Половинчатые меры – худшее, что можно сделать в пенсионной реформе

В чем слабая сторона России и чего нам всегда не хватало? В первую очередь последовательности действий, в том числе со стороны властей. И пенсионная реформа, к сожалению, наиболее ярко высветила эту проблему.

Вспомните 2008 г., когда стартовала программа государственного софинансирования пенсии. Среди работающего населения проводилась активная информационная кампания. Много говорилось о том, что теперь каждый сам способен улучшить свое будущее, сделать его более защищенным. Казалось, пенсионная политика наконец-то стала последовательной и долгосрочной. Но прошло четыре года – и вот новый сигнал со стороны властей: программа софинансирования не оправдала себя, равно как и накопительный компонент пенсии, который вообще следует сократить.

Но четыре года – не тот срок, по истечении которого можно судить об успехе подобной программы. Население только начало проявлять интерес к пенсионной реформе. Полагаю, что результаты 2012 г. подтвердят это. Ведь именно в текущем году особенно активизировались агенты НПФ, да и сами фонды заработали как нормальный институт. Поэтому с высокой степенью вероятности можно предположить, что по итогам уходящего года «молчунов» (граждан, накопительной частью пенсии которых управляет ВЭБ) окажется меньше.

Впрочем, в сегодняшней ситуации с пенсионной реформой прискорбно другое – потеря доверия. Ведь оно, как известно, по сути своей субстанция весьма хрупкая. Такой удар по доверию электората со стороны властей крайне нежелателен, да и просто губителен. Думаю, он окажется сильнее того экономического эффекта, который мы можем увидеть после отмены накопительного компонента пенсии. А эффект может состоять в том, что бизнес, особенно малый и средний, вновь уйдет в тень и будет, например, недоплачивать ЕСН.

Конечно, для такого шага со стороны властей есть объективные причины. В частности, уже сегодня возникает необходимость покрытия дефицита Пенсионного фонда. Однако эта проблема стоит более глобально. Дефицит ПФР отражает сложившуюся в стране демографическую ситуацию. Она вызвана как историческими факторами (наследие войны, кризисы и т.п.), так и недальновидной социально-экономической политикой, проводимой с 1990-х гг. В итоге власти сегодня должны либо в корне поменять концепцию пенсионной системы, либо продолжать развивать ее в текущем виде, покрывая дефицит ПФР из доходов от продажи энергоносителей и параллельно совершенствуя методологию инвестирования накопительной части, которая в долгосрочной перспективе даст мощную инвестиционную поддержку развитию экономики. Самое неправильное, что можно сделать в текущей ситуации, – это принять половинчатые меры. Они вызовут лишь раздражение у дееспособного населения, которое пока становится единственным ответственным за результаты незавершенной реформы.

Увы, но сегодня чиновники не готовы мыслить долгосрочно. На волне популизма они принимают не слишком продуманные краткосрочные решения. А ведь успешный управленец всегда планирует на пять, 10, 20 лет вперед. В этом плане пенсионная реформа – лакмусовая бумажка, демонстрирующая долгосрочность экономической политики страны. Еще один похожий пример – политика ЦБ РФ по ставке рефинансирования. Да, недавнее повышение ставки на 0,25%, возможно, поможет удержать инфляцию по итогам года. В то же время такой шаг идет вразрез с мировым трендом: сегодня ведущие регуляторы, напротив, удешевляют стоимость займов. Таким образом они поддерживают финансирование экономики, включая развитие малого и среднего бизнеса.

Основной вопрос состоит в том, чего мы хотим больше: красивого показателя по итогам года или шагов, которые скажутся на развитии страны в долгосрочной перспективе? Тем более что инфляция в России – это отражение неэффективности экономики. Ведь, к сожалению, значительная доля в повышении цен – это коррупционная составляющая.

Одна из важных проблем, волнующих сегодня экономистов, заключается в том, что в России до сих пор не сформировался внутренний инвестиционный потенциал, необходимый для нормального развития экономики. Мы практически не видим внутреннего инвестора. Предпринятые корпоративными инвесторами шаги по вложению средств на внутреннем финансовом рынке были нивелированы 2008 г. – компаниям понадобились деньги для собственного выживания. И это нормально. Однако инвестиционный потенциал мог бы быть замещен пенсионными деньгами – той самой накопительной частью пенсии.

Если мы посмотрим на ситуацию не только в России, но и за ее пределами, то увидим, что в мире существуют успешные примеры того, как развивающиеся страны стимулируют развитие внутреннего финансового рынка. Например, Польша и Чили. Сегодня это две мощнейшие по динамике экономики, которые демонстрируют колоссальный инвестиционный потенциал и активно развивают внутренний финансовый рынок, используя для этого в том числе локальный капитал – пенсионные накопления. Мы постоянно говорим о том, что в Россию нужно привлекать капитал, необходимо улучшать инвестиционный климат. Но пока мы не покажем, что страна готова инвестировать в собственную экономику, с мертвой точки сдвинуться будет непросто. Прямые пенсионные деньги, которые накоплены, скажем, в ВЭБе, должны инвестироваться на долгосрочную перспективу. Чтобы мы могли достичь состояния если не норвежского, то хотя бы польского пенсионного фонда, наша политика в области пенсионной системы обязана быть последовательной и жить не одно десятилетие.

Автор - генеральный директор \"Сбербанк управление активами\".

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать