Начинает ли сдуваться пузырь на мировом рынке гособлигаций?

Невероятно низкие доходности отражают не экономические реалии, а игру инвесторов с центробанками
Джеймс Макинтош, обозреватель рынков The Wall Street Journal
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Начинает ли сдуваться пузырь на рынке облигаций? Государственные облигации, считающиеся безопасным активом, в сентябре подверглись сильной распродаже, которая выглядит как классическая коррекция на рынке, где цены забрались слишком высоко. Сегодня инвесторы следят за каждым движением центробанков, а отсутствие у них интереса к ситуации в экономике всерьез начинает беспокоить.

Больше всего в сентябре пострадали долгосрочные бумаги. За 10 дней к середине месяца 50-летние британские гособлигации упали в цене на 11%, а их доходность выросла. Чтобы было понятно: это самый значительный убыток за столь короткий промежуток времени с 2008 г., когда рынки рушились вслед за крахом Royal Bank of Scotland и Lehman Brothers. Но на этот раз в реальной жизни не было фактора, который спровоцировал бы такое падение.

Первыми на ведущих рынках стали падать японские облигации: с пика в начале июля 30-летние бумаги потеряли 12%, что стало самым масштабным падением за 50-дневный период с 2003 г. И опять: не было никаких конкретных новостей, которые бы спровоцировали такую динамику.

Столь значительное падение последовало за ростом, масштабы которого обычно говорят нам о том, что происходит нечто необычное. До начала снижения долгосрочные британские гособлигации выросли в этом году на 55%, японские продемонстрировали аналогичный скачок. Немецкие 30-летние бумаги выросли в цене с начала года по конец июля на 30%, прежде чем стали дешеветь. Необычное, конечно, имеет место: Brexit породил опасения рецессии, инвесторы стали сомневаться в способности Банка Японии достичь целей по инфляции и стимулированию экономики, и как еще назвать покупку облигаций на 1 трлн евро Европейским центробанком (по крайней мере, если оценивать такие действия с докризисной точки зрения)?

Тем не менее ситуация, в которой доходности облигаций будут находиться ниже целей по инфляции центробанков в течение 30 лет, а то и дольше, может быть оправданна лишь в одном из трех случаев: центробанки так и не смогут стимулировать инфляцию; экономика застряла в долгосрочной стагнации и неспособна из нее выбраться; либо другие виды инвестиций еще хуже, так что убытки с учетом инфляции по бондам выглядят более привлекательно, чем риски еще бóльших убытков по каким-то другим инструментам.

Можно найти обоснование каждого из этих положений, хотя инвесторы, поднявшие этим летом американские акции на очередные рекордные высоты, совершенно очевидно, не обеспокоены ситуацией на фондовом рынке. Однако в то время как экономисты рассуждают о том, работает ли нынешняя денежная политика и каково ее влияние, инвесторы озабочены одним – сколько денег центробанки готовы потратить на скупку облигаций. «Денежное стимулирование продолжает раздувать цены на и без того переоцененный актив, – говорит Боб Мишель, начальник глобального отдела инструментов с фиксированным доходом JPMorgan Asset Management. – Когда это закончится, то закончится плохо. Но если ориентироваться на перспективу до конца года, можно и купить [облигаций]».

Как жаловался 80 лет назад Джон Мейнард Кейнс, профессиональные инвесторы ориентируются прежде всего на приток денег, а не на фундаментальные показатели. Но и проводящийся сейчас великий эксперимент по печатанию денег может удерживать доходности на искусственно низком уровне лишь в течение ограниченного времени. И они в конце концов снова должны начать отражать экономические реалии – если только центробанки не собираются высосать с рынка все облигации до последней.

Реалии эти, нужно признать, не радуют. До кризиса экономический рост в развитых странах подпитывался кредитованием, глобализацией и увеличением числа работников. Старение населения, противодействие иммиграции, замедление роста международной торговли и высокая задолженность – все эти факторы означают, что в будущем экономика может расти более медленными темпами. Однако цены облигаций, кажется, отражают не только мрачные перспективы экономики, но и ожидания, что мы больше никогда не увидим инфляцию на докризисных уровнях. При этом цены неустойчивы, потому что многие инвесторы на самом деле не верят в «новую норму» навечно застрявших на ультранизких уровнях процентных ставок, а просто покупают облигации в надежде, что последним дураком на рынке окажется центробанк, которому они смогут продать их с прибылью.

Цены, обоснованные притоком денег на рынок, по определению нестабильны, какой-нибудь новости может быть достаточно, чтобы спровоцировать их разворот. Если инвесторы снова обратят внимание на фундаментальные показатели (например, в случае ускорения инфляции), это обрушит рынок облигаций. А также рынки других активов, дорожавших из-за идущей по всему миру охоты за доходностью.

Я не считаю, что экономика находится в прекрасном состоянии или что инфляция обязательно покажет значительный рост. Однако цены облигаций сегодня таковы, будто ситуация в экономике будет ужасной, а инфляция так никогда и не оправдает ожиданий центробанков. Они таковы, потому что на этот рынок идет слишком много денег, а не потому что держатели бондов действительно думают, что все будет так плохо. Вероятность масштабной распродажи долгосрочных облигаций и дорожавших из-за низких ставок акций высока, так что смотрите в оба.

Перевел Михаил Оверченко

Мнения экспертов банков, инвестиционных и финансовых компаний, представленные в этой рубрике, могут не совпадать с мнением редакции и не являются офертой или рекомендацией к покупке или продаже каких-либо активов

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more