Власти США раскрыли самую доходную инсайдерскую схему

По утверждению прокуроров, хедж-фонд SAC Capital Advisors заработал на инсайдерской торговле $276 млн; участником схемы мог быть основатель фонда и один из известнейших управляющих Стивен Коэн, которого порой называют Гретой Гарбо финансовых рынков
Прокуроры подбираются к Стивену Коэну
Scott Eells / Bloomberg

Власти США уже несколько лет ведут расследование случаев торговли с использованием инсайдерской информации, которое стало самым масштабным в истории индустрии ценных бумаг. С 2008 г. из 73 человек, которым были предъявлены обвинения в инсайдерской торговле, 69 были осуждены или признали свою вину. Тюремные сроки получили такие крупные фигуры, как основатель хедж-фонда Galleon миллиардер Радж Раджаратнам и бывший управляющий директор McKinsey, член совета директоров Goldman Sachs и Procter & Gamble Раджат Гупта.

Крупнейшая инсайдерская схема

Новые обвинения минюста касаются уже пятого бывшего сотрудника SAC Capital Advisors. И впервые прокуроры заявляют, что Коэн разговаривал с обвиняемым об акциях, с которыми производились незаконные операции.

Минюст вчера предъявил уголовные, а Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC) – гражданские обвинения управляющему портфелем Мэтью Мартоме, который работал в CR Intrinsic Investors – подразделении SAC. По данным следователей, Мартома получал секретную информацию от бывшего профессора неврологии Мичиганского университета Сидни Гилмана, который участвовал в тестировании нового лекарства от болезни Альцгеймера. Фонды под управлением SAC получили прибыль и избежали убытков в общей сложности на $276 млн, торгуя акциями фармацевтических компаний Elan и Wyeth Pharmaceuticals, которые разрабатывали лекарство. Коэн и Мартома купили их акции по рекомендации последнего и продали (а также открыли короткие позиции) после того, как Мартоме рассказали, что испытания лекарства прошли неудачно, утверждают прокуроры.

«Масштаб [незаконно полученных прибылей] поистине не имеет исторических аналогов”, – так охарактеризовал нарушения прокурор Манхэттена Прит Бхарара. Например, по данным обвинения, за семь лет за счет инсайдерских сделок с акциями более чем 10 компаний Galleon получил прибыль и избежал потерь на $63,8 млрд. В частности, благодаря информации, полученной от Гупты, фонд заработал и не потерял $23 млн.

Коэн – один из известнейших управляющих; с 1992 г., когда был основан SAC, среднегодовой доход фонда составил 30%. Состояние самого Коэна, согласно индексу миллиардеров Bloomberg, оценивается в $9,5 млрд.

В исках Коэн не называется по имени. Но в гражданском иске утверждается, что Мартома тесно работал с «управляющим портфелем А», который назван «владельцем и основателем» хедж-фонда. По словам людей, знакомых с ходом расследования, речь идет именно о Коэне, пишет The Wall Street Journal. В уголовном иске в том же контексте говорится о «владельце» хедж-фонда. Но ни Коэну, ни SAC обвинения не предъявлены.

“Для властей это существенный шаг вперед в поисках доказательств, которые, похоже, ведут к SAC, – прокомментировал Bloomberg Томас Горман, партнер по судебной практике юрфирмы Dorsey & Whitney. – Это также ставит вопрос о том, как в SAC устроены процедуры по соблюдению законов и насколько хорошо они отслеживаются».

«Коэн и SAC уверены, что действовали надлежащим образом и продолжат сотрудничать со следствием», – говорится в заявлении представителя SAC Джоната Гастхалтера.

Заработать на лекарствах

Мартоме предъявлены обвинения в сговоре, а также в мошенничестве с ценными бумагами. По данным прокуроров, профессор Гилман в течение полутора лет передавал Мартоме информацию о ходе испытаний лекарства от болезни Альцгеймера. В исках приводятся примеры переписки между Мартомой и «управляющим портфелем А», которые к июлю 2008 г. купили акции Wyeth и Elan более чем на $700 млн, поскольку ранее Гилман говорил, что испытания идут успешно. В июне компании сделали аналогичное публичное заявление, и их акции выросли.

Но 20 июля, после того как Гилман сообщил Мартоме о проблемах и переслал конфиденциальную презентацию, Мартома написал «управляющему портфелем А» по электронной почте, что им «важно» поговорить. В ходе состоявшегося затем 20-минутного разговора Мартома дал понять, что их торговая позиция его теперь «напрягает», говорится в иске SEC. На следующий день ведущий трейдер «управляющего портфелем А» начал продавать акции Wyeth и Elan. «Ему было дано указание делать это так, чтобы не возбудить ничьего подозрения ни внутри, ни за пределами хедж-фонда», – говорится в иске минюста.

Полностью продав акции Wyeth и Elan, фонды SAC открыли короткие позиции на миллионы акций этих компаний. После того как 29 июля были обнародованы данные о неудачных тестах, акции Elan обвалились на 42%, а Wyeth – на 12%, что позволило фондам, по утверждению властей, заработать еще $76 млн.

"Грета Гарбо финансовых рынков»

Основная часть прибыли, которую заработал Мартома, пошла Коэну, сказал WSJ человек, близкий к SAC. Из $14 млрд активов $8 млрд – это деньги самого Коэна, он получает 75% прибыли SAC от трейдинговых операций, говорит источник.

Как рассказал WSJ человек, знакомый с действиями правоохранительных органов, активное расследование в отношении Коэна началось в конце 2008 г., когда прокуроры получили разрешение судьи прослушивать телефон в его доме в Гринвиче, штат Коннектикут (этот город часто называют столицей хедж-фондов). Прослушка велась две недели, но неизвестно, дала ли она какие-либо результаты. По словам людей, знакомых с делом, в этом году SEC запросила у Коэна информацию по операциям, о которых идет речь в исках.

Коэн известен не только как финансист, но и как крупный коллекционер произведений искусства, от Ван Гога и импрессионистов до Энди Уорхола и Дэмьена Херста; только в первой половине 2000-х гг. Коэн с женой потратил на них $700 млн. Вот как в книге «Нулевые, или Десять лет безумия Уолл-стрит глазами очевидца» описывает Коэна и его влияние на рынок Рэндалл Лейн, издававший в 2003-2008 гг. популярный на Уолл-стрит журнал Trader Monthly.

“Стиви Коэн был загадкой, Гретой Гарбо финансовых рынков. Он никогда не говорил с журналистами, избегал инвестиционных конференций и вечеринок и обязывал сотрудников подписывать целые пачки документов о неразглашении внутренней информации. <...>

[Он] был своего рода капризом природы: сын портного и преподавательницы фортепиано, он еще мальчиком стал жадно поглощать и анализировать спортивную статистику и котировки акций, а старшеклассником ночи напролет просиживал за игрой в покер, делая ставки на сотни долларов. По складу ума он был совершенным трейдером: математический гений, думающий, как компьютер, способный выявлять рыночные закономерности и предвидеть движение цен, безошибочно чувствующий, как поведут себя толпы участников рынка, что веками отличало работавших в «яме» трейдеров. <...>

В обычный торговый день на команду Коэна из 200 трейдеров и аналитиков, разделенных на 40 торговых групп, приходилось 2% объема торгов на двух крупнейших биржах мира, NASDAQ и NYSE. Они покупали и продавали 20 млн акций в день.

Коэн, как пчелиная матка, сидел в центре этого улья, глядя на восемь экранов с информацией, а на него смотрела небольшая камера. Каждая рабочая пчела в SAC Capital на одном из своих экранов могла все время наблюдать за тем, что делает матка, и реагировать соответствующим образом. Коэн в фантастических объемах поглощал информацию, идущую как от его трейдеров, так и от огромного числа брокеров на Уолл-стрит. Он был одним из последних, кто, как это делалось ранее, платил брокерам полную комиссию за исполнение сделок. В 2004 г. он пустил на эти цели около четверти миллиарда долларов, хотя в большинстве случаев в этом не было никакой необходимости, так как электронная торговля вела к исключению посредника из процесса осуществления сделки. Но Коэн таким образом покупал то, что для него было важнее всего, – информацию. <...> И официанты с Уолл-стрит дрались за то, чтобы поднести ему первому на тарелочке интересную новость, слух или факт в обмен на миллион-два долларов, которые он оставит им на чай. <...>

Его влияние с точки зрения как объема проводимых сделок, так и репутации было столь велико, что он лично мог двигать рынок. Тем более что к нему тут же подключались подражатели, когда распространялась весть о том, что Стиви ведет игру. Согласно статье в журнале BusinessWeek в 2003 г. (это единственная толковая публикация о его хедж-фонде, которую я когда-либо встречал), одна операция Коэна заключалась в том, что его трейдеры продавали вкороткую небольшое количество акций какой-либо компании (по своему выбору), смотрели, как в игру включаются остальные участники, усиливая падение цены, а потом откупали подешевевшие бумаги. Другая операция предполагала массовую скупку на рынке всего и вся, что заставляло банки, которым всегда нужен запас акций, покупать их по более высокой цене (а трейдеры SAC их в это время уже продавали).

Невероятные заработки, степень влияния на крупнейшие фондовые рынки мира, незаметность – все это в среде наших читателей делало Стиви Коэна небожителем, подобным Элвису. Мы со своей стороны старались укрепить его популярность. Он стал лейтмотивом Trader Monthly. Мы упоминали его по тому или иному поводу в каждом номере. Для наших читателей Стиви Коэн был воплощением всего, к чему нужно стремиться”. (Цитируется по: Р. Лейн. “Нулевые, или Десять лет безумия Уолл-стрит глазами очевидца”. «Альпина бизнес букс», М.: 2011)

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать