Статья опубликована в № 4046 от 01.04.2016 под заголовком: Практикум: Не потерять заработанное

Заработанное в бизнесе можно потерять на инвестициях

Управляя личными деньгами, нужно следовать тем же базовым принципам, что и в бизнесе
Андрей Иванов, партнер LEON Family Office

Несколько месяцев назад ко мне обратился предприниматель Виктор с просьбой, которая на первый взгляд выглядела странной. Он попросил разобраться, сколько у него личных активов и сколько он заработал на инвестициях за прошлый год. Как ни удивительно, довольно часто владельцам успешного бизнеса не хватает времени и опыта, чтобы самим наладить такое же эффективное управление деньгами семьи.

Виктору 52 года, он владеет бизнесом в сфере недвижимости. Дети учатся в университете, но к бизнесу отца интереса не проявляют. У семьи было около $20 млн ликвидных активов. Примерно половина из них находилась в доверительном управлении в трех европейских банках на личных счетах и счетах компаний с иностранной юрисдикцией. Около 20% активов размещались на рублевых депозитах в российском банке и остаток – на счетах крупного российского брокера в различных валютах. Каждый из банков видел только часть активов и управлял ими, исходя из пожеланий Виктора, а они были довольно туманны, часто менялись и сводились в основном к тому, чтобы максимально заработать, не допуская потерь по каждому из счетов.

Еще одной проблемой Виктора было распределение активов по валютам. В среднем он держал около 60% активов в евро, по 20% – в рублях и долларах. Однако эта пропорция часто менялась, поскольку Виктор никак не мог определить, в какой валюте считать финансовый результат. Европейские банки убедили его держать основную часть активов в евро, так как «он тратит в Европе больше всего». При этом Виктор постоянно следил за колебаниями курсов и сильно расстраивался, когда при пересчете в доллары или рубли его портфель дешевел. Кроме того, перед ним постоянно стояла проблема, когда и в какую валюту переводить дивиденды и другие рублевые доходы.

В результате такого подхода структура портфеля Виктора стала довольно хаотичной и при этом достаточно рискованной. Более четверти активов составляли структурные ноты и другие неликвидные инструменты. Больше всего нам не нравились ноты, включающие очень волатильные акции (Tesla, Alibaba, Amazon); в случае сильного падения хотя бы одной из бумаг к моменту погашения ноты Виктор мог потерять до 40% от вложенной в них суммы.

По нашим оценкам, клиент платил западным банкам в год не менее 1,5% от стоимости активов в управлении в качестве комиссии – при средней доходности этих активов за три последние года в пределах 3% годовых в евро. Такая низкая доходность объясняется тем, что 25% европейского портфеля были размещены в облигациях с самым высоким рейтингом (European Investment Bank, Nordea Bank, государственные облигации Швеции, Финляндии и проч.), которые обеспечивают доходность в пределах 1%. Под портфель облигаций по рекомендации банков бизнесмен взял кредит в размере 20% активов для повышения доходности портфеля. Кроме того, он достаточно активно переводил деньги из банка в банк, так как часто был недоволен результатами управления. Это также увеличивало издержки и не позволяло использовать преимущества долгосрочных инвестиций.

Банки отчитывались в разное время и в удобном каждому из них формате, поэтому расчет доходов стал настоящей головной болью для клиента и его бухгалтера.

На просьбу Виктора я ответил, что управлять личными деньгами он должен по тем же принципам, что и своим бизнесом. Это ясная и последовательная стратегия, качественная команда, регулярный контроль. Труднее всего для него оказалось сформулировать долгосрочные цели управления семейными активами. Но после серии встреч было решено разделить все средства на две части: краткосрочный резерв для поддержки бизнеса и семьи в размере 20% от активов и долгосрочный капитал «будущих поколений» (80%).

По каждому портфелю мы установили целевую доходность, степень ликвидности и базовую валюту. В дальнейшем это позволило исключить метания от одной валюты к другой и правильно оценивать доходность портфеля.

Резерв для бизнеса мы разместили в равных долях на рублевых депозитах и в ликвидных рублевых облигациях со сроками погашения 1–2 года, имеющих доходность в пределах 11–12% в рублях.

Целевую доходность по капиталу «будущих поколений» мы установили на уровне в 6–7% годовых в долларах при возможных краткосрочных убытках по счету до 10%. Смена базовой валюты с евро на доллар для этого портфеля значительно расширила количество инструментов, в которые можно инвестировать. Кроме того, доходности облигаций в долларах на 2–3 процентных пункта превышают доходность сопоставимых инструментов в евро. Мы учли прогнозы о грядущем ослаблении евро к доллару.

Резерв бизнеса мы оставили в российском банке, а долгосрочный капитал разместили в двух зарубежных банках. Для каждого из них установили четкие параметры управления и оценки результатов. В результате такой концентрации активов нам удалось снизить расходы на комиссии иностранным банкам более чем в два раза.

Мы отказались от непрозрачных структурных продуктов и вместо них 10% от всех активов вложили в ликвидные хедж-фонды, зарабатывающие на волатильности рынка. Также мы полностью избавились от европейских облигаций и закрыли кредит, а вырученные средства вложили в корпоративные облигации американских компаний с погашением через 4–5 лет (Fiat Chrysler, Nielsen, Tesoro, Citigroup, CenturyLink) и средней доходностью около 5% в долларах, а также акции. Для диверсификации риска и повышения ликвидности часть портфеля акций и облигаций была сформирована из высоколиквидных фондов со стабильно хорошими результатами управления (например, облигационные фонды BlackRock, Ashmore, Muzinich).

Для того чтобы наладить качественный контроль за активами, мы начали вести консолидированный учет по всем операциям в банках в специализированной системе, в которую загружается информация о сделках. Теперь на ежемесячной основе Виктор видит, из чего сложился его финансовый результат, и может сравнить результаты управления каждого из банков с рыночными индикаторами. В результате инвестиции стали для Виктора понятным видом бизнеса, который он может контролировать самостоятельно. Долгосрочный портфель стал более сбалансированным, и его средняя доходность после изменений превысила 5%. Риск портфеля увеличился, но Виктор начал понимать, что он оправдан и контролируем.

При достижении определенного возраста большинство предпринимателей неизбежно превращаются в долгосрочных инвесторов. Пример Виктора показывает, как в отсутствие инвестиционного опыта они могут начать терять заработанные деньги, но несколько простых принципов позволят им избежать серьезных потерь и добиться стабильного прироста капитала в будущем.

Мнения экспертов банков, финансовых и инвестиционных компаний, представленные в этой рубрике, могут не совпадать с мнением редакции и не являются офертой или рекомендацией к покупке или продаже каких-либо активов.