Статья опубликована в № 2462 от 12.10.2009 под заголовком: Мусик и гусик

Мерил Стрип, застрявшая у плиты

«Джули и Джулия: готовим счастье по рецепту» (Julie & Julia) – редкая возможность застать Мерил Стрип у плиты. И утешиться: можно быть немолодой, толстой и счастливой – как Джулия Чайлд, кулинарная звезда и одна из двух главных героинь фильма Норы Эфрон

Дорогие женщины, описывать фильм, самым драматичным событием которого является гибель мяса по-бургундски, видимо, должен был другой рецензент, поэтому дальнейшее брюзжание не стоит воспринимать близко к сердцу. «Джули и Джулия» наверняка принесет счастье по рецепту тем, кто способен создать на кухне что-нибудь сложнее яичницы и пережить приготовление обеда как захватывающее приключение в разных жанрах.

В фильме Норы Эфрон есть комедия: неудачные попытки банального куриного яйца стать благородным яйцом-пашот. Мелодрама: резка лука, как известно, способствует отчаянному слезовыделению, а представьте, что нарезать надо пять кило. И даже триллер: варка живых омаров, которые пищат, брыкаются и норовят выбраться из кастрюли.

Решительная Джули (Эми Адамс) должна победить не только омаров, но и еще 523 блюда, описанных в книге ее кумира Джулии Чайлд (Мерил Стрип). И сделать это за год, подробно описав процесс в собственном блоге, который поначалу читает только мама. Но постепенно упорство автора приносит результат, группа моральной поддержки кулинарного обета становится все больше, и Джулия начинает чувствовать себя настоящим писателем, хотя и несколько раздавшимся в талии.

Возможно, эта история успеха выглядела бы артистичнее, если бы Джули поставила себе цель добиться совершенства в вышивании зубочисткой или изготовлении очень маленьких бумажных лягушек, но ни автор книги-первоисточника Джули Пауэлл, ни тем более режиссер Нора Эфрон не гнались за оригинальностью. Для обеих была важнее терапевтическая функция кулинарного искусства: в романе героиня спасается на кухне от депрессии на почве бесплодия, а в фильме – от стресса на работе, где Джули приходится выслушивать людей, чьи родные погибли в башнях-близнецах. Житейская вариация страшного вопроса о «стихах после Освенцима»: можно ли после 11 сентября готовить бёф де бургиньон.

Хотя кино все равно получается не про это, потому что актерское одеяло перетягивает на себя Мерил Стрип в роли жизнерадостной Джулии Чайлд, от скуки осваивающей французскую кулинарию в Париже 1950-х, где исполняет дипломатическую миссию ее любящий муж (Стэнли Туччи). Эми Адамс и Мерил Стрип недавно играли вместе в «Сомнении», но там у голливудской гранд-дамы был равноценный соперник Филип Сеймур Хоффман, и симпатичная Адамс скромно держалась в тени двух мастеров. А в «Джули и Джулии» мы наблюдаем беспощадное избиение младенцев: пока Эми Адамс изображает интеллигентную клушу из Квинса, Мерил Стрип в кудряшках задорно выдает бенефис в духе «Здравствуйте, я ваша тетя», не оставляя молодой коллеге ни единого шанса занять место в сердцах благодарных зрительниц. Наигрыш суперзвезды многократно усугубляется бравым русским дубляжом, и остается удивляться лишь долготерпению героя Стэнли Туччи, ни разу не поддавшегося искушению двинуть жену сковородкой. Но на то он и дипломат.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать