Статья опубликована в № 3963 от 19.11.2015 под заголовком: «Мы продаем обещание заплатить в будущем»

«Мы продаем обещание заплатить в будущем»

Инга Бил о том, зачем Lloyd’s of London ищет дорогостоящие риски, с которыми не умеет работать, и почему традиции не брать женщин в руководство безнадежно устарели
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Мало кто, глядя на генерального директора синдиката Lloyd’s of London Ингу Бил, сейчас может подумать, что ее первые шаги в бизнесе завершились бегством. Начав работу на лондонском рынке страхования в 1980-е гг., она поняла, что эта работа не для нее: слишком сильна была дискриминация женщин в бизнесе, который традиционно считался мужским. Бил казалось, что она нашла выход: «Мне пришлось сменить стиль и вести себя как мужчина, – признается она. – Например, я должна была быть уверенной, что могу выпить 12 пинт пива и т. п.». Но в конечном итоге такие навыки не помогли. Напротив, мужской стиль поведения спровоцировал еще больше издевок коллег. Когда ухмылки превратились в откровенное издевательство, Бил поняла, что сил терпеть больше нет. Она бросила работу и уехала из Лондона на несколько месяцев. Поколесив по азиатским странам и Австралии, она осела в Сиднее и пошла работать секретарем. Работа в тот момент была ей нужна, просто чтобы пополнить запасы наличности, но опыт австралийской жизни радикально изменил ее взгляды на жизнь. К ее удивлению, в австралийских компаниях к женщинам-руководителям относились с большим уважением. «Я была так удивлена! Я думала: надо же, их совсем не волнует то, что их начальница – женщина. Это вдохновило меня. Я подумала: боже, работая менеджером, ты тем не менее можешь просто оставаться самой собой», – делится Бил.

Со временем она вернулась и в страховой сектор, и в Лондон, и ее ждала блестящая карьера. Она проработала на страховом рынке в совокупности около 30 лет. Около 14 лет – в компании GE Insurance Solutions / GE Frankona Re, в 2006 г. стала генеральным директором страховой компании Converium, затем работала на руководящих должностях в Zurich Insurance и Canopius. Генеральным директором синдиката Lloyd’s of London – одного из самых маститых брендов на глобальном рынке – она стала в 2014 г. И с тех пор остается единственной женщиной – топ-менеджером в секторе. Размер собранных Lloyd’s of London страховых премий в 2014 г. составил 25,9 млрд фунтов стерлингов (20 млрд фунтов без учета перестрахования), прибыль до уплаты налогов – 2,9 млрд фунтов.

Страхование без бумаг

Сидя в штаб-квартире Lloyd’s of London на Лайм-стрит, она рассказывает, как пытается изменить страховой рынок с поправкой на XXI в. Большую часть карьеры Бил провела за пределами Великобритании. Вернувшись в Лондон, она была удивлена, что ничего не изменилось: «Я подумала: о, черт возьми, здесь почти ничего не изменилось с тех пор, как я уехала. Модернизация назрела».

Lloyd’s of London считается одной из самых консервативных организаций не только в Лондоне, но и в мире, несмотря на видимую современность убранства офиса (см. врез).

Женщин-руководителей в страховом бизнесе вообще не было до 1972 г. Но Бил не столь радикальна, как кажется. Она не выступает за введение квот по гендерному принципу при приеме на работу в Lloyd’s, хотя делала это в прошлом, когда работала в General Electric – в офисах компании в Мюнхене, Париже и Канзасе. «Я стараюсь влиять на соотношение между мужчинами и женщинами другим путем. Надо обсуждать с людьми эту проблему. Благодаря разговорам уже многое меняется естественным образом – просто потому, что мы обсуждаем эту тему».

Как рос бизнес Lloyd’s of London

Свою историю Lloyd’s of London ведет c конца XVII в., когда потребовалось страховать морские суда. Эдвард Ллойд содержал один из кофейных домов, которые в то время были центрами деловых встреч купцов, судовладельцев, кораблестроителей и моряков. Кофейня Ллойда была первой на пути в город от набережной Сен-Кэтрин, где швартовались корабли. Здесь можно было узнать самые последние новости и цены на товары, установить ставки на фрахт и подписать страховой полис. Понимая важность информации для своих клиентов, Ллойд стал вывешивать на стене кофейни написанные от руки объявления о датах прихода и ухода кораблей, погибших судах, размерах страховых премий. С того, кто хотел прочитать эти объявления, взималась плата в размере одного пенса. В конце концов, видя, что сделки по страхованию кораблей приносят несравненно больший доход, Ллойд сам начал подписывать страховые полисы и стал страховщиком. В начале XVIII в. в Британии было два главных игрока – Royal Exchange Insurance и London Insurance. Это подтолкнуло несколько десятков частных страховщиков лондонского Сити объединиться в независимый профессиональный синдикат под названием «Кофейный дом Ллойда». К середине XIX в. он играл главенствующую роль в деле страхования судов и грузов. Объединение Ллойда (Society of Lloyd’s) было учреждено в качестве корпорации специальным актом британского парламента в 1871 г.

СвернутьПрочитать полный текст

Бил также выступает за активное привлечение талантливой молодежи – это бизнес-необходимость, а не борьба за равные права, уверена она. Lloyd’s не может идти в ногу с глобализацией, если мы будем нанимать людей по прежним критериям, считает Бил.

Компании по всему миру обращаются к услугам Lloyd’s, чтобы застраховать комплексные риски на все, что угодно, – от спутников до буровых установок и от ответственности работодателя до потенциальных исков к акционерам.

Но несмотря на это, позиция Lloyd’s уязвима, считает Бил. Развивающиеся рынки растят собственные страховые центры. И Lloyd’s, чтобы оставаться в лидерах, требуется больше сотрудников, которые понимают специфику используемых в других странах бизнес-подходов, и в том числе тех, кто владеет иностранными языками, говорит она.

Еще одна важная часть задач Бил – обновление бумажной инфраструктуры рынка. Брокеров по-прежнему можно увидеть с кипой бумаг под мышкой, когда они ходят между столами андеррайтеров. «Я думаю, это продиктовано самой природой страхового рынка и традициями – на страховом рынке принято все делать физически и в присутствии человека, никогда не стояло задачи оцифровать».

Lloyd’s несколько лет пытался модернизировать систему. Предыдущему гендиректору синдиката Ричарду Уорду это даже стоило карьеры – слишком медленно шла модернизация. Некоторые усилия, в числе которых была замена дискет планшетами, многие сочли просто рекламным трюком.

Бил на самом деле продвигает техническую революцию в компании, но под соусом корректировки IT-систем. При этом топ-менеджеры Lloyd’s неофициально признают, что видимых успехов в этом направлении пока не так много.

«Серьезную модернизацию нельзя провести быстро, за один присест, мы понимаем, что на это может уйти несколько лет, – отмечает Бил. – Изменение культуры организации – одна из самых тяжелых задач, ее невозможно поменять в одночасье».

«Инга – инициатор программы модернизации на страховом рынке во всех ее формах, – считает генеральный директор Lloyd’s Market Association Дэвид Джиттингс. – Ей уже удалось добиться широкой поддержки игроков рынка в том, чтобы провести реформы быстрее, чем планировалось». «Вряд ли кто-то может усомниться в ее личной решимости. Но она понимает, как важно иметь поддержку всего рынка и добиться консенсуса с другими игроками».

Lloyd’s of London
Lloyd’s of London

Страховой синдикат
Lloyd’s of London не занимается страхованием и не несет юридической ответственности за действия своих членов. Задача синдиката – регулировать и контролировать страховой рынок, работающий под его именем. Страховщиком на этом рынке (членом Lloyd’s) может быть юридическое или физическое лицо, соответствующее определенным условиям. Члены Lloyd’s объединяются в синдикаты (в настоящее время их 96) и предоставляют капитал, необходимый для выполнения ими функций страховщиков. Получаемые от клиентов премии передаются в премиальный фонд корпорации. Страхование на рынке Lloyd’s осуществляется через брокера, задача которого заключается в том, чтобы найти для клиента наиболее выгодные условия.

Задачи, которые выполняет Бил, не столь типичны для обычного генерального директора просто потому, что Lloyd’s – это не компания, а синдикат, целый рынок (см. врез).

Генеральный директор Lloyd’s контролирует почти 100 членов андеррайтинговых синдикатов. «Приходится проводить много времени с брокерами, андеррайтерами и регуляторами», – говорит Бил. Столь разнообразная работа ее не пугает. «Мне нравится быть очень дисциплинированной», – уверяет она. Помимо всего прочего Бил приходится беречь синдикат от любого рода ошибок, которые уже обернулись ранее, в конце 1980-х – начале 1990-х гг., огромными потерями и крахом благосостояния целых семей, которые участвовали в бизнесе.

У Бил есть некоторые опасения, что глобальные страховые риски сегодня также сильно недооценены. Низкие процентные ставки и отсутствие дорогостоящих природных катастроф привели к понижению страховых премий. «Мы продаем обещание заплатить в будущем, – говорит она. – Мы должны всегда находиться рядом с клиентами и понимать, как работает ценообразование. Это сложная задача, и трудно дать правильный сигнал клиентам, которые, очевидно, хотят получить услугу лучше и дешевле. Их также требуется убедить в том, что наша бизнес-модель устойчива».

В погоне за новым опытом и рынками

Бил считает, что Lloyd’s должен брать на себя больше новых и сложных рисков, таких, например, как риски кибербезопасности. «Легче идти по проторенному пути. Самое трудное – осваивать новые ниши и отрасли, в которых у нас совсем не было опыта, хотя, возможно, мы недостаточно инвестировали в R&D».

Большую часть капитала, который обеспечивает покрытие Lloyd’s, предоставляют транснациональные корпорации, а не отдельные лица. Конкуренция очень жесткая. Японские страховщики скоро обгонят многие именитые бренды страхового рынка по показателю пула финансирования, который способны обеспечить. Страховщики азиатских стран активно укрепляют позиции – в том числе и за счет покупок традиционных игроков. Один из последних примеров – покупка в 2015 г. британского страховщика Amlin японской Sumitomo Mitsui за $3,5 млрд. Еще одна британская компания, Canopius (где ранее работала Бил), будет продана другому японскому страховщику – Sompo.

Из-за поглощений число страховых компаний, имеющих листинг на Лондонской фондовой бирже, сокращается. Но Бил относится к этому философски: «Это на самом деле не имеет значения для нас. Они хотят получить платформу Lloyds – это одна из главных подоплек всех сделок. Им нравится наш бренд, наша репутация, наша экспертиза и знание специфики бизнеса».

Нам приходится прервать интервью, когда приходит секретарь Бил со словами: «Они уже здесь». Имеется в виду делегация китайской страховой компании Taiping, с которой Lloyd’s планирует подписать сделку. «Я действительно не собираюсь защищать права человека. Я иду навстречу просто потому, что вижу, как все быстро меняется и как может поменяться страховой рынок. Нам приходится строить новые партнерства. Мы должны предвидеть будущее».

FT 15.11.2015, Екатерина Кравченко, Ольга Петрова

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more