Статья опубликована в № 4506 от 12.02.2018 под заголовком: Крис Ларсен: Создать компанию вдохновила злость

Как Крис Ларсен заработал $8 млрд на криптовалюте и возглавил рейтинг Forbes

Основанная Ларсеном компания Ripple Labs контролирует 61 млрд из 100 млрд токенов криптовалюты XRP
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Ларсен 4 января вошел в пятерку самых богатых людей мира, утверждает The New York Times (NYT). В тот день с состоянием $59 млрд он обогнал оставшегося шестым Марка Цукерберга, а затем моментально вылетел из топ-5. Основа его состояния – криптовалюта XRP, которую в просторечье называют по имени выпустившей ее компании – Ripple. Курс токенов пошел вниз, Ларсен стал нищать на глазах. В списке богачей по версии Forbes его фамилия так и не появилась – в годовом рейтинге нет «криптовалютчиков», оговаривается NYT.

Зато на прошлой неделе Forbes впервые выпустил специальный рейтинг бизнесменов, разбогатевших на криптовалютных операциях. Ларсен занял в нем 1-е место, по подсчетам журнала, он стоил куда более скромные $7,5–8 млрд. Вторым оказался сооснователь Ethereum Джозеф Люблин – у него не более $5 млрд, но не менее $1 млрд. На почетном 3-м месте основатель криптовалютной биржи Binance Чанпэн Чжао – $1,1–2 млрд.

Основанная Ларсеном компания Ripple Labs контролирует 61 млрд из 100 млрд токенов XRP. Forbes в своей оценке сложил стоимость на 19 января 5,19 млрд токенов, принадлежащих лично Ларсену, и оценку его 17%-ного пакета в Ripple.

В 2017 г. XRP стала самой быстрорастущей криптовалютой, пишет Business Insider. В январе за токен давали $0,0065, к концу года – $2,47. Правда, вчера она стоила чуть больше $1.

Обман на ипотеке

Ларсен вырос в самом центре инноваций – городе Сан-Хосе, который называют столицей Кремниевой долины. На свет он появился в 1960 г. Мама работала иллюстратором-фрилансером. Отец – авиамехаником в аэропорту Сан-Франциско и был активным членом профсоюза, не раз вступавшим в противостояние с начальством. Студенческому журналу Университета Калифорнии в Сан-Франциско Ларсен говорил, что отец научил его возмущаться несправедливостью и пытаться ее исправить. Как-то эта привычка обошлась Ларсену в $1 млн, который он потратил на финансирование общественного движения. Но она же позволила создать первый стартап.

Поначалу Ларсен решил стать не финтех-бизнесменом, а финансовым работником. Получил диплом по международному бизнесу и бухгалтерии в Университете Калифорнии в 1984 г. и устроился в Chevron аудитором. Благодаря работе повидал мир – работал в Индонезии, Эквадоре и Бразилии. Повысил образование, пройдя программу МВА Стэнфорда. А потом решил купить свой первый дом.

«У меня был плохой личный опыт при покупке первого жилья, – объяснял он в интервью сайту компании Nielsen. – Похоже, некоторые договоры вводят нас в заблуждение. Многие финансовые продукты продаются как подержанные автомобили, а не как сложные [финансовые] продукты, которыми являются на самом деле. Тот опыт и привел к появлению E-Loan в попытке сделать более прозрачный продукт, используя технологии. Да, определенно это и послужило источником вдохновения: моя злость и то, что меня ввели в заблуждение <...> когда брал заем».

В 1992 г. Ларсен и его знакомая – кредитный специалист Янина Павловски уволились с работы и основали свой ипотечный бизнес. Они искали для клиентов кредиты подешевле. А в 1996 г. задумали еще больше упростить процесс и занялись разработкой сайта www.e-loan.com, который запустили в 1997 г. Он помогал выбирать лучшее предложение напрямую у финансовой организации, экономя еще и на услугах агента-посредника около $1500, пишет Forbes.

Немало денег было потрачено на рекламу, в которой традиционная индустрия ипотеки высмеивалась как неповоротливая и абсурдная. С Yahoo был заключен контракт, чтобы при поиске ипотеки интернет-пользователи видели ссылку на E-Loan. Затраты окупились. В 1998 г. из-за кризиса ставка рефинансирования упала, ипотека подешевела и кредитование по ней выросло на 70% до $1,5 трлн. Онлайн-ипотека составляла всего $4,2 млрд, но четверть этого рынка принадлежала E-Loan, заключившей 5000 контрактов.

Продать в последнюю минуту

E-Loan наделала шума, но это не значит, что дела у стартапа шли хорошо. В августе 1998 г. бизнес остался без единого цента – все деньги ушли на зарплату 150 работникам, каждый месяц требовавшим $250 000. У Ларсена и Павловски выбор оказался прост. Либо продать проект и стать миллионерами на волне дотком-бума, либо найти где-нибудь денег для поддержания своего детища на плаву. Компания Intuit предложила выгодную сделку. Она была готова скупить все доступные акции, в том числе всю долю Ларсена и Павловски – в совокупности 40% акций. Каждому из основателей Intuit предложила $10 млн наличными и еще $16 млн своими акциями. Неплохо за три года работы, писал Forbes.

Ларсен ратовал за то, чтобы выйти из дела. Он боялся повторить историю онлайн-справочника BigBook, который отказался от выгодного предложения о поглощении и закончил тем, что разорился. Но для Павловски проект был делом еще более личным, чем для Ларсена, объясняет Forbes. Ее родители эмигрировали в США из Польши и основали в Рочестере (Нью-Йорк) общество взаимного кредита. Основными клиентами были поляки, покупавшие свое первое жилье. Потом она стала специалистом по кредитам в Пало-Альто и не раз спорила с начальством из-за указаний продавать высокомаржинальные кредиты. E-Loan она рассматривала скорее как миссию, а не как бизнес.

Павловски вела втайне переговоры с еще одним претендентом, Yahoo. Та оценила компанию на 18% дешевле и согласна была купить всего 23% ее акций за $25 млн. Минусами такой сделки было то, что основатели получали куда меньше денег и не получали акций Yahoo. К тому же Intuit вместо союзника становилась конкурентом – было ясно, что компания так или иначе войдет на рынок онлайн-займов. Плюсом – Ларсен и Павловски сохраняли контроль над своим детищем: из своего 40%-ного пакета они продавали 9,2%, получив «всего» по $5 млн, зато на двоих у них оставалось чуть более 30%.

Когда-то основатель Yahoo Джерри Янг дал Павловски визитку и попросил позвонить, если они надумают продавать E-Loan. До подписания сделки с Intuit оставалось несколько дней, когда у Павловски сдали нервы и она позвонила. Янг извинился – мол, он катается на велосипеде по Франции и не может заниматься делами. Но уже на следующий день перезвонил гендиректор Yahoo Тимоти Кугл. Окончательно условия сделки с Yahoo были согласованы всего за несколько часов до встречи с Intuit, на которой Ларсен и Павловски должны были подписать договор о продаже. «Мы не можем отказаться от своего детища», – сказали они и согласились на предложение Yahoo.

В конце концов в 2005 г. E-Loan была поглощена Banco Popular de Puerto Rico исходя из оценки бизнеса в $300 млн. К тому времени Ларсен занимался уже новым проектом.

$1 млн против жирных котов

Ларсен любит повторять, что он всей душой за потребителей. Себя он буквально называет «радикально пропотребительским» человеком. На переломе веков он был одним из самых ярых сторонников принятия штатом Калифорния закона о защите персональной информации, попавшей в распоряжение финансовых компаний. Он запрещал продавать информацию о состоянии счета, телефонном номере клиента и т. д. сторонним компаниям без разрешения пользователя. Но в 2001 г. из-за действий финансового лобби закон был отклонен парламентом штата, рассказывает журнал Университета Калифорнии. Ларсена это разъярило. Он потратил $1 млн собственных средств, чтобы основать движение Californians for Privacy Now. Оно собрало 600 000 с лишним подписей недовольных существующими законами о защите информации. Это вдвое больше, чем нужно, чтобы вынести вопрос на обсуждение парламента штата. Испугавшись общественного резонанса, финансовые организации не решились лоббировать против закона. Так в 2003 г. в Калифорнии были приняты самые жесткие в США правила защиты личной информации. В 2011 г. он еще раз открыто выступил против финансовых компаний, наладив сбор средств на еду для участников одного из лагерей Occupy Wall Street в Сан-Франциско.

СвернутьПрочитать полный текст

Жена и кредит

Идею второго стартапа Ларсену подсказали вьетнамцы, уверяют авторы книги We Are Smarter Than Me Барри Либерт и Джон Спектор (Wharton School Publishing, 2007). В 1983 г. из Вьетнама в Сан-Хосе иммигрировала семья из семи человек. Денег едва хватало, чтобы снять на всех студию. Перебивались случайными заработками. Но в городе жили и другие выходцы из Вьетнама. Община скинулась, дала семье в долг – та купила подержанный автомобиль и начала бизнес по озеленению. На девушке из этой семьи – Лине Лам потом женится Ларсен и в 2005 г. начнет со знакомым разработку нового стартапа. Им стал первый в США онлайн-сервис р2р-кредитования Prosper.com. В первые два года его работы Ларсен участвовал в финансировании более 450 займов – в среднем каждый был на $6000–7000.

Сайт начал работу в феврале 2006 г. и выдал кредитов на $120 млн, когда SEC в октябре 2008 г. опомнилась и запретила выдавать новые кредиты. Перед этим такая же судьба постигла его конкурентов – Lending Club в США и Zopa в Великобритании, сообщал Techcrunch. Бизнесы p2p-торгуют ценными бумагами – долговыми расписками – и должны регулироваться SEC, посчитали чиновники. Испугало их и качество заемщиков. Многие брали кредиты p2p, потому что им отказывали банки. Только к следующему году Prosper сумела договориться о правилах, по которым станет работать. Главным отличием было то, что раньше кредиторы устраивали аукцион, снижая ставку заемщику, теперь же заемщик получал ставку на основе своей кредитной истории.

Дружить не воевать

В 2012 г. Ларсен начал свой третий большой проект, сделавший его миллиардером, по крайней мере на бумаге. История Ripple Labs началась задолго до этого. Еще в 2004 г. некто Райан Фаггер стал экспериментировать с интернет-системой для взаиморасчетов. Его наработки привлекли внимание другого программиста – Джеда Маккалеба, который хотел создать цифровую валюту, умеющую проводить больше транзакций в единицу времени, чем биткойн, пишет The Telegraph. В 2012 г. Фаггер, Маккалеб и Ларсен объединились, чтобы создать систему мгновенных переводов денег. Компанию назвали сначала OpenCoin, потом переименовали в Ripple Labs. У нее нет единого верифицирующего транзакции центра – она работает на системе независимых серверов. Принадлежать они могут кому угодно, но допускаются в систему с разрешения Ripple.

Цель всех его бизнесов – убрать посредников, объяснял Ларсен в 2013 г. студенческому журналу Стэнфорда. Он просил представить, что вы хотите перевести $200 приятелю на счет в другом банке. Даже если вы оба живете в США, комиссия составит $20. Банки берут с ритейлеров комиссию за каждый платеж по кредитной карте, а если счет и платеж в разных валютах, то банк снимет еще 3% за конвертацию. На подтверждение операции может уйти несколько дней.

Еще хуже дела обстоят, если деньги надо отправить за границу. «В Европу проще послать наличные через Fedex, чем перевести их через ваш банк. В нынешнем сетевом мире это неприемлемо», – возмущался Ларсен в разговоре с интернет-порталом Benzinga. При всем развитии онлайн-банкинга и онлайн-торговли в их основе лежит структура финансовых платежей доинтернетовской эпохи, дорогая и медленная, передает его мнение журнал Стэнфорда. Ларсена называют сторонником интернета ценностей – идеи, что деньги и ценности должны передаваться так же быстро, как информация по сети.

«Если вы сражаетесь с банками, скорее всего вам придется быть маргиналом», – говорил Ларсен The Banker. Он же хотел сделать из Ripple крупный бизнес и выбрал путь сотрудничества, а не противостояния. В мае 2014 г. немецкий Fidor Bank стал первым банком, который предложил клиентам переводы с помощью Ripple. В следующем месяце то же сделала компания Astropay для семи стран Латинской Америки. А в сентябре протокол Ripple внедрили у себя два американских банка – Cross River Bank из Нью-Джерси и CBW Bank из Канзаса. «Сейчас нет особого разнообразия вариантов, как перевести деньги из точки А в точку В, – рассказывал в 2014 г. газете American Banker гендиректор Cross River Жиль Гад. – Стоимость [банковского] перевода – $35–50 плюс затраты на конвертацию».

Мухи и котлеты

«Миру не нужна новая криптовалюта; мы видим нужду в лучшем способе перевода [между счетами] существующих валют», – говорил Ларсен в интервью для сайта компании Nielsen. Надо понимать, что система взаиморасчетов Ripple и выпускаемые компанией токены XRP, которые в просторечье тоже называют Ripple, – не одно и то же, предупреждает NYT. Банки используют систему Ripple, но практически не интересуются покупкой токенов XRP, да они им и не нужны. Правда, нынешний гендиректор Ripple Брэд Гарлингхаус уверял, что ряд финансовых компаний используют сейчас токены XRP при расчетах. Но что это за компании и сколько их, сказать отказался, сославшись на соглашения о конфиденциальности.

Чем Ripple похож на e-mail

Сам протокол Ripple бесплатный, но компания зарабатывает, внедряя его в систему банков, сообщал The Banker. Для студенческого журнала Стэнфорда Ларсен объяснил свою бизнес-модель с помощью аналогии. 30 лет назад люди могли быстро послать сообщение за рубеж только телеграммой, платя по доллару или больше за слово. В конце 1980-х гг. начала развиваться электронная почта, куда более дешевая и быстрая штука. Поначалу она действовала только для клиентов одного и того же интернет-провайдера – пользователь AOL мог написать другому пользователю AOL, но не клиенту Prodigy. Затем появился единый протокол для электронной почты, позволивший писать на любую почту и сделавший переписку практически бесплатной.
Протокол Ripple, надеется Ларсен, повторит этот успех и станет стандартом для финансовых операций. В кошелек Ripple клиент может положить как валюту, так и токены вроде биткойна и даже авиамили или минуты сотовой связи. Если надо обменять деньги, система ищет самый дешевый вариант. Может быть, это будет прямой перевод из евро в доллар, а может – цепочка переводов с обменом на криптовалюту или валюту третьей страны.

XRP нельзя намайнить – их выпущено 100 млрд. Они используются самой системой Ripple. Например, как промежуточное звено при конвертации одной валюты в другую. Или защита от атак на систему. У пользователя должно быть на счету 20 XRP, с них за транзакцию списывается, как правило, 0,00001 XRP. Чем чаще идут транзакции, тем выше комиссия. Если киберпреступники попытаются перегрузить систему, проводя множество операций в единицу времени, рост комиссии сделает такую атаку экономически невыгодной. Списанные XRP, кстати, уничтожаются, уменьшая общую массу криптовалюты в обращении.

Но на волне интереса к криптовалютам токены XRP стали одним из средств инвестирования. Маккалеб, кстати, потом ушел из Ripple, но токены XRP сохранил. Есть у него и токены люмен, которые выпускает новый стартап Маккалеба Stellar, конкурент Ripple. На пике в январе этого года его состояние оценивалось в $20 млрд, это близко к 40-му месту в списке Forbes, подсчитала NYT.

Пора на покой

В 2016 г. Ларсен уволился с поста гендиректора. «[Я занимаюсь бизнесом] уже 20 лет, у меня два молодых парня, – цитирует его American Banker. – Быть гендиректором этих компаний, особенно глобальной вроде Ripple, – совершенно изматывающий подвиг. Хочу выстроить правильный баланс [работы и общения] с моими шестилетним и девятилетним [сыновьями]».

Хотя Ларсен формально отказался от оперативного управления Ripple, но остался исполнительным председателем и рассказывал Forbes, что «на 100% сконцентрирован на Ripple и помогаю команде всем, чем могу». Свой уход с поста гендиректора он объяснил тем, что обрел уверенность в будущем Ripple. Ведь в 2016 г. в клиентах компании числилось 15 из 50 крупнейших банков мира, включая Standard Chartered, National Australia Bank и Mizuho. В том же году Ларсен договорился с японской компанией SBI Holdings, предоставляющей финансовые услуги, и технологии Ripple стали использоваться 42 японскими банками. Компания провела серию В финансирования и привлекла $55 млн. А сейчас у компании больше сотни клиентов среди банков, включая Mitsubishi Financial, Bank of America и Santander.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more