Статья опубликована в № 2998 от 08.12.2011 под заголовком: Убийца – тот, кому меньше повезло

Роман Джонатана Литтелла "Благоволительницы": тяжелый бестселлер

В романе «Благоволительницы» Джонатан Литтелл исследует самые жуткие человеческие пороки пританцовывая
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Выход «Благоволительниц» Джонатана Литтелла на русском языке сопровождался изрядным шумом: еще бы, на счету романа Гонкуровская премия (2006 г.) и Гран-при Французской академии, перевод на 20 языков, мировой успех, массовые продажи в Европе.

И все же, прежде чем браться за эту книгу, стоит отдать себе отчет в том, что ждет вас на 800 страницах текста, набранного мелким убористым шрифтом. «Песчаная почва вокруг тел пропиталась почти черной кровью; и ручеек тоже почернел. Запах крови заглушал ужасный смрад экскрементов, в момент смерти многие испражнялись». Бабий Яр. Но это только начало. Дальше больше – все новые младенцы на руках у родителей, просьбы к немецким солдатам попасть в детей с первого выстрела, застывшие, сливающиеся с небом глаза, кровь, мозг, текущий из раздробленных черепных коробок, повешенные в мешках и без, разлагающиеся трупы расстрелянных, зловоние, к которому никак не может привыкнуть оберштурмбаннфюрер СС Макс Ауэ, все это нам и рассказывающий. Подумайте, сможете ли привыкнуть вы.

Эффект достоверности происходящего, увиденного глазами Ауэ (юриста по образованию и интеллектуала по призванию), возникает благодаря плотности исторических деталей, убедительности диалогов, точности географических координат и пейзажей. И достигает такой фантастической степени, что в какой-то момент становится непонятно, как Джонатан Литтелл, к моменту окончания книги 39-летний, вообще смог написать все это, а написав, не повредился в уме? Ну ладно, это, положим, вопль обывателя. Вопль читателя – ради чего это было написано и почему должно быть прочитано?

И вот это по мере погружения в действительно весьма кинематографичное действие «Благоволительниц» становится очевидно.

Литтелл выступил в роли ассенизатора, решился на гигиенический акт, собрав всю грязь, мерзость, подлость и пороки в одном персонаже и продемонстрировав их в назидание потомкам.

Максимилиан Ауэ – не только палач, то вольный, то невольный, но и извращенец: в юности он спит с собственной сестрой-двойняшкой – один раз в музее, на гильотине. Из-за невозможности быть с ней вместе, Макс становится гомосексуалистом и, рискуя головой, носит под офицерской формой женское белье. Но и это цветочки. То ли в бреду, то ли наяву он становится убийцей собственных родных.

Чудовище? Не больше и не меньше, чем каждый из живущих на земле, убежден сам Ауэ. «Я хотел сказать, что если человек, как бы ни старались изобразить его поэты и философы, по природе своей не хорош, то уж точно и не плох. Добро и зло – категории, которые помогают оценить результат воздействия одного человека на другого, но они совершенно непригодны и даже неприемлемы, чтобы делать выводы о происходящем в человеческой душе».

Проще говоря, самый жуткий убийца легко может оказаться добрым семьянином. Да и что значит «убийца», если на войне заповедь «не убий» отменяется – своих врагов убивают и иудеи, и христиане. И значит, все законы, в том числе библейские, относительны. Хотя на самом деле убивать не хочется никому. Но кому-то везет меньше – и тогда приходится. «Угроза – особенно в смутные времена – кроется в обычных гражданах, из которых состоит государство. По-настоящему опасны для человечества я и вы». Такова правда героя.

За спиной его, однако, стоит автор, невероятный Литтелл, написавший черновик романа за четыре месяца в Москве и наполнивший текст не только историей Второй мировой, но и литературой – Софоклом, Платоном, Вийоном, Флобером, Достоевским, Толстым, Лермонтовым, Джойсом.

Вся эта компания поет хором, пританцовывая (части романа озаглавлены названиями старинных европейских танцев – «Токката», «Сарабанда» «Менуэт»), следующее: зло таит распад, зло несет разрушение – телу и душе.

Максимилиан Ауэ все чаще, начиная с «достреливания» красивой еврейской девушки в яме, все хуже различает явь и бред, все чаще мучим кошмарами, желудок его не приемлет пищи, его мучает то рвота, то понос. Потому что нарушил те самые законы, в относительности которых так истово убежден.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more