Бесплатный
Ринат Сагдиев
Статья опубликована в № 3164 от 13.08.2012 под заголовком: «Давай, Кирсан, разберись»

«Давай, Кирсан, разберись»

С.Фадеичев / ИТАР-ТАСС
Футбольный холдинг Кирсана Илюмжинова

В 2002 г. Илюмжинов купил футбольный клуб «Уралан» и стал тратить на поддержку футбола по $8 млн в год. Этого оказалось мало, и в 2006 г. клуб был закрыт. Но ФК «Уралан» успел поучаствовать во многих бизнес-проектах Калмыкии. Вот только некоторые. Нефть Структуры «Уралана» получил доли в нефтяных компаниях «Югойл», «Югнефтегаз» (в ней партнером выступала «Итера») и «Петроресурс». Чем занимались первые две, выяснить не удалось, а «Петроресурс» в 2004 г. получил лицензию на разработку Лаганского блока Каспийского шельфа (прилегает к Калмыкии). После этого компанию перевели на кипрский офшор Mintley Kalmykia. Сейчас «Петроресурс» принадлежит шведской Lundin Petroleum (70%) и Gunvor (30%) Геннадия Тимченко, которые потратили на покупку $58,5 млн. Илюмжинов говорит, что этих проектов не помнит. «Но с «Итерой» – да, работаем и дружим. [Основатель «Итеры»] Игорь Макаров – это мой брат, мы родились в один день и в один год: 5 апреля 1962 г.». Энергетика Вместе с «Росэнергомашем» Владимира Палихаты структуры «Уралана» планировали построить в Калмыкии завод электрооборудования «Элиста энергомаш». Палихата вспоминает, что в проекте Калмыкии должно было отойти 25% акций. «Но из-за низкого кадрового потенциала в республике мы отказались, «Росэнергомаш» построил завод в Харькове», – говорит Палихата. По его словам, с Илюмжиновым он знаком около 15 лет, но совместных бизнес-проектов у них нет. Стройматериалы Структуры «Уралана» были в числе владельцев компании «Чолун хамур», которая добывает ракушечник и делает из него панели и блоки. Илюмжинов говорит, что этот карьер ему принадлежал в начале 1990-х и он купил для него комбайн для резки камней. Медиа Структуры «Уралана» были совладельцами калмыцких телекомпании и радиостанции «Ура», а также издательского дома «Известия Калмыкии». Телеком Структуры «Уралана» имели долю в операторе фиксированной связи «Элиста телеком». Табак С кишиневской табачной фабрикой Tutun-CTC структуры «Уралана» хотели построить элистинскую фабрику «Камол», на которой планировалось производить сигареты «Прима» и «Кирсан» (водка «Кирсан» тогда уже продавалась). Молдавская компания уже готова была передать три производственные линии и даже начала тестовые продажи сигарет «Кирсан», но проект развалился: на Tutun-CTC поменялись руководство и планы. Илюмжинов уверяет, что к большинству перечисленных проектов он отношения не имел. Ими занимались менеджеры футбольного клуба, предполагает он.

Художник по инвестициям

В 2010 г. на грани банкротства оказалось экспериментальное художественно-производственное объединение (ЭХПО) «Вель», владельцы которого позвали на помощь Илюмжинова. «Я давно знаком с владельцами «Веля», они много делали для FIDE – призы, сувениры, шахматные статуэтки», – говорит он. Когда завод остался без финансирования, Илюмжинов сначала помог получить кредит, потом – крупный заказ в Ингушетии. ЭХПО «Вель» было обанкрочено, но его активы перешли в одноименные структуры (ЭХПО «Группа «Вель» и ассоциация «Концерн «Вель»), в которых Илюмжинов получил 18%. Воссозданная «Вель» занялась неожиданным для нее бизнесом, объявив об инвестициях примерно на $1,4 млрд. С администрацией Ставропольского края «Вель» подписала соглашение о строительстве агропромышленного биокластера за 29,5 млрд руб. А с властями Челябинской и Иркутской областей начала переговоры об инвестировании в переработку отходов медеплавильного производства – по 7,5 млрд руб. в каждом случае. Илюмжинов подтвердил «Ведомостям», что помогал провести переговоры с губернатором Ставропольской области и вице-губернатором Иркутской области. Откуда деньги? Илюмжинов говорит, что уже нашел стратегического инвестора – одного из своих друзей.

Охотничья корпорация

В 1998 г. давний партнер Илюмжинова Вячеслав Джамбинов и компания «Калмнефть» учредили компанию «Калмыкия – прерия в Европе». Президент Илюмжинов своим распоряжением передал ей все функции государственного охотничьего департамента и ликвидированного этим же распоряжением научно-исследовательского учреждения «Центр по изучению и устойчивому использованию калмыцкой популяции сайгака». «Калмыкия – прерия в Европе» получила в пользование на 25 лет 271 500 га охотничьих угодий и заказник «Степной» ликвидированного центра. Получилось, что частная компания сама стала следить за правильностью охоты на сайгаков в своих же угодьях.

От сахара до тележки

Вместе с Пантелеевым Илюмжинов намерен строить не только сахарные заводы в Ставрополье, но и завод по производству литых деталей тележек и прочих комплектующих грузовых вагонов в Китае. В начале августа Пантелеев продал Илюмжинову 50% в своей компании «Тотал профит», которая занимается торговлей грузовыми вагонами и запчастями для них. Оборот компании в 2010 г. – 10 млрд руб., говорит Пантелеев. Он надеется, что участие Илюмжинова в компании ускорит ее развитие. Сейчас «Тотал профит» ведет переговоры с РЖД и чешским производителем тепловозов Legios об участии в ремонте и восстановлении старых тепловозов, что позволит продлить их срок эксплуатации на 15–20 лет.

«Калмык и я»

В 1993 г. Кирсан Илюмжинов купил чековый инвестиционный фонд, который назвал «Калмык и я». Он предложил гражданам республики передать свои ваучеры в фонд, чтобы создать корпорацию «Калмыкия» на $1 млрд. Фонд собрал несколько сотен тысяч ваучеров, выдав за каждый по семь акций «Калмыкии». Ваучеры «Калмыкия» доверила Московскому городскому банку, который в августе 1995 г. обанкротился, рассказывает местная газета «Степная мозаика». Илюмжинов помнит этот проект, но говорит, что «этим не занимался». «Это менеджмент что-то там приобретал, – оправдывается он и спрашивает: – Не знаете, а главу банка в итоге поймали?» Ведомости

Застать Илюмжинова в Москве сложно. По его словам, он две трети года проводит на переговорах за границей, а треть – в перелетах по России. «Мой офис – это мобильный телефон», – шутит Илюмжинов. Для встречи с журналистом «Ведомостей» он выбрал усадьбу Клоповской – двухэтажный особняк на Гончарной улице (у высотки на Котельнической набережной).

«Это офис моего партнера Абусупьяна Хархарова, – рассказывает Илюмжинов. – Сейчас у нас несколько совместных проектов 50 на 50». Через некоторое время поздороваться с Илюмжиновым спускается и сам Хархаров, бывший директор Махачкалинского морского порта, а сейчас совладелец инвестиционно-логистической группы «Сафинат». У «Сафината» свой флот из 22 судов в Каспийском море и инвестпроекты в Объединенных Арабских Эмиратах (ОАЭ), Саудовской Аравии, Туркмении и Европе.

Уже два месяца имя президента Международной шахматной федерации (FIDE) и экс-президента Калмыкии Илюмжинова не сходит со страниц деловых изданий. 19 июня стало известно, что он покупает 52% второго по величине топливного ритейлера Болгарии Petrol Holding. 10 июля – что он стал акционером французской Sucden, одного из крупнейших в мире торговцев сахаром. 13 июля – что Илюмжинов с британской Ashmore Group создает фонд на $1 млрд с перспективой роста до $10 млрд. А еще через три дня Илюмжинов на встрече с президентом Пакистана сообщил о планах инвестировать $5,5 млрд в угольное месторождение Тар.

Илюмжинов пытается подсчитать, сколько у него проектов, набирается более 20. «По каждому проекту у меня листочек, на котором написано, что и как», – говорит он. Все разные страны – Вьетнам, Лаос, Мьянма, ОАЭ.

«В записной книжке Илюмжинова половина списка Forbes, причем на разных страницах там фамилии людей, которые много лет враждуют между собой, – рассказывает его знакомый. – Илюмжинов включается в конфликтные ситуации и помогает договариваться враждующим сторонам. На этом можно заработать деньги или просто получить долю в компании». Другой знакомый уверен, что Илюмжинов вообще не вкладывает своих денег, а всегда получает долю: «Он не инвестор – он акционер». Третий говорит, что все-таки вкладывает: «Илюмжинов – ходячий инвестбанк: находит тему, организует сделку и соинвестирует. Где более 50%, где-то 10–15%».

Откуда деньги? Илюмжинов шутит, что еще в 1993 г. стал миллиардером – правда, в рублях и до деноминации.

Первый миллион

Как-то осенью 1993 г. в автосалон «Лирус мотор» на ВВЦ ворвались вооруженные автоматами люди. Они уложили сотрудников на пол лицом вниз и объявили: «Теперь мы ваша крыша, плата – каждый десятый автомобиль». Один из сотрудников попросил разрешения позвонить владельцу салона – Илюмжинову. «Я тогда был в «Метрополе» и предложил бандитам приехать за деньгами. Они приехали, мы поговорили и разошлись. Ни денег, ни автомобилей я никому не отдал», – вспоминает Илюмжинов. Он говорит, что это был не единственный случай: «Ко мне приходили, я всех знал и сейчас могу всех по кличкам назвать, но никому не платил».

Первый $1 млн 27-летний выпускник МГИМО Илюмжинов заработал через год после окончания института. В 1989 г. он устроился работать в советско-японское СП «Лико-радуга», которое занималось закупкой через Финляндию Volkswagen и Audi. «За проданные автомобили платили 6–10%. Я взял справочник предприятий, осуществляющих внешнеэкономическую деятельность, и первым мне попался НЛМК, – вспоминает Илюмжинов. – В СССР тогда не было в свободном хождении долларов, а предприятия, продающие свою продукцию за рубеж, получали квоту на покупку товаров народного потребления. Кто-то закупал пуховики, а я предложил НЛМК Volkswagen и Audi. Директора согласились». Продажи автомобилей пошли сотнями.

Уволившись в 1990 г. из «Лико-радуги», Илюмжинов стал депутатом Верхового совета СССР, создал корпорацию «Сан» и занялся бизнесом. Сейчас он с трудом припоминает свои активы 1990-х: «Газета «Новый взгляд», премия «Овация», игровые автоматы в гостинице «Измайлово», доля в ТВ-6, сочинская телекомпания, торговый дом на ул. Дмитрия Ульянова, биржа «Российская бумага», дилер Hyundai – та самая «Лирус мотор», первый в Москве суши-бар с караоке на Таганке... Много чем торговали, даже карандашами против тараканов». В 1993 г. Илюмжинов рассказывал, что у него примерно 50 компаний с годовым оборотом $500 млн.

Офшорная республика

В 1993 г. с лозунгом «Богатый президент – неподкупная власть» и обещанием сделать из республики Кувейт Илюмжинов выиграл выборы и на 17 лет стал президентом Калмыкии. Чтобы сделать Калмыкию Кувейтом, он сначала сделал ее офшором.

Началось с того, вспоминает Илюмжинов, что в гости к нему приехали знакомые студенческих лет – Валерий Тутыхин, Борис Липкин, Сергей Мамедов, Алексей Кучеренко и Берик Балгабаев (они позже стали министрами Калмыкии, руководителями госкомпаний или советниками Илюмжинова). «Они зарегистрировали в Элисте юридическую компанию и сказали: давайте что-то делать. Я предложил им создать офшорную зону», – вспоминает Илюмжинов.

В 1994 г. калмыцкий офшор начал работу. Зарегистрированные в нем компании вместо местных налогов делали отчисления в Фонд программ президента – $1250 в квартал. Журнал «Коммерсантъ-Власть» оценивал ежегодные доходы фонда в $20 млн. Эта схема просуществовала до 1998 г., когда по требованию партии «Яблоко» в Калмыкию приехала Счетная палата. Перед приездом аудиторов Фонд программ президента был ликвидирован (вместе с архивами), а банковские документы фонда погибли – прорвало канализацию.

В 1999 г. выпускники МГИМО запустили новую схему. Калмыкия приняла закон «О налоговых льготах предприятиям, осуществляющим инвестиции в экономику Калмыкии», по которому инвесторы освобождались от местных налогов. Инвестпроектов, дававших право на льготы, было 16, в сумме на $820 млн. Самым популярным среди компаний-резидентов стал проект «Калмыцкого бизнес-центра» на территории построенного в 1998 г. шахматного городка «Сити-чесс». Министерство инвестиционной политики Калмыкии заключало с компанией договор, в котором указывался размер ежеквартальных платежей. Минимальный платеж составлял $300, максимальный – $3000.

По словам юриста, который в те годы работал с российскими офшорами, существовали и другие, неофициальные, платежи: власти Калмыкии постоянно требовали доплаты, размер которой определяли персонально для каждого инвестора. Но в любом случае это было выгодно: экономия на налогах огромная. Так, компания «Аста-трейд» (трейдер ТНК-ВР) в 2002–2003 гг. заплатила бизнес-центру 1,9 млн руб., сэкономив 1,9 млрд руб. на прибыли.

Все закончилось в 2002 г., когда изменилось налоговое законодательство. Тут сработала ловушка для инвесторов. Калмыцкие налоговики с 2003 г. засыпали суд исками к «инвесторам» «Калмыцкого бизнес-центра». Они отказались признавать «оплату услуг» центра, а платежи оформлялись именно так – инвестициями. И отсуживали неуплаченные налоги. «Аста-трейд» в итоге обязали вернуть 4,65 млрд руб., и компанию обанкротили. В большинстве изученных «Ведомостями» дел сумма налогов намного меньше – сотни тысяч рублей. Но и взносы были меньше: минимальные – $300 в квартал.

Илюмжинов говорит, что за время работы офшорной зоны в Калмыкии познакомился со всеми участниками списка Forbes. «Некоторые из них в то время приезжали в Элисту на «Жигулях», – вспоминает он.

Шахматная республика

Президент Илюмжинов сделал Калмыкию не только офшорной, но и шахматной республикой. Шахматами он увлекается с детства, в 14 лет был чемпионом Калмыкии. А в 1995 г. стал дважды президентом – возглавил FIDE. В 1998 г. в построенном на отчисления резидентов офшора «Сити-чесс» состоялась Всемирная шахматная олимпиада.

Шахматы помогают Илюмжинову в бизнесе. «Илюмжинова знают во всем мире, – рассказывает его знакомый, первый легальный советский миллионер Артем Тарасов. – Он президент FIDE, в которую входят шахматные федерации большинства стран. Очень много стран, где шахматами увлекаются первые лица, банкиры, миллиардеры. Это как масонская ложа: кто в шахматы не играет, про этих людей ничего не знают».

С Тарасовым Илюмжинов еще в 1999 г. пытался запустить шахматные интернет-проекты. «Я встречался тогда с [владельцем Microsoft] Биллом Гейтсом, но тот сказал, что технически невозможно сделать интернет-платформу для 100 млн шахматистов», – вспоминает Илюмжинов.

Шахматы свели Илюмжинова не только с Гейтсом. Президентом Азиатской шахматной федерации является еще один его знакомый – принц Абу-Даби, шейх Султан бен Халифа аль-Нахаян (тот самый, который помогал делить бизнес Роману Абрамовичу и Борису Березовскому). «Я многих знаю еще с 1990-х, – говорит Илюмжинов. – Например, мы давно дружим с министром высшего образования и научных исследований ОАЭ шейхом Нахаяном бен Мубараком аль-Нахаяном, он приезжал в Калмыкию на охоту. У Нахаяна около 560 собственных компаний. Сейчас я ему предложил стать соинвестором в некоторых проектах».

С президентом Пакистана в июле Илюмжинов тоже встречался в качестве президента FIDE. Обсудив вопросы развития шахмат в стране, стороны перешли к инвестпроектам. От имени швейцарской Credit Mediterranee Илюмжинов предложил вложить $5,5 млрд в угольное месторождение Тар. Credit Mediterranee была зарегистрирована в Женеве в марте прошлого года. По словам одного из директоров этой компании, она управляет фондом с капиталом около $2,5 млрд и Илюмжинов – лишь один из инвесторов, а его партнеры – «мультимиллионеры из Юго-Восточной Азии и арабских стран».

Вьетнамский проект

В мае 2010 г. к президенту Илюмжинову в гости порыбачить и поохотиться приехал бывший президент Вьетнама Нгуен Минь Чиет. Заодно они обсудили возможность строительства Вьетнам-тауна в Калмыкии и развития нескольких российских проектов во Вьетнаме.

В это же время на отдых в республику приехали и друзья Илюмжинова – основатель группы Ru-com Михаил Абызов, совладелец группы «Аллтек» Дмитрий Босов и партнер последнего по телекоммуникационному направлению Евгений Ройтман. В интервью «Ведомостям» Нгуен Минь Чиет на вопрос про инвестиции Ru-com и «Аллтека» тогда ответил уклончиво: «Конкретной информации нет, но мы поддерживаем инвестиции в проекты по телекоммуникациям и высоким технологиям».

Спустя несколько месяцев после охоты компания RusViet Telecom (входит в «Аллтек») получила тестовую лицензию на строительство во Вьетнаме сети LTE, в октябре 2010 г. сеть заработала в Ханое. По словам Ройтмана, Илюмжинов – один из акционеров «Аллтек телекома», который развивает телекоммуникационные проекты в странах Юго-Восточной Азии.

Болгарский проект

«Я давно знал Дениса Ершова и Митко Сыбева [совладельцев болгарской Petrol]», – говорит Илюмжинов. По словам Илюмжинова, «Сыбев с Ершовым два года назад разошлись в понимании продолжения бизнеса». Из-за конфликта у компании возникли проблемы с финансами – перестали кредитовать банки.

«Ко мне приехали Сергей Батурин [бывший консультант Илюмжинова], Волк-хан [чемпион мира по боям без правил, бизнесмен Магометхан Гамзатханов] и еще один товарищ из Болгарии и сказали: может, посмотришь [Petrol]?» – вспоминает Илюмжинов.

По словам Ершова, переговоры с Илюмжиновым начались в марте. «Сделка фактически закрыта, но консультации продолжаются до сих пор, – говорит Ершов, – После корпоративной войны осталось много спорных ситуаций, которые придется разрешать Илюмжинову».

Petrol – второй после «Лукойла» торговец топливом в Болгарии. У нее, по словам Илюмжинова, 361 автозаправочная станция, 80 нефтехранилищ, три портовых терминала плюс непрофильные активы (земля, авиакомпания с пятью самолетами, гостиницы, футбольный клуб и стадион).

В июне Илюмжинов объявил, что Credit Mediterranee выкупила доли Ершова (47,5%) и Александра Мельника (5%) и начала переговоры с Сыбевым. По словам Илюмжинова, он уже договорился с Сыбевым подписать мировые соглашения по 17 искам – столько успели подать друг к другу бывшие совладельцы Petrol – и сейчас обсуждаются условия выхода Сыбева из бизнеса. Связаться с Сыбевым не удалось, но болгарской газете «Капитал дейли» он подтвердил, что ведет переговоры с Илюмжиновым о продаже своей доли.

Что Илюмжинов будет делать с Petrol? В проекте по Petrol существует еще один инвестор, говорит Илюмжинов: «Партнер сказал: «Давай, Кирсан, разберись, а дальше зайду я». Илюмжинов уже советовался по поводу Petrol со своим «давним и уважаемым другом» Вагитом Алекперовым – владельцем «Лукойла». Но «Лукойлу» вряд ли разрешат купить Petrol болгарские чиновники – они и сейчас-то обвиняют его в монополизме. В 2010 г. переговоры о покупке заправок у Petrol вела «Газпром нефть», но они ничем не закончились.

Французский проект

«Несколько месяцев назад в Париже старый знакомый – бизнесмен Петр Пантелеев познакомил меня с президентом и совладельцем Sucden Сержем Ворсано, – рассказывает Илюмжинов. – Ворсано хотел посоветоваться по бизнесу в России и других странах». Разговор от абстрактного быстро перешел к конкретному, и Илюмжинову, по его словам, предложили стать акционером Sucden. В июле Илюмжинов объявил, что стал одним из «ключевых акционеров» трейдера. Зачем одному из крупнейших мировых сахарных трейдеров понадобилась помощь Илюмжинова?

У компании проблемы с крупнейшим из трех ее заводов в России – Добринским (расположен в Липецкой области). Кипрская компания Endorsia купила права требования к заводу примерно на 0,5 млрд руб. и отсудила у него еще около 2 млрд руб. Интересы Endorsia в суде представлял бывший юрист Альфа-банка Сергей Федосов, знает источник «Ведомостей» в Sucden. А кипрский адрес Endorsia совпадает с адресами структур «Альфа-групп». Представитель Альфа-банка от комментариев отказался.

Илюмжинов не стал рассказывать «Ведомостям», каким образом он планирует разрешить сложившуюся ситуацию. «Надеемся, что он будет достаточно эффективным», – заявил Bloomberg директор российского офиса Sucden Этьен Пеллетье.

От официальных комментариев представитель российского Sucden отказался. Источник в российском Sucden уверяет, что Илюмжинова нет среди совладельцев ни головной, ни российской структуры: «Пантелеев приводил Илюмжинова к Ворсано, и они поговорили, но никакой помощи в разрешении корпоративного конфликта он не оказывает».

Илюмжинов уверяет, что доля в Sucden у него есть и он уже готовит несколько проектов по расширению бизнеса Sucden: «Планируем построить три сахарных завода в Ставрополье, рассматриваем варианты в Казахстане и Пакистане».

У Пантелеева своя версия – Sucden будет выполнять роль технического консультанта, а заводы будут строить он и Илюмжинов: «Инвестиции пойдут из фонда, созданного Ashmore Group и Илюмжиновым, а также мы рассчитываем на значительную господдержку».

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать