Статья опубликована в № 2903 от 27.07.2011 под заголовком: Закрой варежку

Мелу Гибсону худо без бобра

В фильме «Бобер» (The Beaver) погруженный в депрессию Мел Гибсон разговаривает с перчаточной куклой. А Джоди Фостер доказывает, что может быть тонким режиссером
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание
Bloomberg
Лучше друг

Среди кандидатов на главную роль помимо Гибсона были Джим Кэрри и Стив Кэррел, но, когда к проекту подключилась Джоди Фостер, Гибсон, с которым она дружит, стал единственным вариантом.

Уолтер Блэк (Гибсон) – потухший мужчина в кризисе. Кризис классический. Начальственная должность, большой светлый дом, открыточная семья, младший ребенок в кудряшках. Все хорошо, только что-то нехорошо. Видимых причин для клинической депрессии нет, а депрессия есть. Уолтер Блэк так долго лежал лицом в стенку, что жена (эту роль Фостер сыграла сама) выгнала его в гостиницу, а старший сын (Антон Ельчин) начал делать вид, что возненавидел. И только найденный на помойке текстильный бобер с произношением жителя английских рабочих окраин (не спрашивайте почему), если постоянно носить его на руке, может помочь герою побороть меланхолию и самоидентифицироваться.

Слово, которое быстро (как правило, во второй фразе) возникает во всех – хороших и плохих – отзывах на «Бобра», – это слово «странный». Почти в каждой рецензии – «странный» в первом абзаце. Из-за этого (а совсем не из-за крошащейся в пыль репутации Мела Гибсона) «Бобер» с грохотом провалился в американском прокате. К фильму сделали мошеннический жизнеутверждающий трейлер о семейных ценностях и пользе пробежек, но все равно никого не обманули. Трагикомедия – сложный жанр: людей нервирует, когда непонятно, плакать или смеяться, ведь всегда есть опасность все перепутать и почувствовать себя дураком. А тонкий и, если присмотреться, исключительно умно интонированный режиссером Джоди Фостер «Бобер» в этом отношении даже хуже, изощреннее средней трагикомедии. Полфильма Фостер с Гибсоном идиотствуют с бобром (есть даже постельная сцена на троих), чтобы в конце треснуть зрителя веслом по голове – ничего смешного.

Дебютный сценарий Кайла Киллена про куклу бобра, через которую человек в депрессии общается с миром, в 2008 г. возглавлял список лучших неснятых голливудских сценариев. Отлично написанный, он всем страшно нравился на предмет почитать, но очередь из желающих связаться с «Бобром» всерьез не стояла. Это понятно: для того чтобы ввязаться в такого рода предприятие, нужно все-таки быть слегка отмороженным. В Джоди Фостер, уже судя по тому, что ее затея дуэта Гибсон – бобер привлекла, это качество есть, но и его тут оказалось недостаточно. Для независимой мелодрамы (на которую «Бобер» похож больше всего) здесь слишком много безумия, для фильма о безумии – слишком много независимой мелодрамы.

Что делать, плюшевый бобер – не черный лебедь, а прекрасная Фостер – не Кубрик и не Херцог. Единственный в этой компании, кто по-настоящему равен себе, – это, конечно, Гибсон. Пустые глаза, пожухлый вид, переходы от припадочности к апатии. Актер, у которого в последнее время сплошные проблемы – с алкоголем, евреями, геями, женщинами, полицией, коллегами, самим собой, – играет в «Бобре» грандиозно. Глупо в качестве комплимента указывать на совпадение роли и личных обстоятельств исполнителя. Но в случае с Гибсоном кое-что (вроде вида человека настолько опустошенного, что ветер продувает его насквозь) и правда выглядит пугающе личным. Если бы после всех гибсоновских скандалов прошло чуть больше времени, лет десять, это, разумеется, был бы «Оскар», слезы покаяния на сцене и умиления в зале. Но Гибсон еще не Микки Рурк, и «Бобру» не быть его «Рестлером». А быть ему, видимо, тонкой, симпатичной, но не великой картиной о том, что раз уж взялся жить с бобром, нужно его хотя бы слушаться.

В прокате с 28 июля

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more