Статья опубликована в № 2590 от 22.04.2010 под заголовком: Грудь и товарищ

Микеле Плачидо снял мечтательное кино о революции

«Мечта по-итальянски» (в оригинале Il Grande Sogno – «Великая мечта») напрашивается на невозможное определение: Микеле Плачидо снял симпатичное кино о революции
OUTNOW.CH

Хочется достать из сундучка памяти советский лозунг «Любовь, комсомол и весна!», сдуть с него пыль и приклеить к фильму. По настроению очень похоже.

Время действия – весна 1968 г., самый романтический момент в новейшей истории. Сюжет – любовный треугольник на фоне политической борьбы. Действующие лица – революционные студенты, стихийный коммунистический союз молодежи по-итальянски.

Они называют друг друга «товарищ», произносят пламенные речи на собраниях и теряют невинность в библиотеке почти что под грохот канонады: это полиция ночью берет штурмом захваченный студентами университет, бьет стекла и лупит дубинками по горячим головам будущих интеллектуалов.

В центр истории Плачидо запускает как бы постороннего – молодого полицейского, мечтающего стать актером, но засланного шпионом в ряды передовой молодежи. Шпион, конечно, влюбляется в юную активистку. Она, в свою очередь, неравнодушна к местному революционному лидеру, под идейным влиянием которого находятся и ее младшие братья. Все красивы до умопомрачения. Особенно когда катаются на велосипедах по крыше – в теплых лучах заходящего солнца, еще на пороге судьбы, выбора, невольных предательств и крушения иллюзий.

Плачидо не может отказаться от соблазна повторить этот кадр в финале.

Режиссура «Великой мечты», как и сюжет, предсказуема на каждом шагу. Когда Плачидо вклеивает черно-белую кинохронику в эпизоды разгона демонстраций. Когда соединяет стилизацию под репортажную съемку с патетическим рапидом. Когда монтирует эротическую сцену с полицейской атакой. Когда заставляет очарованного шпиона цитировать возлюбленной «Ромео и Джульетту».

Но даже в самые сентиментальные и банальные моменты фильм каким-то чудом удерживается на грани, за которой возникает желание запустить в постановщика революционным помидором. То ли потому, что режиссерское простодушие здесь синоним чистосердечности. То ли оттого, что у Плачидо нет авторских амбиций: он последовательно и честно выдерживает жанр, и при всей шаблонности каждый эпизод отработан в фильме с вызывающим уважение профессионализмом, вниманием к деталям, свету, фактуре. А может, дело просто в нежности, с которой Микеле Плачидо относится к эпохе, провозгласившей: «Будьте реалистами – требуйте невозможного!».

Но как бы там ни было, во второй раз подряд в фильмах про потерю девственности в 1968 г. расцветает актриса, чью красоту хочется назвать и чувственной, и умной: в «Мечтателях» Бернардо Бертолуччи это была Ева Грин, в фильме Плачидо – Ясмин Тринка, не случайно получившая на Венецианском фестивале приз имени Марчелло Мастроянни.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать