Статья опубликована в № 2914 от 11.08.2011 под заголовком: Из рая и ада, от души

В Царицыне показывают наивное искусство

Десяток залов Хлебного дома музея «Царицыно» отданы современному наивному искусству, в одних царят свет и умиление, в других – нездоровое беспокойство
А.Махонин

Ласковая старушка рассказывает с экрана, как же хорошо ей живется: «Такая радость сидеть у полотна и писать, что душа хочет». Выставка с названием-плагиатом (наполовину) «В поисках утраченного времени. Современный русский наив» открывается работами старейшей, много за девяносто, уважаемой и по сей день живущей народной художницы Елены Волковой. Ее картин на выставке много, и все с хорошо известными сказочно-праздничными сюжетами: рыбоглазыми зверями, монументальными рыбами, красными арбузами и лукошками с грибочками, похожими на разноцветные пластмассовые шарики.

Завершается же райски начавшаяся выставка мрачными рисунками Александра Лобанова, проведшего большую часть жизни в психбольнице и компенсировавшего свой личный ад рисованием себя, ловко стреляющего из ружья с длинным стволом. Казенно-торжественная стилистика почетных грамот и массовых журналов вдохновляла страдальца, отчего его хвастливые изображения особенно мерзопакостны. Лобанов тоже известен публике – его рисунки были включены в главную выставку прошлой Московской биеннале современного искусства и досадно снижали творческий пафос этого грандиозного сочинения куратора Жан-Юбера Мартена.

Между эмоциональными полюсами выставки возникают разные и сильные чувства. Жаль светлую старушку Любовь Майкову, прожившую с 1899 по 1998 год, взявшую кисть в 78 лет и писавшую под ухмылки знающих толк в искусстве односельчан и сына (о ней также показывают фильм). Некоторые ее пейзажи, например «Артисты приехали», просты и элегантны, но в основном Майкова писала напряженно-темные картины родной природы.

Есть на выставке зал знаменитого не меньше Волкова Павла Леонова, умершего в этом году. Но представлен народный художник не лучшими своими желтушными картинами-ковриками – он написал их много, но не всегда вдохновенно. Правда, и здесь есть шедевр – «Моя Зина, моя муза», автопортрет с женой, где некоторые странности вроде укороченной ноги никак не снижают возвышенного строя целого.

Выставка открыта в рамках организованного Государственным центром современного искусства Фестиваля частных коллекций и должна демонстрировать связь между искусством народным, модернистским и современным. Поэтому рядом с деревянной скульптурой классика русского инситного искусства, народного модерниста и плотника по основной профессии Владимира Зазнобина стоит натюрморт-объект не старого и получившего художественное образование Сергея Горшкова. Его деревянный арт, как и многодельную декоративно-мистическую графику Василия Романенкова, к наиву можно отнести с оговорками.

Зато деревянное творчество несравненного Алексея Пичугина (1909–1999), с благоговением вырезавшего рельефы-копии любимых картин от «Явления мессии» Иванова до «Союза земли и воды» Рубенса, – полный наив. Страстное, не зараженное рефлексией, не считающееся с жизненными обстоятельствами наивное творчество, кажется, закончилось в прошлом веке.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать