Финансы
Бесплатный
Антон Осипов
Статья опубликована в № 4395 от 29.08.2017 под заголовком: «Изолируйте тех, кто пытается нас разъединить»

«Изолируйте тех, кто пытается нас разъединить»

Goldman Sachs во главе с Ллойдом Бланкфейном лоббирует смягчение регулирования для банков. При Трампе появился шанс: бывшие президент и вице-президент Goldman Sachs заняли высокие финансовые посты в правительстве

Предки Бланкфейна перед Великой депрессией были довольно зажиточными людьми, затем семья обеднела. Но благодаря личным качествам Бланкфейн, которому 20 сентября исполнится 64 года, сумел вернуть достаток. Он умен – в Гарвард поступил, выиграв грант. Хитер. Goldman Sachs отказывался брать на работу молодого человека почти без опыта. Тогда Бланкфейн в 1982 г. нанялся в фирму J. Aron, которую поглощал Goldman Sachs, и стал-таки сотрудником банка. Он не выходит из списков самых высокооплачиваемых банкиров Америки, но при этом довольно скромен и в его кабинете не видно особой роскоши, уверяют журналисты The Sunday Times. Он трудолюбив – подчиненные жаловались Businessweek, что Бланкфейн постоянно следит за рынком и может забросать сообщениями посреди ночи. И он сильный аналитик – 10 лет назад незначительный убыток по операциям с ипотечными бумагами достаточно его обеспокоил, чтобы начать выходить из них. В итоге разразившийся ипотечный кризис ударил по Goldman Sachs не так сильно, как по многим конкурентам, хотя правительству и пришлось выделить на его спасение $10 млрд.

Goldman Sachs Group, Inc.

Инвестиционный банк
Акционеры (данные Bloomberg): у сотрудников компании – 4,8%, у Berkshire Hathaway Уоррена Баффетта – 2,8%, в свободном обращении – 90,2%; крупнейшие институциональные инвесторы – Blackrock (6,3%), Vanguard Group (6,2%), State Street Corp. (5,8%).
Капитализация – $89,6 млрд.
Финансовые показатели (первое полугодие 2017 г.):
активы – $906,5 млрд,
капитал – $86,7 млрд,
чистая прибыль – $4,1 млрд.

В 1848 г. Маркус Голдман переехал из Германии в Америку. Стал лавочником, а в 1869 г. переехал в Нью-Йорк и занялся торговлей ценными бумагами. В 1882 г. к нему присоединился его зять Самуэль Сакс. Так был основан инвестбанк Goldman Sachs, в настоящее время предоставляющий услуги в сфере управления инвестициями корпорациям, финансовым институтам, правительствам ряда государств и частным лицам. В России работает через ООО «Голдман Сакс банк» (в первом полугодии 2017 г. активы по РСБУ составили 4,9 млрд руб., капитал – 3,3 млрд руб., чистая прибыль – 110,5 млн руб.) и ООО «Голдман Сакс» (в 2016 г. выручка по РСБУ – 06,1 млрд руб., чистый убыток – 96 млн руб.).

Рентабельность обыкновенного акционерного капитала Goldman Sachs в 2016 г. составила 9%, анализирует FT. Это выше, чем в среднем по крупным американским банкам. Но, увы, не сравнить с хлебными докризисными временами: 32% и в 2006 г. (когда Бланкфейн возглавил банк), и в 2007 г. Одна из главных причин такого резкого падения – закон Додда – Фрэнка, который сильно ограничил свободу действий банков, чтобы не допустить нового финансового кризиса. Борьба за отмену или ослабление этого закона, похоже, стала новым смыслом работы Бланкфейна.

Свои люди рядом с Трампом

К концу 2010 г., когда Бланкфейн пришел в палату представителей США, он был объектом постоянных нападок, пишет FT. Его банк считался ярким образчиком дурного поведения Уолл-стрит. Его преследовали регуляторы, громили законодатели, по нему катком прошелся принятый в июле того года закон Додда – Фрэнка. Ради встречи с автором последнего, демократом из Массачусетса и председателем комитета по финансам Барни Фрэнком, Бланкфейн и явился на Капитолийский холм. Goldman Sachs опасался нового режима регулирования, но не мог позволить себе бескомпромиссно выступить против закона. «Я за разумное регулирование», – сказал Бланкфейн во время личной встречи, стараясь казаться готовым к сотрудничеству. «А я за чертово кретинское регулирование», – саркастически отрезал Фрэнк. Тем дело и кончилось.

Годы правления Барака Обамы стали нелегким временем для Goldman Sachs. Но избрание Дональда Трампа дало банку новый шанс.

Президент не только регулярно ругает «регулирование, убивающее рабочие места». Он сделал двух выходцев из Goldman Sachs ключевыми фигурами в сфере финансового регулирования. Экс-президент банка Гэри Кон возглавляет Национальный экономический совет, а Стивен Мнучин, когда-то работавший вице-президентом банка, сейчас министр финансов. Это создает определенные трудности: противники банка вовсю следят за любыми признаками смычки банка и правительства, предупреждает FT.

Зачем Бланкфейну Twitter

На шоу CNBC Mad Money with Jim Cramer в июне Бланкфейна спросили, зачем он стал твитить. «Во время финансового кризиса никто не знал, что делал Goldman Sachs <...> Я сказал: «Если это еще раз повторится, я не позволю возникнуть вакууму на месте информации о нас. Я собираюсь – мы собираемся – больше сообщать миру о том, что мы делаем». Этим мы и занялись на институциональном уровне, но есть в этом и личный вклад». Он рассказал, что комментирует лишь в нескольких случаях. Один из них – когда дело касается области, где он и Goldman Sachs профессионалы: «Прежде я высказывался через пресс-релизы – я комментировал вопросы иммиграции, ЛГБТ. Комментировал позже вопросы экологии. Затраты на инфраструктуру <...> Я комментирую, когда будет очень-очень плохо, если позволить правительству США не выполнить обязательства». Другой повод для комментариев – «когда происходящее серьезно влияет на возможность нашего народа быть тем, кто он есть, делать свою работу и быть эффективными профессионалами. Это затрагивает вопросы ЛГБТ, запрета на иммиграцию <...> Я комментирую эти вопросы, потому что в каком-то смысле должен быть поборником интересов нашего народа. У меня, можно сказать, есть обязательство <...> высказываться по темам, в которых обладаю экспертизой. Мои советы могут принимать или нет, не я принимаю решения. Но я делюсь опытом».

СвернутьПрочитать полный текст

В письме к акционерам в мае этого года Бланкфейн оправдывал традицию ухода работников Goldman Sachs в правительство: «Гэри [Кон] не первый человек из Goldman Sachs, вошедший в правительство, и мы надеемся, что не последний. Пятеро моих предшественников подряд были на госслужбе <...> Мы по-прежнему будем поощрять наших людей участвовать в работе государства, если им посчастливится получить приглашение <...> Мы продолжим высказываться по политическим вопросам, которые затрагивают наш народ, наш бизнес и долгосрочные интересы экономического роста».

«Так ли плохо, что люди оставляют высокооплачиваемую работу и идут на госслужбу? – кипятился Бланкфейн в июле этого года, выступая перед практикантами Goldman Sachs в Нью-Йорке (цитата по FT). – Думаю, это хорошо, и думаю, это признание нашей работы и того, чему вы здесь учитесь».

Неудобное правило

Сам Бланкфейн, как и Кон, учился и делал себе имя в подразделении, торгующем ценными бумагами. Оно было и остается основным источником заработка для Goldman Sachs, отмечает FT. Но, увы, стало работать с перебоями. Отчасти виной тому неверные ставки трейдеров. Но проблема куда глубже. Из-за посткризисного регулирования пришлось сократить объем операций. В 2007 г. чистая выручка от операций с облигациями, валютами и сырьем достигла максимума в $16,2 млрд. В прошлом году – $7,6 млрд.

FT называет трейдинговый бизнес Goldman Sachs всего лишь тенью прошлого, хотя он и приносит прибыль.

Банк, получивший на спасение в 2008 г. $10 млрд от налогоплательщиков США, снова ждет помощи от администрации президента. На этот раз его надо спасти от того, что Goldman Sachs называет «чрезмерным регулированием», усугубляющим проблемы с трейдингом, пишет FT. Окончательная редакция закона Додда – Фрэнка заняла 964 страницы. Банкиры жаловались, что он мешает даже той рыночной деятельности, которую не ограничивает напрямую.

Особенно банкирам не нравится входящее в закон правило Волкера (председатель ФРС в 1979–1987 гг. Пол Волкер после кризиса возглавил совет по вопросам экономического восстановления), запрещающее банкам торговать на бирже за собственные средства. Недавно Бланкфейн охарактеризовал правило Волкера как «крайне громоздкое», жалуясь, что из-за него «люди в торговом зале сидят на нервах». Другие сотрудники Goldman Sachs в частных разговорах еще более резки, называя правило петлей на горле банка.

Официальный представитель банка официально отказался обсуждать с FT, лоббирует ли он изменение правила, но заметил: «Многие регулирующие органы, которые внедрили правило [Волкера], признали, что сейчас самое подходящее время для его пересмотра». FT поговорила более чем с 40 политиками, банкирами, лоббистами и юристами и сделала вывод, что сейчас идет агрессивное давление с целью смягчить, а то и вовсе отменить правило Волкера.

«[Goldman Sachs] отдает этому все силы», – сказал FT чиновник минфина. «Их единственная цель в этом году, которой они добиваются настойчивей любого иного банка, – правило Волкера», – убеждал газету руководитель одного из конкурентов Goldman Sachs. А Деннис Келлехер, президент и гендиректор ратующей за ужесточение регулирования некоммерческой организации Better Markets, добавил: «Goldman Sachs всегда был крупным безбашенным торговцем, который хочет брать на себя огромные риски и использовать длинные рычаги, чтобы побольше выиграть».

Бланкфейн, в свою очередь, заявил FT, что он «едва-едва» поддерживает связь со своими бывшими коллегами Коном и Мнучиным. В июне он заявил, что «беспокоится», как такие контакты могут выглядеть со стороны. Тем не менее у Goldman Sachs есть все основания надеяться, что Вашингтон придет к нему на помощь, уверяет FT.

Долгий путь к отмене

На возможные послабления правила Волкера намекали и Мнучин, и Кон. Первый в январе предлагал сенаторам распространить правило не на все банки, а только на финансовые организации с застрахованными государством депозитами. Goldman Sachs в отличие от многих конкурентов держит трейдинговый бизнес отдельно от небольшого потребительского банка. Кон заявил: «Мы не собираемся обременять банки буквально сотнями миллиардов долларов издержек на регулирование ежегодно». А еще говорил, что можно было бы вместо нынешних единых правил сделать отдельные правила для разных аспектов работы банков. Это может снизить количество ограничений для трейдеров и станет выгодно главным образом Goldman Sachs, тогда как для более универсальных банков будет слабым подспорьем, расшифровывает FT.

Сколько зарабатывает Бланкфейн

В прошлом году Бланкфейн заработал $22 млн. Уже третий раз подряд его доходы уменьшаются на $1 млн по сравнению с прошлым годом, пишет Business Insider. Его зарплата – $2 млн, остальное он получает в виде бонусов. Решение об их размере для него и других топ-менеджеров поддержало всего 2/3 акционеров, рассказывает Bloomberg. С тех пор как вопрос об объеме поощрений стал выдвигаться в 2009 г. на голосование, это самый низкий уровень одобрения. Но даже с такими скромными по докризисным временам доходами (а в 2007 г. Бланкфейн поставил рекорд среди гендиректоров банков, получив $68 млн) он удержался в списке самых высокооплачиваемых руководителей крупнейших банков США. Правда, на третьем месте: его обошли Джеймс Даймон из JPMorgan Chase с $28 млн и Джеймс Горман из Morgan Stanley с $22,5 млн.

В феврале Трамп объявил о начале пересмотра закона Додда – Фрэнка. Это знаковый, но явно недостаточный для реальных сдвигов шаг. Для настоящих перемен требуется одобрение конгресса и финансовых регуляторов.

В июне минфин выпустил обзор нормативного регулирования. В нем нашлись весьма благоприятные для банков рекомендации, в том числе совет «существенно скорректировать» правило Волкера. С начала августа до середины сентября Управление контролера денежного обращения (OCC, один из пяти регуляторов, имеющих отношение к закону Волкера) собирает предложения по изменению правила. А номинированный Трампом в прошлом месяце на пост первого вице-президента ФРС по надзору Рандал Кварлс уже заявил, что «сложность этого правила очень затрудняет его применение, надо <...> попробовать упростить [его]».

Один за всех

FT сравнивает лоббистские бюджеты ряда банков. У Goldman Sachs это $1,4 млн в первой половине этого года (для сравнения – за тот же период прошлого года было потрачено $3,2 млн). У Citigroup в первом полугодии 2017 г. – целых $2,5 млн, а у JPMorgan Chase – $1,5 млн. Но это два универсальных банка, успешно работающих в разных сферах. Morgan Stanley пустил на лоббирование $1,2 млн, и до кризиса структура его заработка во многом походила на Goldman Sachs. Однако с тех пор на первое место для банка вышло управление капиталом.

У Бланкфейна сложная задача. Отмены правила Волкера хотели бы многие банки, пишет FT, но для Goldman Sachs это критически важный вопрос из-за чрезвычайной зависимости от трейдинга. При этом ни в коем случае нельзя создать впечатление, что он главный участник крестового похода: любое предложение, которое окрестят «поправкой Goldman Sachs», станет для банка отравленной пилюлей. Так что Бланкфейн сотоварищи изо всех сил пытаются создать единый фронт банкиров.

Но процесс идет так себе: Бланкфейн и его банк не очень-то умеют уживаться с конкурентами. «Какие бы настроения ни царили в отрасли [по поводу правила Волкера], они должны совпадать с мнением [Goldman Sachs]», – жаловался FT главный лоббист другого банка.

Бланкфейн с коллегами действуют через ассоциацию Securities Industry and Financial Markets Association (SIFMA). Но на телеконференции, во время которой банкиры высказывали свои соображения о правиле Волкера, представитель Goldman Sachs был крайне неуступчив, пишет FT. Другой банковский лоббист подтверждает, что «предложения, с которыми вышла [в конгресс] SIFMA, были предложениями Goldman Sachs». Однако президент SIFMA Кен Бентсен заверил FT, что позиция ассоциации остается неизменной с 2010 г.

Ни голоса, ни денег

Не очень-то ладит Бланкфейн и с Трампом. Начать с того, что во время избирательной кампании Трампа был выпущен видеоролик, в котором издевались над олигархами, олицетворением которых выступал Бланкфейн.

Гендиректор Goldman Sachs, в свою очередь, на выборах не голосовал за Трампа, знает Business Insider. Не перечислял он и денег в его избирательный фонд, утверждает CNBC, но уточняет: банк предупредил своих топ-менеджеров, что те не имеют права жертвовать на кампанию Трампа. Ведь в соответствии с политикой банка нельзя вносить деньги в фонды действующих государственных чиновников, а Трамп шел в паре с губернатором штата Индиана Майком Пенсом (Клинтон к тому времени не была на госслужбе и шла с сенатором от штата Виргиния Тимом Кейном).

Зато сотрудники банка и комитет по политике сделали свое крупнейшее пожертвование в фонд Хиллари Клинтон. Следующие по размеру взносы получили Марко Рубио и Джеб Буш, добавляет FT.

Конечно, после победы Трампа Бланкфейн расписывал в интервью, какие надежды сулит бизнесу новый президент. До сих пор он периодически говорит об успехах Трампа. Так, в начале августа президент похвастался восстановлением экономического роста и подтвердил свое обещание добиться роста ВВП более чем на 3%. На следующий день в интервью в шоу Morning Joe телеканала MSNBC Бланкфейн охарактеризовал экономическую ситуацию в США как «довольно хорошую»: «Если бы вы оказались заморожены в айсберге на четыре года и <...> пробудились, вышли, отогрелись, увидели бы экономику, где высокая занятость, низкие цены на энергоносители, бухгалтерские балансы в основном приведены в порядок, снова полно денег, низкие ставки, знаете ли <...> это довольно хорошо <...> Людям может не нравиться их работа, им никогда не нравится. Финансовые же и экономические условия в самом деле не так плохи, как полагают политики». При этом он не преминул заметить, что в отличие от экономической политическая ситуация в США «довольно плохая».

Тролль для Трампа

В июне Бланкфейн неожиданно начал писать посты в Twitter. Аккаунт он зарегистрировал еще в 2011 г., но прежде не интересовался соцсетью. В ряде постов он напрямую троллит Трампа, пишут СМИ. Например, после солнечного затмения Бланкфейн написал: «Похоже, Луна была не единственной вещью, бросившей тень на страну. Пережили это – переживем и остальное». Это намек на Трампа, тотчас решили журналисты множества изданий – от New York Post до The Independent.

До этого Бланкфейн прокомментировал реакцию Трампа на события в Шарлоттсвилле, дав в твите отсылку к речи Авраама Линкольна («Дом разделенный выстоять не может»), и добавил: «Изолируйте тех, кто пытается нас разъединить». А самой первой его записью стало сетование, что «сегодняшнее решение [Трампа выйти из Парижского соглашения] – это проблема для окружающей среды и лидерства США в мире».

Бланкфейн стал и первым топ-менеджером с Уолл-стрит, открыто выступившим против ограничений на въезд в страну. В январе Бланкфейн разослал подчиненным голосовое сообщение: мол, фирма не может поддерживать такую политику. И процитировал пункт из списка принципов ведения бизнеса банком: «Чтобы быть успешными, наши мужчины и женщины должны отражать разнообразие сообществ и культур, в которых мы работаем. Это значит, что мы должны привлекать, удерживать и мотивировать людей с разным прошлым и разными интересами. Разнообразие – это не опция; это то, какими мы обязаны быть».

«Президент не так уж всевластен. Дела делаются в департаментах министерств и различных агентствах» – так прокомментировал руководитель одной из американских компаний The Economist кажущееся противоречие: бизнесмены активно лоббируют смягчение регулирования и при этом позволяют себе вовсю критиковать президента, десятками подают в отставку с постов советников при президенте и даже отменяют мероприятия, запланированные на территории трамповского имения Mar-a-Lago.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать