеряется долей наличности, направленной на инвестиции в долгосрочные неликвидные активы. За первую половину 2010 г. эта доля снизилась до 79% - минимального уровня за последние 58 лет.

Одновременно рост количества ликвидных активов после банкротства Lehman Brothers был самым быстрым в послевоенной истории и достиг почти $400 млрд. К середине этого года общий объем ликвидных средств составил $1,8 трлн – самой высокой доли в общем количестве активов за последние 50 лет. Не будь этого разворота к наличности, темпы роста капиталовложений нефинансовых корпораций вдвое превысили бы скромный рост, который мы наблюдали в первом полугодии этого года.

В таких условиях рыночная премия (то есть величина, на которую среднерыночные ставки доходности на фондовом рынке превышают ставку дохода по безрисковым ценным бумагам) сильно выросла. По оценкам JP Morgan, на данный момент она находится на рекордной отметке за последние 50 лет.

Американские домохозяйства вместо того, чтобы тратить свои наличные на покупку неликвидных объектов жилой недвижимости и товаров длительного пользования, направили их на погашение кредитов и долгов. Коммерческие банки демонстрируют такое же снижение терпимости к рискам. Триллион долларов избыточных резервов ФРС остается нетронутым: банки не хотят зарабатывать на увеличении количества и объемов выдаваемых кредитов.

Весь этот активный рост неприятия неликвидных рисков во многом и объясняет анемичное восстановление экономики США.

В это время тяжелых потрясений нет ничего удивительного в том, что между монетарными властями и экономистами разразились настоящие баталии. Почти все согласны с тем, что поддержка банков с помощью Программы помощи проблемным активам и поддержка фондового рынка, которую осуществила ФРС, имели критическое значение в тот момент, когда все угрожало полным обрушением. Однако ведутся горячие споры о размерах бюджетного стимулирования экономики. С момента принятия в начале 2009 г. программы поддержки экономики размер бюджетного стимула, выраженный в снижении налогов и увеличении федеральных расходов, составил около $480 млрд. За тот же период совокупный дефицит инвестиций в основной капитал в частном секторе составил $325 млрд.

Большинство представителей бизнес-сообщества объясняют рост своей неуверенности снижением экономической активности, однако на самом деле эта неуверенность наблюдалась и тогда, когда началось восстановление экономики. Это объясняется полной реструктуризацией финансовой системы США и ростом дефицита федерального бюджета, которые, в свою очередь, создают опасения, касающиеся налоговых проблем в будущем.

Измерить можно только дефицит. За последние 40 лет инвестиции в основной капитал в виде доли от наличной денежной массы были обратно пропорциональны уровню дефицита бюджета к ВВП. При этом уровень дефицита опережал объемы инвестиций на 9 месяцев. Это позволяет предположить, что дефицит федерального бюджета в процентах от ВВП, который мы наблюдали в сентябре 2008 г объясняет по меньшей мере треть снижения объема капитальных инвестиций в начале 2009 г.

Неопределенный объем оставшегося снижения отражает прямой и непрямой эффект жизненно важного финансового посредничества. Потребуются годы, чтобы справиться со всеми тонкостями, прописанными в законе Додда-Фрэнка. Заложенные в них неопределенности будут препятствовать финансовым инновациям и сделают все правила, которые будут управлять будущими финансовыми рынками, слишком гипотетическими. Все это серьезно скажется на экономическом росте. Аналитикам теперь придется учитывать гораздо большее количество сценариев, которые могут сказаться на прибылях и повлиять на долгосрочные обязательства. Все это лишь нарастит премии за риски на неликвидные активы.

Главный вопрос в том, насколько должен сократиться дефицит и насколько должна снизиться скорость принятия новых законов, чтобы чувство страха у людей уменьшилось, и природные силы экономического восстановления взяли верх. Это процесс бы ускорился, если бы рыночные премии снизились, а цены на акции выросли. Это бы подтолкнуло вверх объемы прямых инвестиций, а также объемы потребительских трат. И экономический рост, наконец, приведет к снижению уровня безработицы.

Financial Times (FT.com)

Перевела Татьяна Сейранян

Автор - экс-председатель ФРС США.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать