Стиль жизни
Бесплатный
Для Пятницы|Лев Ганкин

Хедлайнер фестиваля Ahmad Tea: Энтони Хегарти и оркестр

Лидер группы Anthony & The Johnsons приезжает в Москву в одиночестве, чтобы выступить в сопровождении симфонического оркестра театра «Новая опера»
L.Gillieron / AP

Поначалу даже неясно, кому принадлежит этот удивительный тембр голоса – мужчине или женщине

Фестиваль Ahmad Tea, ежегодно проходящий в Москве в первые летние дни, всегда фокусировался на британской поп-сцене. В этом году формально концепция не изменилась, но де-факто все по-другому. Во-первых, хедлайнер мероприятия певец Энтони Хегарти – британец только по рождению. Всю свою сознательную жизнь он живет в Америке и является одной из главных достопримечательностей нью-йоркского музыкального андеграунда: сегодня в женском костюме выходит на сцену гей-диско, завтра делает эстетскую музыкально-театральную постановку для Музея современного искусства (MoMA). Песни же Энтони пишет под впечатлением, например, от японского танца буто (таков весь альбом Crying Light) – но уж точно не от Англии с ее викторианскими особняками и ежедневным файв-о-клоком.

Во-вторых, отличие в том, что к нынешнему фестивалю впервые готовятся московские музыканты – симфонический оркестр театра «Новая опера». С некоторых пор Хегарти выступает только в сопровождении оркестра, и промоутеры концертов теперь всякий раз сами на месте подбирают аккомпанирующий состав. В этом, пожалуй, главная интрига фестиваля – как голос Энтони будет звучать в симфоническом сопровождении. В роли поп-певца мы его уже и слышали (на многочисленных альбомах его проекта Antony & the Johnsons, а также, например, в составе диско-группы Hercules & Love Affair), и даже видели – пять лет назад Хегарти со своими «джонсонами» приезжал в клуб «Б1 Maximum». Но по правде сказать, при всей инструментальной изысканности песен Antony & the Johnsons уже тогда было ясно, что этот человек заслуживает иного музыкального антуража.

Дело в том, что вокал Энтони не похож ни на какие поп-образцы – более того, поначалу даже неясно, кому принадлежит этот удивительный тембр: мужчине или женщине. Если он о чем и напоминает, то, пожалуй, об оперных кастратах эпохи барокко. Кстати, и в песнях, которые пишет Энтони Хегарти, есть такое же ощущение полета, какое исходит от взмывающих поз и ниспадающих драпировок на барочных полотнах: не случайно в названии самого успешного своего альбома певец уподобил себя птице (I Am A Bird Now). Это вообще-то довольно тихая музыка, обманчиво неброская, но в одном лишь голосе Энтони Хегарти содержится такая сокрушительная витальность, что за его выступление в саду «Эрмитаж» становится спокойно: этому большому во всех смыслах человеку достаточно шепнуть пару слов в микрофон, и шум улицы отступит прочь.

В сегодняшней ситуации, когда поп-культура беспрерывно воспроизводит саму себя, а ключевым творческим импульсом стала ностальгия, Энтони выглядит настоящим оригиналом. У него есть и своя неповторимая интонация (спокойная, даже ласковая; разительный контраст с нахрапистой поп-музыкой образца 2010-х), и свой поэтический язык (эдакая рифмованная натурфилософия), и, наконец, свой музыкальный стиль (нечто среднее между песней и оперной арией). В сравнении с ним могут померкнуть другие участ­ники фестиваля, которые сами по себе ничем не плохи: бодрый лондонский ансамбль Fanfarlo и меланхоличное брит-поп-трио I Am Kloot. На фестивале в саду «Эрмитаж» все они, похоже, обречены быть «джонсонами» в тени Энтони Хегарти.

2 июня, 17.00, ул. Каретный Ряд, 3, Ahmad Tea Festival, www.ahmadtea.ru

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать