Статья опубликована в № 3103 от 17.05.2012 под заголовком: Корейская хрестоматия

В Москве выступил Universal Ballet из Сеула: «Шим Чон» – народная сказка, поставленная по лекалам классических балетов

В Москве выступил сеульский Universal Ballet со спектаклем «Шим Чон». Корейская народная сказка, поставленная по лекалам классических балетов, идеально соответствует образу одной из ведущих азиатских компаний
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание
H.Hwang

Основанная в 1984 г. труппа Universal Ballet обладает завидным репертуаром: в нем весь набор русской классики соединяется с «Онегиным» Крэнко, «Ромео и Джульеттой» Макмиллана и россыпью одноактовок Форсайта, Килиана, Дуато, Уилдона, Охада Нахарина. Но в Москву, как до этого в американское и европейское турне, корейцы отправились с «Шим Чон», которая уже обрела статус национальной классики.

Название гастрольного спектакля сразу рисует в воображении обилие кимоно, торжество мечей и вееров, разгул экзотических расцветок и оригинальных мелодий: положенная в основу сказка повествует о бедной крестьянской семье, в которой вырастает красавица Шим Чон, в финале становящаяся королевой.

Но первая картина спектакля напоминает не о корейских национальных танцах. Осенний пейзаж, краски желто-багряного увядания, бедная хижина слева и деревенька вдали, крестьянки на пуантах в соединении с мелодией адановского разлива отсылают к «Жизели». У бедного слепца праздник – его жена родила дочь. Односельчане водят некое подобие хороводов, загримированный под старика мужчина радостно потряхивает кулек, по старинной балетной традиции символизирующий новорожденного. Крестьянки трогательно прижимают руку ко лбу – это рудимент жеста, который должен означать усталость. Счастливый отец широко распахнутыми глазами смотрит прямо перед собой – сто лет назад так в балете обозначали слепоту.

Радость крестьянина оказалась недолгой: жена, так и не появившись на сцене, умирает, дочь помогает ему заработать на пропитание, пока однажды не появляется монах, обещающий за плату вернуть старику зрение. Чтобы помочь отцу, Шим Чон должна быть отдана моряками в жертвоприношение Морскому царю. Стремительный зачин из нескольких мизансцен и дуэта героини с отцом наводит на мысль о коротеньком, по современной моде, спектакле с красивыми дуэтами.

Однако американка Адриен Деллас при постановке «Шим Чон» вдохновлялась не одной лаконичной простотой «Жизели». В ее спектакле есть буря на море, вызывающая тень «Корсара», подводное царство, напоминающее о «Коньке-Горбунке», возвращение на землю в цветке лотоса – тут приходит время «Дочери фараона» – и свадебный акт во славу всех гран-па Петипа, вместе взятых. В виртуозных массовых танцах моряков хореограф потянулась уже к «Легенде о любви» и «Спартаку» Григоровича, одна из вариаций подводного царства выглядит перепевом «Тщетной предосторожности» Горского, дуэты выдают тщательное изучение творчества Макмиллана. Сама же структура спектакля свидетельствует о том, что американка могла бы считаться лучшей ученицей Ростислава Захарова, идеолога и проповедника идей хореодрамы. Мастерство Деллас в соединении всех этих компонентов вызывает восхищение.

Создавая «Шим Чон» в самом начале деятельности Universal Ballet, хореограф старалась поразить и публику, и исполнителей всей роскошью классического танца. Можно считать, что свою миссию она выполнила успешно: интерес к балету в Корее принимает размах эпидемии, труппа выучена по последней западной моде и в культуре танца может конкурировать с именитыми компаниями. А отсутствие собственного взгляда на балет и оригинальных идей в «Шим Чон» восполнили национальные танцы, все-таки вырвавшиеся ближе к финалу на сцену.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more