Финансы
Бесплатный
Иван Чакаров

Будет ли слабый рубль способствовать импортозамещению?

Нехватка производственных мощностей и ограниченные возможности по повышению производительности труда снизят благотворное влияние ослабления валюты

В условиях санкций российским политикам приходится предпринимать усилия по импортозамещению, которые продемонстрировали бы возможность компенсировать воздействие санкций на экономику. Это воздействие постепенно проясняется, но, вероятно, будет довольно трудно разделить влияние санкций и множества других факторов, объясняющих замедление экономики России. Это замедление было вполне очевидно еще до активизации украинского кризиса в начале 2014 г. Несмотря на общее замедление экономике до сих пор удавалось избежать технической рецессии. Однако сейчас вероятность того, что это произойдет, увеличивается. В этой сложной обстановке правительство России все чаще акцентирует внимание на росте производства внутри страны и импортозамещении, которое рассматривается как способ противодействия санкциям Запада.

Фоном для введения антисанкций и курса на импортозамещение стало быстрое обесценение рубля, спровоцировавшее появление предположений о том, что слабая национальная валюта поможет стимулировать отечественное производство. Рубль пострадал, поскольку на фоне санкций усилился отток капитала из страны и ситуация для бизнеса стала слишком неопределенной. Тем не менее, ослабление национальной валюты может иметь положительный эффект, поскольку в результате повышается конкурентоспособность товаров местного производства на международном рынке. Таким образом, слабый рубль может стимулировать импортозамещение, причем именно в тот момент, когда политики начали приводить веские доводы в пользу наращивания внутреннего производства.

Чтобы оценить, действительно ли слабый рубль может поддержать местное производство, мы построили простую модель, которая увязывает относительную производительность труда и реальный эффективный обменный курс (РЭОК). Согласно экономической теории, в соответствии с моделью Балассы-Самуэльсона, динамика РЭОК должна соответствовать динамике относительной производительности труда; иными словами, валюта страны укрепляется по мере того, как растет производительность в экспортном секторе ее экономики по сравнению со странами - торговыми партнерами. Однако если реальный эффективный обменный курс укрепляется больше, чем это оправдано различиями в уровне производительности, страна теряет внешнюю конкурентоспособность.

Мы считаем, что за последние 15 лет РЭОК рубля укрепился гораздо больше, чем это оправдывал бы рост производительности труда. Это подрывает внешнюю конкурентоспособность России и, в конечном счете, приводит к тому, что импортировать товары становится выгоднее, чем производить их внутри страны. По нашим оценкам, за период с 1999 по 2014 гг. относительная производительность труда в России выросла в 1,6 раза, в то время как РЭОК - в 2,1 раза, что указывает на значительную потерю внешней конкурентоспособности и проявляется, в частности, в быстром сокращении профицита счета текущих операций в этот период. (Интересно отметить, что разрыв между этими двумя показателями обнаруживается - и начинает нарастать - примерно с 2004 г., когда мир вошел в многолетний цикл растущих цен на нефть; так что соображения о том, что именно «голландская болезнь» сдерживала ненефтяной экспорт, не лишены оснований.) Менее конкурентоспособная валюта поощряет импорт, который растет более быстрыми темпами, чем экспорт. В результате профицит счета текущих операций России неуклонно снижался - с почти 20% ВВП в конце 2000 г. до примерно 2,5% ВВП в настоящее время.

Таким образом, ослабление рубля является одним из способов закрыть разрыв между РЭОК и производительностью труда и тем самым стимулировать внутреннее производство. Закрыть этот разрыв можно двумя способами - повышая производительность труда внутри страны или продолжая ослаблять валюту. Первый способ может быть лучшим решением проблемы, но на это потребуется значительное время. К тому же рост производительности может сдерживаться из-за структуры экономики (мы вернемся к этому вопросу ниже). Другой способ сократить разрыв - понизить курс валюты - реализовать легче.

Этот способ понятнее политикам, и они недавно показали удивительную терпимость к ослаблению рубля. В последние месяцы он обесценивался непропорционально быстро - возможно, именно из-за того, что в понимании властей экономике нужна слабая валюта, которая бы действовала как стимул для наращивания производства внутри страны и импортозамещения. По этой причине курс на более слабую валюту традиционно поддерживает Министерство экономического развития. Министерство финансов, как правило, выступало в поддержку более сильной валюты: она содействует притоку прямых иностранных инвестиций и отвечает задаче создания международного финансового центра в Москве. Однако в последнее время, в условиях все менее устойчивого роста ВВП, Минфин, возможно, также находит больше преимуществ в слабой валюте: рост номинированных в рублях доходов от экспорта нефти помогает достичь бюджетных целей. ЦБ, на наш взгляд, не был сторонником одной из двух точек зрения и последовательно утверждал, что обращает внимание на обменный курс только в той степени, в какой он влияет на достижение его целей по инфляции.

Мы полагаем, что власти будут продолжать реализовывать этот сценарий до тех пор, пока из-за обесценения валюты не произойдет внезапное и значительное смещение от рублевых розничных депозитов к валютным.

Терпимость властей к более слабому рублю может быть (по крайней мере частично), связана со структурными изменениями в поведении домохозяйств, отмечающимися в последние приблизительно пять лет. Начиная с 2009 г. российские домохозяйства стали гораздо менее чувствительны к значительным колебаниям валютных курсов: изменения доли валютных вкладов населения не привязаны к ослаблению рубля. Сходная тенденция проявляется и в корпоративном секторе, хотя и в меньшей степени. На наш взгляд, подобное снижение чувствительности к колебаниям рубля достигнуто, главным образом, благодаря успешной коммуникационной стратегии ЦБ, которую он реализует со времен кризиса 2009 г., когда ему пришлось пересмотреть свои взгляды на денежно-кредитную политику.

Одним из важных ограничений в реализации такой стратегии (иметь слабый рубль, чтобы поощрять импортозамещение) может стать отсутствие свободных ресурсов, которые могли бы быть задействованы для наращивания производства. Даже если привлекательность производства внутри страны вырастет из-за ослабления рубля, производители смогут воспользоваться этим преимуществом лишь в той мере, в какой они не связаны с ограничениями потенциала для роста. Экономика России, похоже, уже сегодня работает на предельных для нее уровнях загрузки производственных мощностей и производительности труда. Коэффициент использования производственных мощностей почти достиг уровня бума 2006-2007 гг. Наиболее серьезным сдерживающим фактором может стать нехватка рабочей силы: доля занятых достигает почти 90%, при том что уровень загрузки мощностей в промышленности также очень высок и достигает 75%. Примечательно, что часть предприятий отмечают перепроизводство в своем сегменте, при том что производительность труда достигла исторического минимума; они также предполагают, что увеличение производства в текущих уровнях может быть непростой задачей.

Подводя итог, мы видим, что ослабление рубля является необходимым, но далеко не достаточным условием для успешного импортозамещения. Нехватка производственных мощностей и ограниченные возможности по повышению производительности труда будут сдерживающими факторами, которые снизят благотворное влияние ослабления валюты. Это структурное ограничение может быть снято только за счет достаточного притока частных и государственных инвестиций. Только в этом случае экономика сможет в полной мере использовать потенциальные возможности, которые создаются за счет ослабления валюты, и объемы внутреннего производства начнут расти. Текущая ситуация довольно сильно отличается от той, что мы наблюдали во время суверенного кризиса в 1998 г. и мирового кризиса 2008 г., когда значительное снижение РЭОК произошло на фоне низкой загрузки производственных мощностей. Тогда это дало возможность в течение ряда последующих лет наращивать производство и стимулировало рост ВВП. В текущей ситуации из-за очевидных ограничений для роста производительности даже значительное снижение РЭОК может не создать импульса для роста производства внутри страны в краткосрочной перспективе, следствием которого могло бы стать успешное замещение импорта. Стратегия слабого рубля в принципе может быть успешной и запустить механизм самоусиления экономики - но только в том случае, если она проводится в сочетании с политикой стимулирования инвестиций в развитие производственных мощностей и повышение производительности труда.

Автор - главный экономист по России Citigroup

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать