Финансы
Бесплатный
Мари Месропян
Статья опубликована в № 3952 от 03.11.2015 под заголовком: Биржевой светофор: красный, черный, зеленый

Отчего участились сбои на бирже

Московская биржа обновляет систему и оборудование, но закончит реформы только к 2017 году

Биржа предпочитает называть сбои «техническими инцидентами», а сбой – в ее терминологии – только инцидент, который привел к остановке торгов. В этом году таких инцидентов было рекордное количество. С начала года по 26 октября биржа сообщила о 13 инцидентах, которые коснулись участников рынка, из них восемь привели к остановке торгов. В прошлом году биржа останавливала торги 4 раза.

На самом деле таких инцидентов намного больше (см. график), но с большинством из них биржа справляется незаметно для рынка. Московская биржа разделяет три типа инцидентов: зеленая линия – те, что биржа исправила сама и которые не отразились на рынке, черная – более серьезные инциденты, красная – те, которые привели к остановке торгов.

Количество сбоев стало расти со II квартала 2014 г., следует из предоставленной биржей статистики с момента объединения ММВБ и РТС в Московскую биржу в 2012 г. В это время биржа начала большие обновления. «Это [рост числа сбоев] связано с тем, что одновременно стали обновлять систему и железо», – объясняет человек, близкий к бирже.

Нет готового решения

«У ММВБ и РТС была совершенно разная IT-архитектура и обе были созданы в 1990-е гг. После объединения была очевидна необходимость их совершенствования, так как резко возросли объемы торгов», – говорит президент IBS Group Анатолий Карачинский, член наблюдательного совета биржи.

«Новая IT-стратегия биржи разрабатывалась после объединения ММВБ и РТС. Существовавшие на биржах платформы не предназначались для совместной работы и в целом требовали существенной модернизации. С момента объединения Московская биржа инвестировала в IT-стратегию 6,3 млрд руб., в следующие три года вложит еще более 9 млрд руб.», – добавил председатель правления биржи Александр Афанасьев.

Реализация стратегии предполагает достижение коэффициента доступности торгов (какую часть времени биржа доступна для торгов) до 99,98% – это очень хороший показатель, который был у нас в прошлом году, в этом году он будет ниже, признался Афанасьев: при этом торги на различных платформах биржи идут 37 часов в сутки – это самый долгий в мире период ведения торгов.

Рассматривалось несколько путей модернизации платформы после объединения, продолжает Афанасьев: приобретение готового внешнего решения, собственная разработка новой системы и адаптация действующих. Изучение существующих на международном рынке продуктов показало, что они не подходят, рассказывает Афанасьев. «Ввиду широкого набора торгуемых продуктов и особенностей нашего рынка и бизнес-процессов, которые мы поддерживаем, все внешние решения требовали очень масштабных доработок. Мы покрываем пять основных классов активов: классические биржевые – акции и деривативы, а также облигации, репо и валюта – на многих рынках эти инструменты торгуются исключительно на внебиржевом рынке», – объясняет он.

«Бирже приходится перестраивать систему небольшими шагами и попутно работать над возникшими ошибками: на построение системы с нуля нужно три года – столько времени у биржи нет, поэтому приходится делать поэтапные изменения. Более того, и найти человека, который смог бы создать новую платформу, очень сложно: у нас в России таких пять человек», – говорит Карачинский.

Где зарождаются ошибки

Самые значительные изменения касаются разделения торговли и клиринга, этот процесс биржа начала в 2015 г. «Львиная доля ошибок происходит в клиринге – это сложная система, в которую постоянно вводятся изменения, после разъяснений ЦБ меняются правила расчетов, и из-за этого приходится останавливать торги», – говорит Карачинский. После разделения остановок торгов не будет, уверен он: «Ошибки в клиринге будут вылечиваться незаметно ни для кого».

По данным биржи, из-за ошибок в клиринговом модуле в этом году было четыре сбоя, как и в прошлом году. «Московская биржа использует уникальную модель риск-менеджмента в реальном времени – риск рассчитывается еще до принятия заявки, и если его значение превышает обеспечение участника, то заявка отклоняется. Это, конечно, сильно усложняет технологию», – рассказывает управляющий директор по информационным технологиям Московской биржи Сергей Поляков.

На других биржах – LSE, Deutsche Boerse, Eurex иная система: риск рассчитывается после заключения сделки или в конце торгового дня. «Наша система управления риском – это единственная в мире проактивная» система проверки заявок на обеспечение в реальном времени. Биржа предоставляет прямой доступ как крупным банкам, так и маленьким брокерам, широко применяется возможность работать клиентам напрямую. В отличие от типичного западного рынка, доступ к которому проходит через ограниченное число крупных участников, наш рынок гораздо более доступен и демократичен», – объясняет Афанасьев. «Обратная сторона медали – очень сложная технология и необходимость останавливать торги в случае неполадок в клиринге. Типичная американская биржа даже не будет знать, что в клиринге неполадки, до конца дня. Мы работаем над разделением торговой и клиринговой платформ и планируем его завершить к концу 2016 г. По статистике этого и предыдущего годов, совмещение торгов и клиринга было причиной 3–4 сбоев в год», – добавил Поляков.

Максимальная производительность торгово-клиринговой системы срочного рынка выросла в 2015 г. до 96 000 транзакций в секунду – в 2,5 раза больше, чем годом ранее, это один из лучших показателей в мире, приводит данные Поляков: на валютном и фондовом рынках максимальная производительность – 30 000–35 000 транзакций в секунду, со скоростью обработки каждой транзакции около трехсот миллионных секунды, что соответствует уровню других крупных бирж. «К сожалению, часто достижения по развитию производительности системы заслоняются инцидентами с остановками торгов, которые у нас действительно участились, преимущественно из-за темпа внедрения новых услуг и сервисов», – говорит он.

«Московская биржа очень активна в вопросе внедрения новых продуктов: многие придумывает сама, другие от нее требует бизнес, Минфин или ЦБ. Риски сбоев из-за этого и растут», – добавил человек, близкий к бирже. «Когда мы завершим программу разделения систем на независимые модули, мы получим возможность клонировать торговые ядра и проводить торги отдельными инструментами (бумагами) на отдельных ядрах. Это нам позволит, с одной стороны, сбалансировать нагрузку, а с другой – в случае отказа одного из ядер торги остановятся только на инструментах на этом ядре», – говорит Поляков.

Биржа сделала вывод. Из-за участившихся сбоев наблюдательный совет решил затормозить разделение торговли и клиринга на валютном и срочном рынках, которое биржа собиралась произвести до конца года, говорит человек, близкий к бирже. «Руководство биржи после консультаций с советом биржи решило скорректировать план выхода релизов до конца года и сконцентрировать ресурсы на проектах по повышению надежности и стабильности работы IТ-инфраструктуры компании», – подтвердил Поляков, подчеркнув, что со сбоями это не связано. По его словам, речь идет не о новых продуктах, а скорее о доработке действующего функционала и развитии систем (см. врез).

Когда стакан перевернулся

Вторая причина сбоев в этом году, продолжает Поляков, – аппаратная ошибка («поломка в оборудовании или инфраструктуре, например в сети, не связанная с нашим программным обеспечением»). Это тоже издержки совершенствования инфраструктуры. «Полтора года назад биржа ввела политику обновления аппаратного парка, – рассказывает Поляков. – К концу 2016 г. у биржи не будет оборудования старше трех или пяти лет в зависимости от его типа. В процессе замен не все элементы стали работать друг с другом штатно, что было невозможно не только предсказать, но даже обнаружить заранее».

Что отложено

«На срочном рынке запланирована модернизация алгоритма расчета рисков опционов перед автоэкспирацией, планировалось выделение биллингового модуля из ядра торговой системы (это позволит предлагать клиентам более разнообразные конфигурации тарифных планов), на валютном рынке планировалась реализация сегрегации до конечного клиента (т. е. его полная идентификация), а также доработки в системе риск-менеджмента с целью унификации подходов с фондовым рынком», – перечисляет Поляков. Из «важных технологических задач» биржа, по его словам, планирует «реализовать разделение торгово-клиринговой системы на торговый и клиринговый модули, оптимизировать количество позиций по инструментам, что позволит повысить производительность и устойчивость системы в целом. Также запланированы доработки функционала участников торгов и участников клиринга в рамках проекта по разделению статусов участников».

Третья причина сбоев в этом году – ошибка в торговом ядре, связанная с обновлением версии торгово-клиринговой системы: это то, что случилось 21 сентября на срочном рынке (тогда трейдеры жаловались, что видели «перевернутый стакан»). Произошла ошибка в коде по разделению торгово-клиринговых процессов, которую биржа не смогла выявить ни при тестировании, ни за две недели эксплуатации, говорит Поляков.

«Сбои раз в квартал пережить можно. Но в этом году очень сложное время: в конце августа – сентябре было много новостей, которые должны отыграть участники рынка. Особенно это влияет на высокочастотных алготрейдеров, для которых цена сбоя традиционно высока», – говорит управляющий директор по работе с институциональными и алгоритмическими клиентами «Ай ти инвеста» Юрий Маслов. «Мы понимаем ошибки в системе, но самое обидное, когда сбоит железо. Возможно, с переходом в новый дата-центр Dataspace, куда биржа установила новое оборудование, эта проблема исчезнет», – надеется руководитель управления эксплуатации торговых систем «Финама» Дмитрий Анциферов.

Есть ощущение, что сбои стали происходить чаще с середины 2013 г., когда ЦБ стал мегарегулятором и задал темп на финансовом рынке – стал предъявлять новые требования, которые надо удовлетворять, продолжает он: но система была рассчитана на одно количество данных, а сейчас из-за возросших требований нагрузка больше. «Более того, вся IT-структура Московской биржи работает в жестком режиме и может попросту не хватать человеческих ресурсов», – добавил Анциферов.

Карачинский считает, что бирже следует увеличить инвестиции в IT и нанять больше людей. «Никакие изменения не проходят безболезненно, поэтому возможность сбоев остается всегда. Но они сократятся: во-первых, при разделении клиринга и торгов, во-вторых, после переезда в новый дата-центр уровня Tier III», – уверен он.

Проще смириться

После многочисленных сбоев ЦБ сообщил, что внимательно следит за ними и может принять меры надзорного характера. Особенно ЦБ заинтересовался жалобами про «перевернутый стакан» (некорректное отображение данных. – «Ведомости»). Сама биржа такого не видела. «У нас никаких причин полагать поток рыночных данных из ядра был поражен. Из этих рыночных данных собственный софт участников уже выстраивает, «рисует» образ стакана», – говорит Поляков.

«По закону обращение должно быть рассмотрено в течение 30 дней с момента получения. По итогам рассмотрения гражданину направляется разъяснение о его правах и обязанностях, а при наличии оснований применяются меры надзорного реагирования в отношении участника рынка – выдача предписания, наложение административного штрафа», – ответил представитель ЦБ на запрос «Ведомостей».

«Я не помню прецедентов, когда биржа компенсировала убытки из-за какой-либо нештатной ситуации. Дело в том, что заявители никогда не могут убедительно продемонстрировать своих потерь от торговли в связи с нештатной ситуацией на бирже», – добавил Афанасьев.

«Биржа использует остановку торгов в случае критичных сбоев, чтобы минимизировать число потенциально спорных ситуаций. Инвестору легче смириться с упущенной прибылью, чем оспаривать результат совершенной сделки. И участнику торгов – брокеру – легче объяснить это инвестору», – говорит гендиректор брокера «Финанс-инвест» Евгений Морозов. Согласно договору с брокером биржа вправе останавливать торги в чрезвычайных ситуациях, которые определяются ее внутренними документами, продолжает он: взаимная ответственность биржи и брокера формулируется в достаточно общих словах и определяется решениями, которые принимаются также на основе внутренних документов биржи. «То есть де-факто биржа оставляет себе весьма широкую свободу маневров, при том что благоразумный участник торгов вряд ли будет решать даже самые острые ситуации в юридическом поле или даже просто в публичной форме», – говорит он.

Закон не предусматривает ответственности биржи непосредственно за факт наступления технического сбоя, объясняет регулятор: «По закону он [организатор торговли] обязан уведомить Банк России и других контрагентов о приостановлении/прекращении и возобновлении торгов. В случае нарушения требований к раскрытию информации (в том числе о техническом сбое) Банк России вправе применить меры надзорного реагирования. Также он осуществляет контроль за управлением биржей операционным риском, к реализации которого относятся и технические сбои», – сообщил представитель ЦБ.

Согласно положению ЦБ, приостановление торгов из-за технического сбоя как таковое не является основанием для привлечения биржи к ответственности, поскольку правила проведения торгов предусматривают возможность таких сбоев, срок и порядок раскрытия информации и совершения иных действий в этой связи, говорит партнер юридической компании "Линия права" Олег Бычков: «Таким образом, если биржа соблюдает вышеуказанный порядок действий в случае технического сбоя, оснований для привлечения ее к ответственности не возникает». В то же время очень продолжительный сбой или наличие регулярных сбоев вкупе с отсутствием попыток биржи разрешить эту проблему, вероятно, может привести к вынесению ЦБ предписаний об устранении причин, которые к ним приводят, рассуждает он, и в случае невыполнения биржей двух и более таких предписаний ЦБ вправе привлечь ее к административной ответственности и отозвать лицензию. «Однако, принимая во внимание, что Московская биржа активно сотрудничает с Банком России по вопросам устранения технических сбоев, а также проводит активную модернизацию своих программно-технических систем, вероятность наступления указанных негативных последствий представляется нам низкой», – резюмирует Бычков.

Если брокер получил убыток в результате сбоя, то применяются нормы Гражданского кодекса о возмещении убытков. Но истцу нужно будет доказать наличие убытков или упущенной выгоды, а также что именно биржа является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, рассказывает адвокат «Юков и партнеры» Зинаида Захарова: «Скорее всего, технический сбой объясняется биржей как некое форс-мажорное обстоятельство, гражданско-правовая ответственность за наступление которого не предусмотрена Гражданским кодексом. В случае если будет установлено, что убытки были причинены и причинены именно биржей (не было форс-мажора, а были, например, некие действия сотрудников биржи, ненадлежащим образом обеспечивающих работу программ), то они могут быть взысканы на основании ст. 15 Гражданского кодекса».

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать