Статья опубликована в № 3120 от 09.06.2012 под заголовком: Полторы оперы

Премьеры «Альцесты» и «Ифигении в Авлиде» в Лейпциге: полторы оперы

В Лейпцигской опере прошли премьеры «Ифигении в Авлиде» и «Альцесты» Глюка. Глядя на них, ни за что не догадаешься, что обе оперы поставлены одним и тем же режиссером
Andreas Birkigt Oper Leipzig

Знаменитый бунтарь, во многом определивший лицо немецкой оперной режиссуры рубежа веков, в «Ифигении» Конвичный не похож сам на себя. Он работает в манере, напоминающей порой далекое прошлое, мэтров той поры, когда главным в опере считалось определиться с кулисой, из которой выходят певцы.

Зато в «Альцесте» проработка деталей такова, что рука Конвичного узнается сразу. Певцы у него раскрываются как драматические таланты – итальянка Кьяра Анжела в заглавной партии некоторым критикам напомнила великую Каллас. Старожилы рецензионного мира могут позволить себе преувеличения, но все же хочется верить, что Каллас была поэффектнее. Но и силу трагического в Кьяре Анжеле преуменьшить невозможно.

Правда, как это часто бывает у Конвичного, шаг от трагедии к иронии и даже злой насмешке оказывается коротким. С появлением Геркулеса (Райан Маккини) в леопардовой шкуре и с огромной дубиной (художник по костюмам Михаэла Майер-Михнай) сцена теряет античную атмосферу. Сценограф Йорг Косдорф создает телевизионную студию, в которой снимает свои шоу HercoolTV.

В этот момент режиссер комбинирует две версии оперы: к «серьезным» венским актам 1767 г. добавляет третий, из более жизнерадостной парижской версии 1776 г. Пуристы в шоке. К ним присоединился и дирижер Паоло Кариньяни, отказавшийся в итоге встать за пульт на премьере. Но и заменяющий его сегодня Энтони Брамал тонко чувствует Глюка.

Конечно, пережить привычный для оперы катарсис не получается, но Конвичный давно уже к катарсису и не стремится. Он воспринимает оперу как вариант телешоу XVIII в., пытающегося в веке XXI отстоять былые заслуги и права. В «Альцесте» все у него получается. В «Ифигении» – почти ничего. Почему?

Кажется, режиссер просто не успел завершить работу. Зритель видит лишь половину задуманного цикла. Изначально Конвичный хотел поставить четыре оперы Глюка, в том числе «Ифигению в Тавриде» и «Армиду». Это был бы первый такой проект, его хотели завершить к 2013 г., когда мир отметит юбилей Вагнера. Так возникло бы другое музыкальное пространство, другое «Кольцо». Но в разгар работы интендантом в Лейпциге стал Ульф Ширмер. Конвичный как главный режиссер театра с ним не сработался и подал в отставку. От масштабного замысла остались лишь два спектакля (фактически полтора). Можно только догадываться, как бы выглядел цикл в целом.

Удивительное не только в том, как интересные замыслы остаются недовоплощенными. Странно, при каких залах идет сейчас в Лейпциге Глюк: они пусты. В какой-то момент даже кажется, что зрителей меньше, чем хористов (на самом деле хористов все же поменьше).

В чем дело, понять невозможно. То ли публика с необычайной сноровкой отворачивается от былого любимца (а о лейпцигских постановках Конвичного в городе до сих пор говорят с придыханием). То ли звезды ведут себя так – уж отвернуться, так отвернуться.

В итоге в полупустом, а иногда и практически пустом зале зритель чувствует себя королем, ради которого труппа готова разыграть полноценный спектакль.

Судя по послевкусию, труппа старается не зря.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать