Концерт Чечилии Бартоли пройдет в Москве: колдовство интонацией

Итальянское меццо-сопрано исполнит музыку, написанную для кастратов, – в программе арии из опер эпохи барокко
AP U. Flueeler

Тот, кто полгода хранил билет на выступление Чечилии Бартоли, получит награду за верность: певица возвращает публике концерты, отмененные в октябре из-за ларингита. Один концерт пройдет в Москве, другой — в Казани, где Бартоли еще не выступала. В Москве она четвертый раз. Если в 2001 году, когда она появилась впервые, ее знали только меломаны, то теперь она и у нас коммерческая суперзвезда, затмить которую способна разве что Анна Нетребко.

Повсеместный успех Чечилии Бартоли приобрел в последние годы настолько сильный привкус поп-индустрии, что многие почитатели старинной музыки от нее отвернулись. В самом деле, исчез отблеск альтернативности, которым всегда дорожило аутентичное исполнительство. Между тем в своем искусстве Бартоли ничего не потеряла, все сильные и слабые стороны ее мастерства при ней.

Сильных, разумеется, больше. Это прежде всего феноменальное техническое мастерство, с которым она исполняет колоратуры и фиоритуры. Это огромный диапазон, позволяющий ей исполнять партии, написанные и для меццо-сопрано, которым она по природе является, и для сопрано. Это редкая артистическая одаренность, способность наделять героинь (или героев) всеми оттенками страстности, которых требует эстетика барокко, или забавной характерностью, необходимой в опере-буффа, или отрешенностью, свойственной героиням оперы бельканто. Это, наконец, доверительная простота безо всякой претензии на элитарность, с которой певица держится на публике.

Но и слабые стороны тоже весьма существенны. Сам по себе тембр голоса Бартоли не слишком красив, а главное — голос ее уж слишком мал. Это создает проблему для выступлений Бартоли в крупных те рах и концертных залах, а Большой зал консерватории именно таков. Лучше подходят ей небольшие залы (но проводить в них гастроли нет коммерческого смысла), а уж особенно цветет искусство Бартоли на компакт-дисках.

В Москве Бартоли споет с цюрихским оркестром La Scintilla (в отличие от Казани, где пройдет камерная программа под рояль) арии со своего альбома Sacrificium. Альбом очень эффектный, получивший Grammy. Он посвящен искусству кастратов: в названии диска обыгрывается именно та жертва, которую мальчики приносили искусству, мечтая достичь в нем высот. Немногим это удалось, как знаменитым Фаринелли и Кафарелли: их репертуар и взят в альбом Бартоли. Музыка, написанная для кастратов — арии из опер эпохи барокко, — в аннотации к альбому аттестуется как самая сложная из когда-либо написанной для человеческого голоса. Итальянские композиторы Порпора, Кальдара, Арайя (кстати, автор первой оперы на русском языке), Лео, Винчи, Броски (брат кастрата Фаринелли), Джакомелли, а также работавшие для итальянских театров Гендель и Граун смогли перещеголять один другого в виртуозных сложностях. Виртуозность, недоступная обычному человеку, а достигнутая в результате насилия над человеческой природой, призвана открывать мир аффектов высшего порядка, в котором и заключена суть поэтики барокко. Быстрые и лихие арии чередуются с медленными и тягучими, приводящими в транс, — здесь певцу положено колдовать интонацией и вокальными нюансами.

Колдовать Бартоли умеет: спеть так, что перед глазами возникает сцена, характер, история. С репертуаром кастратов, однако, сложнее. Во-первых, они все равно звучали иначе. Во-вторых, проект задуман как театр в театре: Бартоли изображает кастрата, изображающего героя. Тут и начинается тонкая ложь, мешающая расценить программу Sacrificium как подлинное достижение. Чтобы не замечать ее, лучше выкинуть из головы кастратов, жертвоприношение и прочую рекламную ахинею — а воспринять предстоящий концерт просто как очередной комплект брючных ролей очень талантливой артистки.

24 марта, Большой зал консерватории, ул. Б. Никитская, 13, тел. 232 53 53