Финансы
Бесплатный
Алексей Рожков
Статья опубликована в № 2981 от 15.11.2011 под заголовком: «Важно запастись терпением», - Виллем ван Дуйн, председатель правления страховой группы Eureko

Виллем ван Дуйн: «Мы смотрим на Россию с точки зрения перспективы»

Почему голландцам из Eureko интересна Россия, на что группа потратила вырученные от IPO польской PZU деньги и чем похожи Россия, Турция и Греция? Рассказывает Виллем ван Дуйн
Д.Абрамов
1987

генеральный секретарь и руководитель по правовым вопросам компании Vezeno

2000

член совета директоров Groene Land PWZ Achmea Health Insurance

2002

руководитель корпоративного бизнеса компании Achmea

2004

член правления Eureko, с 2009 г. – председатель правления Eureko

Почему Eureko меняет название

«Мы группа компаний с двумя крупными акционерами. Один – мажоритарий, Association Achmea, второй – Rabobank. Achmea – общество взаимного страхования, где клиенты влияют на политику компании. Eureko и Achmea тесно связаны, и у бренда Achmea уже очень сильные позиции в Нидерландах. Поэтому, когда мы захотели упростить структуру группы, выбор имени Achmea для холдинга был очевидным. Eureko – результат ряда сделок M&A за последние 20 лет. Оргструктура группы стала сложной, и с 2008 г. мы работаем над ее упрощением. Изменение имени – часть этого процесса».

Eureko

страховая группа. крупнейшие акционеры – Vereniging Achmea (63,3%), Rabobank (31,3%). финансовые показатели (1-е полугодие 2011 г.): активы – 91,2 млрд евро, Подписанные страховые премии – 10,96 млрд евро, Чистая прибыль – 180 млн евро.

О России

«Я приезжаю в Россию в третий раз. И вижу разницу по сравнению с тем, какой Россия была еще четыре года назад. Все очень динамично развивается. Но я был в Москве и Санкт-Петербурге, поэтому не могу быть экспертом по стране. Вижу значительное экономическое развитие России, что отражается и на ситуации на финансовом рынке. Но видна и очень большая пропасть между теми, кто живет достойно, и теми, кто едва сводит концы с концами. В любом обществе очень важна солидарность».

Во время кризиса несколько крупных европейских страховщиков, таких как ING и Fortis, покинули российский рынок – их уход спровоцировали непростая ситуация на рынке Бенилюкса и проблемы акционеров. Но свято место пусто не бывает: на замену коллегам-конкурентам начали приходить менее известные компании. Одна из них – нидерландская Eureko, группа с 200-летней историей, пятый европейский страховщик по премиям, собранным по страхованию «не жизни». Eureko тесно на местном голландском рынке, отмечает Виллем ван Дуйн. И группа будет развиваться за счет прихода на новые рынки, но делать это будет осторожно. Особенно после истории, приключившейся с Eureko в Польше, когда голландцы так и не смогли получить контроль над местным гигантом PZU, из-за того что власти страны не выполнили свои обязательства. В России Eureko подобных рисков для себя не видит, а по числу потенциальных клиентов считает рынок более чем привлекательным.

– Последние три года в мире и Европе, основном рынке для вашей группы, бушует кризис. Как он повлиял на бизнес Eureko?

– Eureko – не только страховая группа, но и значимый институциональный инвестор. И, безусловно, как инвестора нас затронул кризис 2008 г. Это были непростые времена, но, если посмотреть на операционную деятельность в каждой из стран, где мы работаем (Нидерланды, Греция, Турция, Россия и др.), можно сказать, что влияние кризиса на наш бизнес было умеренным. Влияние на группу в целом, если вы посмотрите на баланс, было значительным, но не таким серьезным, как в целом на страховой рынок. А к концу 2010 г. финансовая устойчивость группы вернулась на докризисный уровень.

Важно отметить, что по своей сути страхование – это долгосрочный бизнес. И хотя мы как компания, чьи акции не торгуются на бирже, были совсем не рады сложившейся экономической ситуации, все же смотрели на кризис с учетом наших долгосрочных целей.

И в этом наше отличие от ряда компаний, акции которых торгуются на бирже. Они должны отчитываться о результатах каждый квартал. А мы можем опираться на стратегию, предусматривающую долгосрочное видение и развитие. Поэтому мы всегда готовы справиться с такими неприятными ситуациями, хотя, конечно, пережить два удара подряд было бы нелегко. Таким образом, Eureko – стабильная, сбалансированная, финансово-устойчивая группа с хорошим совокупным капиталом.

– А что вы думаете о нынешней ситуации на рынках и ее влиянии на бизнес?

– Да, был кризис 2008 г., и сейчас ситуация на финансовых рынках тоже непростая во второй раз за короткое время, но уровень риска в нашем инвестиционном портфеле очень низок. Ведь мы не можем позволить себе, чтобы какие-либо риски влияли на обязательства перед нашими клиентами. В 2009 г. мы убрали высокорисковые активы из баланса. Поэтому мы почти не почувствовали влияния текущего кризиса евро на наши показатели. За исключением, пожалуй, участия в государственных ценных бумагах Греции. Но даже учитывая ситуацию в Греции, на уровне группы влияние экономического положения ограниченное. Eureko – стабильная компания, которая смотрит далеко вперед, у нее сдержанная инвестиционная политика и низкорисковые активы. Конечно, результаты не такие хорошие, как в докризисные годы, но в то же время не было периода, когда бы мы ушли в минус.

– За это время вы лишились кого-то из ключевых клиентов? На уровне группы или, например, в России?

– Я солгу, если скажу, что во время кризиса мы не потеряли никого из клиентов. Конечно, потеряли, ведь среди них были и те, кто сам серьезно пострадал от кризиса. Это было предсказуемо. И я увидел снижение объемов собранной премии компаний группы, потому что после кризиса мы приняли решение о запуске в компании обширной программы по «приведению дома в порядок». Мы провели оценку качества нашего страхового портфеля и решили перестать инвестировать в малоперспективные подразделения.

– Почему Eureko планирует сменить название на Achmea?

– Мы – группа компаний, у которой два крупных акционера. Один из них – мажоритарий Association Achmea. Второй – Rabobank. Association Achmea – общество взаимного страхования, в котором клиенты имеют влияние на политику компании. Eureko и Achmea тесно связаны, и бренд Achmea уже имеет очень сильные позиции в Нидерландах.

Поэтому, когда мы захотели упростить структуру группы, выбор имени Achmea для холдинга был очевидным. Это изменение – часть большой программы трансформации. Мы внимательно смотрим на то, как работает наш бэк-офис, как мы взаимодействуем с клиентами и продаем страховые продукты, а также на то, как в целом функционирует группа. Eureko – результат ряда сделок по слияниям и поглощениям за последние 20 лет. Оргструктура группы стала довольно сложной, и с 2008 г. мы работаем над ее упрощением и интеграцией. Изменение имени – часть этого процесса.

– Многие мировые финансовые институты после кризиса сосредоточились в основном на домашних рынках. Где-то так решил менеджмент, где-то – местные власти, оказывающие финансовую помощь, но суть одна – международный бизнес требует огромного внимания и ресурсов. Какова политика вашей группы?

– Исследования подтверждают: когда компании, особенно из Западной Европы, выходят на восточноевропейские рынки, через какое-то время становится ясно, что лучших результатов они добиваются именно на внутренних рынках. И не всегда удается достичь столь же хороших показателей на международной арене. В целом я соглашусь: международный бизнес требует больших временных затрат и управленческих усилий. Сейчас наше основное внимание сосредоточено на внутреннем рынке, потому что Eureko – очень крупный и сильный игрок на голландском страховом рынке, большая часть нашего портфеля формируется именно в Нидерландах. Но, с другой стороны, голландский рынок перенасыщен. Поэтому мы по-прежнему заинтересованы в развитии бизнеса на быстро растущих рынках с низким уровнем проникновения страховых продуктов – например, в России.

– Можно ли быть сильным игроком, работая лишь на внутреннем рынке?

– Я уверен, что, преодолев препятствия, связанные с кризисом, международные группы снова сосредоточатся на международных рынках, которые предоставляют возможности для роста. А рост очень важен для компании. На зрелых рынках ты не можешь не искать возможности для развития на международном уровне. Наши клиенты работают в разных странах, поэтому для нас очень важно быть международной компанией. Два года назад, после кризиса 2008–2009 гг., мы решили реализовывать международную стратегию на основе богатого опыта и экспертных знаний, накопленных на голландском рынке. Eureko традиционно сильна в общем страховании, медицинском страховании, страховании защиты дохода, особенно когда полисы продаются через каналы прямой дистрибуции и банки.

И если посмотреть на структуру портфеля на уровне группы, то станет ясно, что Турция, Россия и Греция – это страны, в которых наш бизнес больше всего соответствует международной стратегии, основанной на передаче и развитии экспертных знаний. Именно поэтому мы делаем основной упор на эти три страны.

– От бизнеса в каких-то странах пришлось отказаться?

– Мы решили прекратить операции в странах, где наш бизнес абсолютно другой или сильно отличается от направлений, обозначенных в новой стратегии. Продали компании на Кипре, во Франции и в Бельгии. Конечно, международный бизнес требует больше внимания и усилий, но в хорошие времена важно развивать международные операции, пока рынки находятся в стабильном состоянии. Поэтому сейчас самое важное для нас – улучшение текущего состояния бизнеса, стабилизация портфеля, существенные инвестиции в определенные страны. И мы не запускаем сейчас сильную стратегию присутствия во всех странах. Любая компания может вырасти. Если не смотреть на прибыльность и качество портфеля, вырасти может любой. Но мы не хотим роста ради роста, важен рост на выбранных направлениях.

– Он должен быть прибыльным?

– В конечном итоге да, потому что одного роста недостаточно. Можно какое-то время инвестировать в то, чтобы стать прибыльной компанией, но рост без перспективы стать прибыльным по окончании какого-то срока – это тоже неправильно. Конечно, из-за кризиса нужно быть более гибкими – и выход на безубыточность может потребовать больше времени. Но создание добавленной стоимости и увеличение стоимости активов – это основная цель нашей работы.

– Есть ли у Eureko планы по выходу на другие рынки в Европе и мире?

– Мы всегда мониторим развитие других рынков. Но сейчас наши приоритеты ­– оптимизация операционной структуры и «приведение дома в порядок». Это необходимые внутренние условия для дальнейшего международного развития. Выход на какие-то конкретные новые рынки сейчас мы не планировали, решили сфокусироваться на нынешнем международном бизнесе и уделяем особое внимание трем ключевым рынкам, которые я называл (Турция, Россия, Греция).

– Изменилось ли отношение Eureko к рынку Греции из-за непростой экономической ситуации в стране?

– Если смотреть на результаты операционной деятельности в Греции, позиции довольно хорошие. В этом году мы запустили проект прямого страхования – компанию Anytime, и ее развитие превосходит все наши ожидания. Конечно, кризис ударил по рынку страхования жизни в Греции. Если экономика находится в стрессовом состоянии, люди не используют страхование как инструмент для сохранения денег или просто не могут позволить себе полис страхования жизни. Но интересно то, что по общему страхованию Греция продолжает показывать довольно хорошие результаты.

Однако если посмотреть на финансовую сторону, например, на наши инвестиции в греческие облигации, все не так позитивно. Но это связано не со страховым бизнесом, а с тем, что мы работаем на финансовом рынке. Это объективная реальность. И нужно смириться с тем, что, если ситуация в Греции будет и дальше оставаться сложной, нельзя исключить, что это будет иметь продолжительный эффект. Но мы минимизировали возможные риски, и, что бы ни произошло в Греции, это не будет иметь серьезного эффекта на бизнес группы в целом.

– В разных странах компании группы имеют разные названия, много разных брендов и в Голландии. Разве это удобно? Почему бы вам не перейти на единый бренд?

– Да, это удобно, и это не совпадение, а осознанная политика. Группа Eureko – это зонт, под которым находятся другие бренды. Если говорить о Голландии, то, поскольку страховые полисы продаются через разные каналы (через брокеров, банки, direct-страхование), очень важно иметь в этих каналах разные бренды. Например, Interpolis занимается банковским страхованием, Avero продает полисы через брокеров, Centraal Beheer, ZilverenKruis, Agis ориентированы на direct-страхование (здесь имеются в виду именно продажи через интернет/колл-центр, а не прямые продажи с офисами и собственными сотрудниками, как в России).

Также важно иметь четкое позиционирование каждого бренда для клиентов. Когда клиент использует тот или иной бренд, он знает и понимает ценности этого бренда.

Если говорить о международном бизнесе, мы решили использовать высокий уровень знания брендов на местных рынках как преимущество. Но здесь также есть специфика каналов продаж. Например, у компании «Оранта страхование» в России знание бренда достаточно низкое, и пока инвестировать в повышение уровня знания бренда нет смысла, так как большая часть продуктов продается через агентов и партнеров. Это они должны знать компанию, поэтому мы должны сфокусироваться на агентах и партнерах, которые общаются с клиентами.

А вот, например, в Словакии наша компания Union очень хорошо известна на рынке, и потому такой сильный бренд с рынка убирать нет смысла. В Греции у Interamerican знание бренда такое же, как у Coca-Cola, его в Греции знают все, и менять имя из-за того, что оно почему-то должно быть единым, было бы не очень разумно. Но когда бренд не имеет такого серьезного веса, мы иногда идем на переименование.

– Поговорим о бизнесе группы в России. Как вы оцениваете развитие нашего рынка страхования?

– У российского рынка, несомненно, огромный потенциал. Уровень проникновения страхования довольно низкий, но важно запастись терпением. И, как я уже говорил, страхование по своей природе – долгосрочный бизнес. Для качественного развития российский рынок должен стать более прозрачным и открытым в отношении ценообразования и продуктов, наполнения продуктов, финансовых результатов и капитализации страховых компаний. Клиенты должны знать, что, если они покупают полис в страховой компании, их деньги находятся в стабильной, устойчивой компании с достаточным капиталом.

Наш международный бизнес должен отвечать стандартам группы Eureko, и эти стандарты очень высоки. Например, мы не занимаемся так называемым cashflow underwriting (стимулирование продаж с целью получения средств для выплат по ранее заключенным договорам), потому что очень важно иметь солидный запас капитала. Мы всегда говорим: что бы ни случилось, мы должны быть способны удовлетворить потребности клиентов, купивших наш полис. Если что-то случается, страховая компания должна выполнить свои обязательства. Это означает очень сдержанный и осторожный подход, и, на мой взгляд, когда рынок прозрачный и вся информация доступна, клиенты могут лучше сориентироваться, какую компанию они выбирают для защиты от рисков.

– Ряд зарубежных инвесторов, в том числе ваши конкуренты по голландскому страховому рынку, ING, Fortis, ушли из России. Вы не собираетесь последовать их примеру?

– Нет, мы уходить не собираемся. Мы очень предусмотрительные инвесторы, всегда исходим из долгосрочной перспективы. Если компания должна ежеквартально отчитываться о своих результатах, как те компании, которые вы назвали, она может в большей степени ориентироваться на текущий результат, чем на потенциал рынка.

Мы смотрим на Россию с точки зрения перспективы. У нас четкий бизнес-план и задача по достижению безубыточности, мы планируем внимательно относиться к своим инвестициям. Мы вкладываем капитал в компанию «Оранта страхование», чтобы расти, он нужен, но нам нужен качественный рост.

Мы планируем остаться. И, безусловно, в конечном счете бизнес должен стать прибыльным. При этом нельзя исключать, что через 5–10 лет нам придется признать, что перспективы успеха туманны. Поэтому мы должны стараться делать осторожные оценки.

Мы представлены в России не самой большой компанией, но мы – игрок этого рынка. Мы не стремимся в погоню за конкурентами, а собираемся реализовать свою стратегию. Это требует определенного времени. И мы будем использовать то время, которое необходимо. Мы здесь, чтобы развивать бизнес согласно стратегии прибыльного роста, ориентированной на долгосрочный успех.

– Вы упомянули конкурентов. Вам известны их имена?

– Мы занимаем 25-е место на рынке, так что у нас много серьезных конкурентов. Мы тщательно изучаем их деятельность и результаты. Список длинный, в нем и крупные международные компании, и традиционно сильные российские компании. Например, «Росгосстрах», «Ингосстрах». Иногда сложно судить об их результатах из-за того, что не вся финансовая информация является публичной. Важно стремиться не к тому, чтобы обогнать конкурентов, а к улучшению своей компании с точки зрения качества портфеля и операционной деятельности.

– Не считаете нынешнюю позицию Eureko в России довольно скромной?

– Наше решение о приобретении «Оранта страхование» было продиктовано желанием получить хорошую платформу для ведения страхового бизнеса в России. И мы отдавали себе отчет, что после покупки потребуется время, чтобы привести компанию в состояние, соответствующее стандартам нашего бизнеса. Это финансовая устойчивость, достаточность капитала, централизованные операции, высокий уровень технологий и т. д. И мы занимаемся внедрением этих улучшений, внимательно подходим к формированию портфеля, так как мы хотим получить хороший и качественный бизнес, а не просто собрать максимальную премию. Это, конечно, сказывается на сборах и позиции компании. Но мы понимали, что нужно построить хорошую и стабильную платформу, и сейчас занимаемся именно этим. Мы ожидаем, что через два года завершим улучшение операционных процессов – и это станет хорошей отправной точкой для последующего роста. Наша долгосрочная цель на российском рынке – принести в «Оранта страхование» и клиентам в России наш высокий уровень обслуживания, инновационные продукты и финансовую стабильность.

– Каким вы видите бизнес Eureko в России через 5–10 лет? Будет ли «Оранта страхование» расти за счет слияний и поглощений?

– Мы ожидаем, что будем расти в России теми же темпами, что и рынок. У нас нет амбиций занять первую строчку в рэнкинге страховщиков России, но я хочу, чтобы на этом рынке у нас был качественный, сбалансированный и устойчивый страховой портфель. Россия – страна больших возможностей, и, если мы сможем получить хорошую долю на этом большом рынке, мы будем счастливы, особенно если наши продукты и страховой портфель будут на должном уровне. А затем я ожидаю, что, построив качественный бизнес, мы сможем привлечь больше и больше клиентов и подниматься в рэнкингах. Поэтому мы надеемся когда-нибудь войти в десятку крупнейших российских страховых компаний. Таковы планы на ближайшие 5–10 лет.

Правда, кто сейчас может быть уверен в своих планах на 10 лет, особенно если оглянуться на 5–10 лет назад? С прогнозами в наше время нужно быть очень осторожным. А я к тому же по природе очень осторожный и очень консервативный в финансовых вопросах человек (улыбается).

– В прошлом году финансовый директор «Оранта страхование» Ярослав Водницки называл сумму инвестиций вашей группы в российский бизнес – 150 млн евро. Это так?

– Это, конечно, примерные оценки, но они близки к истине. Наши решения об инвестициях основаны на том, что у компании есть хороший бизнес-план и мы, как акционеры, должны вкладывать деньги в развитие бизнеса. Россия – один из ключевых рынков для Eureko, но всегда нужно учитывать текущую ситуацию.

– Должен ли местный менеджер руководить компанией в определенной стране или это непринципиально?

– Всегда важно хорошо понимать рынок, на котором работает компания. Именно поэтому было бы глупо контролировать бизнес из Голландии. Сейчас президент компании «Оранта страхование» – поляк Петр Ковальчевски, который давно курирует российское направление и, кроме того, у него большой опыт работы в Eureko.

– Какова практика Eureko?

– Требование к национальности не является каким-то стандартом. Все зависит от человека. Конечно, в принципе, руководитель компании, а также директор по продажам должны быть местными, поскольку они лучше знают рынок, лучше знают ситуацию, это очень важно. Чаще всего бывает так, что у нас есть местный гендиректор, а финансовый директор – иностранец, как правило, голландец. Но это не закон, для нас самое главное – квалификация, ведь решения о назначениях принимаются исходя из опыта и профессиональных качеств менеджера.

– В прошлом году Eureko вышла из состава акционеров польской страховой компании PZU после успешного IPO страховщика и продажи части акций правительству страны. Куда группа вложила вырученные деньги?

– Мы инвестировали в Польшу в 1999 г., чтобы развивать бизнес, а не только для получения прибыли. Польша – это очень интересная страна, интересный рынок. Но мы столкнулись с ситуацией, когда польское правительство, с которым мы изначально договорились, решило не исполнять договоренности и не продавать нам мажоритарный пакет в PZU. Получилось, что мы вложили большие деньги в компанию, которую не могли развивать, а значит, и вкладывать больше смысла не было. В 2009 г. мы решили завершить эту историю и приостановить попытки стать мажоритарным акционером.

Иногда такие вещи случаются, поэтому мы решили уйти. Мы договорились с польским правительством, и с финансовой точки зрения IPO и дальнейшая продажа акций PZU были хорошим вариантом для Eureko – забрать деньги, которые мы инвестировали. Это была большая сумма (4,2 млрд евро), особенно сравнивая с тем, что мы вложили в 1999 г., – 1 млрд евро. Доход от сделки мы использовали прежде всего для выплаты крупных синдицированных кредитов, полученных от наших акционеров, которые инвестировали в компанию во время кризиса. В то же время мы вложили деньги в реорганизацию группы и улучшение платежеспособности.

– Вы раньше бывали в России?

– Да, я приезжаю сюда в третий раз.

– Что изменилось с момента вашего последнего приезда, что удивило вас?

– Знаете, я вижу разницу по сравнению с тем, какой Россия была еще четыре года назад. Все очень динамично развивается. Но я только два раза был в Москве и один раз в Санкт-Петербурге, поэтому я не могу быть экспертом по стране. Также, например, если вы побываете в Амстердаме пару раз, вы не сможете узнать все о городе и тем более о стране.

Я вижу значительное экономическое развитие России, что также отражается на ситуации на финансовом рынке. В то же время видна очень большая пропасть между теми, кто живет достойно, и теми, кто едва сводит концы с концами. Я считаю, что в любом обществе очень важна солидарность. Но я не могу давать оценку ситуации, так как был здесь всего несколько раз. Кстати, солидарность – это еще одно значение слова «страхование».

– У вас есть хобби? Как проводите свободное время, если оно есть?

– О, его очень мало из-за работы (улыбается). У меня четверо детей, и я стараюсь проводить свободное время с ними. Для поддержания физической формы играю в теннис.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать