Пока не пересмотрена модель еврозоны, перманентный кризис будет продолжаться

Перед греческим обществом стоит вопрос: попробовать оттянуть дефолт и остаться в еврозоне в обмен на списание 50% госдолга и привлечение помощи или обанкротится сразу. Правящие круги Греции, очевидно, сделали выбор в пользу первого варианта, и в обмен на принятие требований кредиторов правительству должны быть предоставлены очередные транши финансовой помощи, а государственный долг – реструктурирован. Но что это даст в долгосрочной перспективе кроме оттягивания дефолта еще на какое-то время?

Реструктуризация долгов не решает структурных проблем Греции и, если брать шире, еврозоны в целом, где за прошедшие 20 лет сложилась двухукладная экономика с ядром стран – производителей промышленной продукции и финансовых услуг и периферийными рынками сбыта. Модель экономического роста стран ядра еврозоны по существу ничем, кроме деталей, не отличалась от аналогичной модели, практикуемой в США еще с момента вступления Алана Гринспена в должность главы Федеральной резервной системы в 1987 г. Суть этой модели – в кредитном поддержании спроса. В США она воплощалась в непрерывном, в течение последних 30 лет, росте задолженности домохозяйств, драйвером которого был тренд на смягчение монетарной политики ФРС. Перепроизводство долга и риски, которые уже не могла брать на себя финансовая система, и породили кризис в американской экономике. В еврозоне – та же проблема, с той лишь разницей, что драйвером роста были не выросшие до неприличных размеров долги домохозяйств, а долги периферийных стран. Когда не так давно в Португалии правые и левые политические силы объединилась на демонстрациях под лозунгами, обвинявшими Брюссель в неоколониализме, они были не так уж далеки от истины.

Объединение европейских стран в монетарный союз не сгладило региональное разделение труда, а, напротив, еще больше дифференцировало его. Сняв все ограничения на трансграничное движение капитала, ядро ЕС обеспечило себе и приток инвестиций из периферийных стран, и рынки сбыта в этих странах. А что последние получили взамен? Можно сказать – возможности, которыми так и не сумели воспользоваться. Оказавшись в едином конкурентном поле с передовыми странами ЕС, они не смогли интегрировать свою промышленность в единый рынок: оказалось, что им просто нечего предложить на этом рынке. Доступ к дешевым кредитным ресурсам не смог компенсировать относительную отсталость менеджмента и более низкую квалификацию персонала. Многие малые и средние компании либо разорились в неравной борьбе с крупными корпорациями, либо встроились в их цепочки создания добавленной стоимости, при том что основными бенифициарами, получавшими сливки с создания ноу-хау и интеллектуальной собственности, оказывались страны ядра еврозоны.

Так страны периферии стали такими, какими стали – сервисными экономиками, в которых драйвером роста в предкризисный период была не промышленность, не рост производительности труда, а рынок недвижимости и государственные расходы. Суть долговых проблем еврозоны – в структурном кризисе, спровоцированном дисбалансом в развитии стран ядра и периферии; но ни там, ни там не осознается необходимость структурных реформ в целом. Создается впечатление, что основная политическая задача, которую ставят перед собой лидеры всех стран – как-нибудь пересидеть кризис. Однако, как и в случае с США, перед еврозоной стоит вопрос: что может стать тем драйвером роста, который снова запустит старую экономическую модель?

Еврозона, в отличие от США, может проявить известную гибкость – ради выхода из кризиса попробовать удалить из себя слабые периферийные звенья. Это не решит экономическую проблему еврозоны, связанную с исчерпанием драйверов роста, но решит проблему политическую, связанную с обостряющимися противоречиями между странами-кредиторами и странами-должниками, а также позволит перевести экономическую проблему долгового кризиса полностью в политическую сферу, сняв, таким образом, ответственность за кризис с регуляторов и финансистов. Однако «секвестирование» еврозоны будет переходом из одного кризиса в другой, причем, как ни парадоксально, периферийные страны, поначалу получив основной экономический удар от исключения из монетарного союза, в итоге могу оправиться быстрее, чем страны ядра. Для последних проблема исчерпания конечного платежеспособного спроса как драйвера роста в результате распада монетарного союза только обострится, и они могут оказаться ввергнуты в затяжную депрессию.

При беспристрастном, освобожденном от политических окрасок рассмотрении распад еврозоны не выгоден никому, и меньше всего – Германии, так что ее жесткая позиция в реальности оказывается самой слабой. В сложившейся ситуации единственный путь, необходимый для экспансии экономики еврозоны, – это масштабные, хорошо спланированные инвестиции в периферию с целью ее развития и нивелирования внутриевропейской региональной дифференциации. Периферийным странам нужна не жесткая экономия при списании долгов, которая ведет к тому, что спрос и ВВП падают темпами, пропорциональными сокращению госрасходов. Им нужна некая операция по превращению их долгов в инвестиции, которую на плановой основе должны осуществить и провести страны ядра под контролем Брюсселя. Однако создание соответствующих механизмов потребует большей централизации ЕС, над которой должны работать и политики, и экономисты.

Пока же в еврозоне, как ранее в США, наблюдается лишь стремление заменить один долги другими, да еще с помощью такого по своей сути маржинального инструмента, как европейский стабфонд, который не будет иметь доступа к ликвидности ЕЦБ и непонятно чем будет гарантировать долги на 1 триллион евро. В связи с отказом Китая инвестировать в фонд его перспективы становятся туманны, как и перспективы евровалюты. И даже если на этот раз очередное обострение долгового кризиса удастся погасить, решение, которое сейчас продавливается кредиторами периферийных стран, не преодолеет кризис полностью. Он не решит структурных проблем ни в экономике Греции, ни в других периферийных экономиках еврозоны. Эти проблемы не вчера возникли, они копились 20-30 лет и являются следствием недостатков всей модели европейской интеграции. Пока модель не пересмотрена и на ее место не предложено нечто иное, что способно жить и развиваться в современных условиях, перманентный долговой кризис в еврозоне будет продолжаться.

Автор - старший аналитик УК \"Атон-менеджмент\".

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать