Российский избирательный процесс находится в надежных руках
Д. Абрамов / Ведомости
При чем тут партия власти. Общественные организации, которые выдвинули людей в УИК ЦАО Москвы, часто связаны с «Единой Россией».

Поисковое объединение «Столица» (135 мест в УИК ЦАО) возглавляет Алексей Воронков, в прошлом зампредседателя замоскворецкого отделения «Единой России».

Участковые избирательные комиссии (УИК), которые были сформированы в Москве в конце марта, будут работать ближайшие пять лет как на городских, так и на российских выборах. От них зависит, насколько честно будут подсчитаны голоса. Между тем в независимости этих комиссий многие сомневаются: они заполнены работниками коммунальных служб, сотрудниками управ и связанных с ними организаций.

Вот, например, что говорит представитель от КПРФ в территориальной избирательной комиссии (ТИК) Замоскворечья Олег Горбачев: «Это тенденция. В УИК создаются устойчивые группы из людей, работающих в одной организации, которые способны свое мнение навязывать и отстаивать. Это цель. Они не первый год там сидят, давно друг друга знают, не в первых выборах участвуют, фактически одни и те же лица. Контингент такой: сотрудники центров оказания госуслуг населению, муниципалитетов, управляющих компаний, работники школ... Создается такое ядро, которое способно солидарно отстаивать интересы исполнительной власти. Поскольку сидят на бюджетном финансировании или просто на заказах от исполнительной власти существуют, они не свободны в своем выборе».

«Ведомости» решили проверить, правда ли это. Для этого мы проанализировали состав УИК в Центральном административном округе (ЦАО) Москвы (см. таблицу).

Общественники

Больше всего – 729 мест (30,5%) – в УИК ЦАО получили парламентские партии: в каждой или почти в каждой комиссии есть человек от «Единой России», «Справедливой России», КПРФ и ЛДПР. Это понятно: по закону партия, имеющая представительство в Госдуме, автоматически получает его и в УИК. Если такая партия выдвинула своего человека и правильно оформила документы, ТИК, которая формирует УИК, просто не может его не утвердить.

Общественные организации, которым место в УИК вовсе не гарантировано, уступили парламентским партиям в ЦАО всего два очка – 727 мест, в относительном исчислении с округлением выходят те же 30,5%. Здесь наблюдается большое разнообразие – есть профсоюзы, организации избирателей, инвалидов, ветеранов, афганцев, чернобыльцев, пенсионеров, поисковиков и даже организации с неговорящими названиями вроде «Центр содействия – 2000».

Но есть повод заподозрить, что это разнообразие внешнее. Между людьми, выдвинутыми от совершенно разных общественных организаций, обнаруживаются тесные связи, корпоративные и даже родственные. Например, в УИК № 32 района Басманный председателем назначен Дмитрий Бизикин – гендиректор Управления капитального строительства Басманного района. В ту же УИК входит Арина Бизикина – ее выдвинуло военно-патриотическое поисковое объединение «Столица». И это не все. В Управлении капитального строительства под началом Бизикина работает Казбек Албегов – он тоже прошел в УИК № 32 от Российского объединения избирателей. И тоже с родственницей – Татьяну Албегову в УИК № 32 выдвинул союз «Чернобыль Москвы». Получается, формально люди пришли из разных мест, а в реальности – из одной корпорации.

Компанию им в УИК № 32 составляют два специалиста управы района Басманный – Юлия Мешкова и Александр Шушаков. Формально они тоже имеют разное происхождение полномочий: первая выдвинута собранием избирателей по месту работы, а второй – Московской федерацией профсоюзов.

Бывает и не такое. «Шесть учителей прошли в УИК из одной и той же школы, причем особенность такая, что они могут выдвигаться различными организациями профсоюзов, обществами инвалидов, ветеранскими организациями», – рассказывает Горбачев.

В Российском объединении избирателей, которое по своему представительству в УИК ЦАО лидирует среди общественных организаций (155 мест), не видят в этом ничего предосудительного. «Это обыкновенная практика [привлекать бюджетников и коммунальщиков], вы же не позвоните кому-то в квартиру и не попросите его прийти и помочь», – объясняет представитель объединения.

В Московской федерации профсоюзов (149 мест в УИК ЦАО) не отрицают, что набирают людей в УИК из муниципалитетов, управ и т. д. «Мы просто людей просим, уговариваем, чтобы они пошли работать. Кого проще уговорить? Тех людей, которые там же сидят, – наши члены профсоюза, которые работают в управе, в муниципалитете, в ДЕЗе, они хоть времени меньше теряют на разъезды», – объясняет зампред Московской федерации профсоюзов и член Мосгоризбиркома Юрий Павлов.

Общественные организации, делегирующие своих людей в УИК, часто связаны с партией власти (см. врез). Так, благотворительная организация «Жизненная помощь инвалидам детства» отправила в УИК ЦАО 14 человек. Ее председатель Любовь Дьяконова – член политсовета «Единой России» в ЦАО и депутат муниципального образования Якиманка. Правда, Дьяконова говорит, что политсовет сам по себе, а УИК сама по себе, политическое направление она «во главу угла никогда не ставила». Зачем вообще благотворительной организации отправлять в УИК своих представителей? У нас «городская организация, объединяющая 3000 семей», эта организация работает с населением, объясняет Дьяконова. И делает вывод: «У нас есть, конечно, основания представлять своих кандидатов». А откуда берутся кандидаты в УИК? «Все оговаривается».

По словам Дьяконовой, у «Жизненной помощи инвалидам детства» «есть небольшое бюджетное финансирование – это муниципалитет, совместные мероприятия». Некоммерческие организации, помогающие слабым, по определению зависимы от «сильных». Вот, например, благотворительный фонд «Таганский» (20 мест в УИК ЦАО). Его председатель Татьяна Троицкая является также учредителем центра эффективного обучения «Шаг за шагом», который в 2011–2012 гг. получил три госконтракта от городского департамента семейной и молодежной политики примерно на 2,5 млн руб. (проведение фестиваля и конкурсов). А организации инвалидов детства «Мы – детям» (6 мест) еще в начале 1990-х департамент имущества Москвы выделил помещение для центра реабилитации.

Связи с бюджетом обнаруживаются не только у общественников-благотворителей, но и у общест-венников-бизнесменов.

Например, председатель УИК № 10 района Басманный Константин Боровиков значится, по данным СПАРК, гендиректором и единственным владельцем ЗАО «Компания «Фероника», которое проводит дезинсекцию, дезинфекцию и дератизацию. В 2011–2013 гг. фирма заключила больше 26 госконтрактов с инженерными службами разных районов Москвы более чем на 27 млн руб.

Другой член УИК № 10, Дмитрий Дутка, – замдиректора ООО «Преференс», которое благоустраивает, озеленяет и убирает дворовые территории и в 2012 г. заключило с инженерными службами разных районов Москвы порядка 34 госконтрактов больше чем на 227 млн руб. Дутка сказал «Ведомостям», что делегирован в УИК своей организацией, которая занимается ЖКХ (формально его выдвинула Организация воинов-интернационалистов Афганистана района Басманный). В ответ на вопрос, попросили его или он волонтер, Дутка называет себя волонтером.

Члены той же УИК Анна Резникова и Ольга Сазонникова (первая выдвинута муниципальным собранием муниципального образования Басманное, вторая – КПРФ) работали в ООО «Валенсия», которое оказывает госорганам услуги по подготовке, организации и проведению торгов. Сазонникова сказала, что в УИК она в первый раз. «А кто вас выдвинул?» – «Мне не очень с вами удобно разговаривать».

Вот как описывает процесс выдвижения человек, близкий к государственному медицинскому учреждению, руководство которого состоит в «Единой России»: «Периодически приходят просьбы прислать, например, 20 человек, которые будут работать в комиссиях. Эти 20 человек дают, причем разных: и врачей, и технический персонал. И они их отправляют на разные участки, но не от своего трудового коллектива (чтобы не мучиться с формальностями и бумагами), а от разных общественных организаций. Какие-то есть рычаги влияния на людей: что это может быть – угрозы потери рабочего места, какие-то премии, карьерные продвижения. Эту разнарядку на 20 человек раскидывают по подразделениям, и уже каждый начальник знает, кого из подчиненных послать. Координационный центр всего этого (если говорить о формировании участковых комиссий) – районная управа. Там есть орготдел, который знает, в какие общественные организации в районе можно обращаться с подобными просьбами».

Коллеги

Собрания избирателей по месту работы, учебы или службы дали УИК ЦАО 606 человек, или 25,4% состава. От какого именно «места» направлен в УИК человек, на сайте Мосгоризбиркома теперь не раскрывается, хотя раньше такие данные были. Как рассказывают члены УИК и ТИК, здесь становится явным то, что в случае выдвиженцев от общественных организаций представляется более или менее тайным: «с мест» идут те же сотрудники коммунальных служб и другие бюджетники (учителя, медики и проч.).

Горбачев из ТИК Замоскворечья рассказывает, как пытался с этим бороться: «По Замоскворечью были партии, которые вообще не были представлены в избирательной комиссии, их отсеяли, хотя заявки от них поступили. Но комиссия предпочла включить от того же ДЕЗа трех человек, а от «Гражданской платформы», например, вообще никого... Я пытался выносить на обсуждение иные кандидатуры: давайте, говорю, уберем из ДЕЗа одного человека, а «Гражданскую платформу» поставим. Выносится на голосование. Члены ТИК от партий «за», а большинство членов ТИК все это давит на корню. И так по каждому участку».

«У нас в ТИК сейчас сидят юрист ГУИС [государственного учреждения «Инженерная служба»], сотрудник отдела кадров управы, ведущий сотрудник ГУИС ЦАО, там же сотрудники ЕИРЦ [единого информационно-расчетного центра], службы «одного окна» и т. д. Их восемь человек из 12, а от оппозиционных партий всего четверо», – приводит расклад Игорь Брумель, который был членом ТИК Замоскворечья от «Справедливой России» в 2010–2011 гг.

Горбачев не верит, что трудовые коллективы, направляющие людей в УИК, проводят какие-то собрания. «Люди сами никуда не приходят. Почему я делаю такое заключение? Потому что в заявлениях большинства лиц, дающих согласие быть выдвинутыми в УИК, подписи этих лиц странные. Проверяется это очень просто – имеются ксерокопии паспорта, где человек расписывается, – и, когда я сверял эти подписи с подписями под заявлениями, там они даже рядом не стояли», – говорит Горбачев.

Брумель рассказал, что в прошлом подавал заявление в прокуратуру, поскольку протоколы собраний избирателей различных организаций коммунального хозяйства и системы образования были абсолютно идентичны, одного форматирования и содержали одни и те же опечатки: «Это наводило на мысль, что они были составлены одним человеком, но прокуратура не усмотрела в этом нарушения закона».

В итоге получается такая картина. «Собрались утвержденные члены УИК с правом решающего голоса на свое первое заседание, которое проходило в префектуре, – делится впечатлениям член УИК от оппозиционной партии. – Смотрю, а большинство членов комиссии – активные импозантные женщины, – судя по разговорам и реакции на мои реплики, давно знакомы и даже работают вместе. Вместе с председателем их семь человек, простое сплоченное большинство, причем в УИК сидят не первый год. Но попали они в УИК от разных общественных организаций, по месту работы или даже от какой-нибудь партии».

«Когда я в марте пришел на первое собрание УИК, чтобы принять участие в выборах заместителя председателя и секретаря (председателя назначает ТИК), выяснилось, что собрание уже закончилось, – вспоминает один из волонтеров, включенных в московскую УИК от «Справедливой России». – Дело было в ЕИРЦ, руководитель которого и оказалась председателем УИК. Она меня встретила радушно, пустила в кабинет без очереди (очередь была по коммунально-платежным вопросам) и сообщила, что «все только разошлись». Предложила всех опять собрать, из чего я понял, что большинство членов УИК здесь же и работают. Позвала секретаря УИК – симпатичная. У меня своих кандидатов в секретари и зампредседателя нет, говорю, так что я с вашими согласен – давайте протокол подпишу. Не надо, отвечает, мы уже все оформили: у нас такой специальный ящик есть для голосования. Что за ящик, я не понял, но возражать не стал – будет еще повод поссориться».

Других нет

Власти и рады бы назначать в УИК других людей – хороших и разных, да их негде взять, объясняет член Мосгоризбиркома и зампред Московской федерации профсоюзов Юрий Павлов. «ТИК – 125, а УИК – больше 3000, это сколько нужно найти людей? А вы что, думаете, эта работа оплачиваемая? Оплачивается только дежурство и день проведения. Мы говорим: пожалуйста, если у вас есть партийная дисциплина, мы только за. Но партии не наберут такого количества людей. Просто не наберут... Мы просим людей: поработайте в этой комиссии. Если бы они не пришли, избирательного процесса не было бы».

Статистика это подтверждает: не всем парламентским партиям хватило людей для УИК даже на Москву, а в Москве – даже на ЦАО. ЛДПР, как видно из таблицы, недобрала 15 человек. Если взять всю Москву, достаточное количество кандидатов нашлось у «Единой России» и у КПРФ, у «Справедливой России», несмотря на большое количество волонтеров, не хватило людей как минимум на 250 УИК, а ЛДПР не закроет примерно треть комиссий.

«Если подходить объективно, для того чтобы организовать выборы, нужно достаточно большое количество членов избирательных комиссий. И где их взять, это тоже большой вопрос для исполнительной власти. В некотором смысле они вынуждены просто идти на это», – рассуждает Горбачев. Зампред партии «Патриоты России» (174 человека в УИК ЦАО) Надежда Корнеева считает выдвижение в УИК коммунальщиков и бюджетников оправданным: «Если в избирательной комиссии будут люди, готовые работать только в день выборов, то мы выборы не проведем. Политические партии, как правило, интересует только этот день. А организация процесса остается на плечах других». «Если бы не фальсификаторы, выборы бы не состоялись из-за несформированных комиссий. Но, с другой-то стороны, если бы не фальсификаторы, то жители бы не утратили интерес к выборам», – размышляет бывший член ТИК.

«Если говорить откровенно, до даже на выборах в Госдуму это была огромная проблема – найти готовых людей, а те, что находили, были слабые. В этом году за счет высокого уровня протестного настроения в столице нам удалось не просто полностью закрыть участки, но и даже сформировать резерв, очень помогли «Гражданин наблюдатель», «Сонар» и «Росвыборы», – рассказывает лидер московских эсеров Александр Агеев. Однако, по его словам, для других регионов проблема действительно существует: даже на партийцев рассчитывать не приходится, только треть готовы идти в комиссии и только несколько регионов за счет активности своих секретарей покрыли участки на 60–70%.

Признать партийную слабость готовы не все. «Заявление о том, что политические партии не смогли бы сами собрать нужное количество активных людей для работы в УИК, – это от лукавого... Мы пытались внести поправку в закон, чтобы избирательные комиссии формировали только из представителей политических партий. Но сразу же столкнулись с жесточайшим противодействием со стороны Центризбиркома и «Единой России». Политические партии способны сформировать работоспособные избирательные комиссии... Но, разумеется, власти назовут тысячу и одну причину, чтобы не выпустить избирательные комиссии из своих рук», – говорит секретарь ЦК КПРФ Вадим Соловьев. Нынешняя система позволяет властям сохранять управляемость выборов, согласен заместитель исполнительного директора ассоциации «Голос» Григорий Мельконьянц: «Если не хватает людей, то почему активных людей, которые хотят работать в комиссиях, туда не включают?»

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать