Интервью - Фульвио Конти, генеральный директор Enel

«Мы рассчитываем на то, что наши инвестиции будут окупаться»
Alessandra Benedetti / Bloomberg

Фульвио Конти возглавляет концерн Enel - второе по величине электрогенерирующее предприятие в Европе. В России Enel - основной акционер ОАО «ОГК-5», в которое входят Рефтинская и Среднеуральская ГРЭС в Свердловской области. До конца 2013 г. Enel планирует закрыть сделку по продаже «Роснефти» 40%-ной доли в «Северэнергии» и подписать соглашение о продаже «Газпрому» принадлежащей ему электростанции в Бельгии. В интервью «Ведомостям» Конти рассказал, почему принял решение продавать долю в СП, что именно его не устраивает в реформировании российской электроэнергетики и почему европейцам не стоит бояться иметь дело с «Газпромом».

- Почему вы решили продать долю в «Северэнергии» «Роснефти» (Enel и «Роснефть» сообщили, что госкомпания покупает у итальянцев 40% Arctic energy, которая владеет 49% «Северэнергии», за $1,8 млрд)?

- Мы объявляли, что согласно стратегическому плану компании намерены продать активы общей стоимостью около 6 млрд евро в ближайшее время (к концу 2014 г.). Те активы, которые мы рассматриваем для продажи, относятся либо к неконсолидированным, либо к тем, от которых мы можем отказаться без ущерба для основного бизнеса. И с учетом структуры сделки мы получаем денежные средства в объеме $1,8 млрд и одновременно долгосрочный контракт на поставку газа, таким образом, мы приобретаем возможность поддержать наш бизнес на российском рынке. Можно сказать, что с точки зрения стратегии мы обеспечили себя поставками газа и вместе с тем получили необходимые средства. В этом смысле «Северэнергия» оказалась идеальным кандидатом на продажу.

- На каких условиях «Роснефть» будет продавать газ?

- В данном случае важно понимать, что мы получаем газ на хороших условиях, которые позволяют эффективно работать на российском рынке.

- Можете сказать, какой объем газа «Роснефть» обязуется по этому контракту вам поставлять?

- Сохранность тайны условий по газовым контрактам столь же значима для нас, как... для священника не нарушить тайну исповеди.

- Но, по крайней мере, скажите, на сколько лет заключен контракт с «Роснефтью».

- Это 12-летний контракт. Условия контракта и объемы поставок газа сопоставимы с теми, которые мы имели бы в случае, если бы нам, как и прежде, принадлежала доля в предприятии.

- Совладелец «Новатэка» Геннадий Тимченко говорил, что СП с «Газпром нефтью», которое владеет 51% "Северэнергии", тоже ведет переговоры о выкупе доли Enel. Это правда?

- Правда. Мы действительно вели с ними переговоры. Принципиально переговоры с «Новатэком» также шли о продаже нашей 40%-ной доли. Но суть в том, что обязывающее предложение мы получили от «Роснефти», в то время как предложение «Новатэка» не имело обязывающего характера. После этого мы наши переговоры с «Новатэком» остановили.

- А можно ли сказать, что условия по контракту с «Новатэком» были более привлекательными?

- Нет, такого я сказать не могу. Главное отличие состояло в том, что «Роснефть» сделала обязывающее предложение, а «Новатэк» такого предложения так и не сделал. При этом, как вы понимаете, другие акционеры должны были предоставить свой отказ от участия в сделке.

- А были ли еще компании, с которыми вели переговоры?

- Представители «Газпром нефти»» участвовали в переговорах совместно с «Новатэком». Они шли вместе.

- Сделка должна быть закрыта до конца года?

- Да, мы ожидаем этого. Для этого нам необходимо разрешение Федеральной антимонопольной службы. Но я не вижу причин, по которым мог бы поступить отказ.

- Обсуждалась ли возможность совместной работы с «Роснефтью» на ваших проектах за пределами России?

- Нет, это не было частью наших переговоров по «Северэнергии». Но у нас хорошие отношения с «Роснефтью», как, впрочем, и с «Газпромом», «Лукойлом» и многими другими компаниями. Это вполне нормально для крупной международной компании.

- «Газпром» подписал c вами протокол о намерениях по покупке электростанции Marcinelle в Бельгии. Обязывающее соглашение стороны собираются подписать в сентябре или октябре. Договоренность в силе?

- Да, до конца года такое соглашение должно быть подписано.

- Пять лет назад в интервью "Ведомостям" вы говорили, что, по вашей оценке, реформа электроэнергетики в России идет успешно. А совсем недавно теперь уже бывший председатель совета директоров «Энел ОГК-5» Доминик Фаш признавался, что если бы знал, чем закончится реформа, то не пошел бы сюда. Вы разделяете его мнение?

- У меня на этот счет два соображения. Первое: с точки зрения нашего видения своего бизнеса в России мы намерены оставаться одним из ключевых игроков на этом рынке. Второе - могу ли я сказать, что удовлетворен происходящим здесь целиком и полностью? Не стал бы использовать формулировки, озвученные господином Фашем. Но что я бы точно мог сказать (и эта тема поднималась в разговорах с представителями различных ведомств): цены на электроэнергию и газ в России должны быть выше. Мы рассчитываем на то, что наши инвестиции будут окупаться.

- Как вы относитесь к идее правительства заморозить тарифы? Как это скажется на энергобизнесе компании в России?

- Считаю, что замораживание тарифов неблагоприятно для индустрии. Тарифы должны быть установлены на том уровне, который позволяет компаниям генерировать положительный денежный поток и за счет этого делать инвестиции. И потому надеюсь, что такая мера, для решения каких бы задач она ни предполагалась, носит временный характер. А после того как цели, которые с ее помощью планируется достичь, будут достигнуты, от нее откажутся.

- Вы уже подсчитывали эффект?

- Конечно. Мы понесем определенные убытки, но мы компенсируем падение выручки за счет повышения эффективности.

- Повлияет ли решение о замораживании тарифов на инвестиционные планы компании?

- Конечно.

- Пять лет назад вы говорили, что обещали президенту Владимиру Путину потратить в России 2,5 млрд евро. Удалось выполнить обещание?

- Да, это обещание было сдержано. На сегодняшний день мы инвестировали около 4,5 млрд евро и планируем выйти на 5 млрд к концу года. И мы довольны тем, что имеем. Но до тех пор, пока тарифы разморожены не будут, мы будем осуществлять только обязательные инвестиции. Планирование долгосрочных инвестиций не представляется возможным.

- Какие трудности, связанные с работой в России, оказались самыми неожиданными?

- Мы в целом удовлетворены российским рынком. Но недовольны темпом роста цен и будем говорить с представителями власти о необходимости дальнейшей либерализации рынка.

- Итальянское правительство летом не исключало, что может продать дополнительные пакеты в Enel и Eni, чтобы сократить госдолг. Вы поддержите такое решение, если оно будет принято?

- Ответ на этот вопрос необходимо спрашивать у акционеров компании.

- Enel на начальном этапе участвовала в переговорах об инвестировании в «Южный поток». Каково сейчас ваше отношение к этому проекту? Насколько серьезно ему угрожает противостояние между ЕС и «Газпромом» по Третьему энергопакету?

- Мы не участвуем в «Южном потоке». Компания прекратила переговоры с «Газпромом» по этому поводу. Что касается Третьего энергопакета, это в первую очередь решение Брюсселя. Я надеюсь, Третий энергопакет не спровоцирует возникновение антагонизма между Европой и Россией. Мое мнение - мы, европейцы, не должны бояться угрозы со стороны России. Мы должны смотреть на Россию как на ту страну, которая может помочь в удовлетворении нужд, которые существуют у Европы в сфере нефтегазовой торговли. Мы поддерживаем открытую торговлю и сотрудничество между странами.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать