Стиль жизни
Бесплатный
Алексей Яблоков

Как выглядит патриотизм на шествии оппозиции и в фан-зоне Евро-2012

Спецкор «Пятницы» нашел сходство между оппозиционерами и футбольными болельщиками
РИА Новости

- Для удобства шествия левые силы формируются с левой стороны! Правые силы формируются с правой стороны! Центристы и другие силы идут по центру!

Двенадцатого июня, в День России, произошла масса незаурядных событий. Публичное разрезание пирога на площади Революции. Фестиваль малых народностей. Фестиваль флагов. Выставка современного подвижного состава и ретротехники. Все эти события так или иначе отражают любовь российских граждан к своему отечеству. Впрочем, я наблюдал лишь за ее крайними формами – шествием оппозиции и игрой российской сборной с поляками на чемпионате Европы.

К десяти вечера в фан-зоне ЦПКиО им. Горького было невозможно протолкнуться. Посмотреть трансляцию чемпионата Европы по футболу собрались не менее 3 тысяч человек. На входе людей обыскивали трое полицейских – с той же ласковой улыбкой, что я видел утром на Пушкинской площади. Там, на Пушкинской, полиция, одетая по случаю праздника в белые рубахи с карманчиками, была предельно миролюбива. Стандартная процедура ощупывания в ее исполнении напоминала балет. А тут еще дождь кончился, выглянуло солнце, и оппозиция непроизвольно улыбалась и подмигивала друг другу.

Дружелюбие царило и в парке Горького. Молодые люди предлагали прохожим сыграть с ними в футбол на небольшом огороженном участке фан-зоны. Пиво продавалось без ограничений. Толпу, которая расселась на трибунах и траве перед экраном, развлекал перебрасыванием мяча с ноги на ногу известный советский футболист Виктор Царев. Контингент в основном состоял из влюбленных пар и мужских компаний. Рядом со мной на траве расположилась семья: супруги с юной дочерью, обернутой в российский флаг. Все болельшики были связаны конкретной целью – помочь российской сборной победить поляков. Поэтому они охотно теснились, уступая друг другу место, заводили знакомства, а семья даже предложила мне лишний дождевик.

На Бульварном кольце этой солидарности не хватало. Наметившийся там было дух согласия разрушил человек с мегафоном.

– Граждане! – выкрикивал он. – Для удобства шествия левые силы формируются с левой стороны проезжей части! Правые силы формируются с правой стороны! Центристы и другие силы идут по центру бульвара!

Многих этот коварный прием заставил задуматься о своих политических пристрастиях – быть может, впервые в жизни. И несколько пар на этой почве чуть не разругались.

– Ну какие мы центристы, Володь! – горячилась девушка. – Мне вот «Солидарность» нравится. Пойдем справа?

– Ага, у нациков за спиной, спасибо. Дура, нас же разделить хотят, чтобы легче управлять было!

– Короче, хочешь – иди по центру, – девушка гордо направилась в стан «Солидарности». Юноша двинулся за ней скрипя зубами.

На трибунах парка Горького до разделения пока не дошло. В 22.45 началась трансляция матча, зазвучал гимн России, и вся фан-зона поднялась. Затем болельшики, ряд за рядом, начали воздевать руки к небу: делать «волну» – прием, который неплохо бы перенять и оппозиции. Когда «волна» докатывалась до верхних трибун, все разражались аплодисментами. Это сближало.

На шествии толпа тоже аплодировала, но адресно – полицейскому вертолету. Гимна никто не пел, вместо песен были многочисленные речовки: «Рабочий класс – это для нас!», «Путин – вор!» и т.п. Каждый любил родину по-своему. В левой части бульвара бушевали красные. Там развевались флаги Национал-демократической партии, Союза социал-демократов и «Левого фронта». Шагал лидер движения «Трудовая Россия» Виктор Анпилов, посылая в мегафон проклятия Владимиру Путину. За красными следовала колонна ЛГБТ-активистов под радужными знаменами.

– Знаешь, кто это? – объясняла мужу старушка в кружевных перчатках. – Геи и лесбиянки. Молодцы ребята. Ничего не боятся.

– А чего бояться-то, – заметил муж.

Правую часть бульвара оккупировали националисты. Их выступление, как обычно, напоминало небольшой военный парад. За ними колыхались оранжевые флаги «Солидарности» и белые «Яблока».

Выяснилось, что и болельщики, несмотря на одержимость идеей, имеют свои вкусы, хоть и не сидят в разных частях фан-зоны. Большинство игроков российской сборной были из «Зенита», что многим не понравилось. Сидящие за моей спиной очень резко ото­звались о достоинствах Андрея Аршавина, за что были награждены свирепым взглядом моего соседа справа. Они бы точно схлестнулись, если бы не началась игра. На протяжении всего первого тайма я думал: как жаль, что Сергей Удальцов и Алексей Навальный не играют в футбол! Такой бешеной поддержки, такого накала эмоций не было даже на Болотной площади 6 мая, а ведь народу в парке Горького собралось раз в двадцать меньше.

Гол в ворота польской сборной был встречен громовыми овациями. Все повскакивали с мест, стали обниматься. От воплей «Россия!» раскалывалась голова. Похожее ликование я видел на Трубной площади. Все видимое пространство – от Петровского до Сретенского бульвара – было заполнено людьми.

– У Путина большие проблемы, – с удовольствием сообщила мне какая-то девушка, оглядывая толпу. – Здесь уже тысяч восемьдесят, а на Пушке народ только прибывает. Повсюду стояли люди с плакатами: «Нас штрафуют, а мы крепчаем!», «Скинемся на следующий митинг?» и «Владимир Путин, как мох уютен». Мимо меня прошла дама с собачкой в белом ошейнике и с надписью «Перевыборы».

До проспекта Сахарова, где должен был начаться митинг, добрались быстро. Первым выступил Сергей Удальцов. Сиплым голосом он объявил, что здесь собралось более ста тысяч человек, которых не запугать. Толпа согласилась. Затем вышел Борис Немцов. Его приветствие: «Здравствуйте, мои смелые, свободные люди!» – было почему-то встречено холодно. Теплее был принят Михаил Касьянов. Он заверил, что еще несколько месяцев – и Путин сдастся. В заключение Евгения Чирикова зачитала «Манифест свободной России» – о необходимости отставки Владимира Путина и переизбрания Государственной думы. Манифест оказался длинным, и люди слушали вполуха. Тоска читалась на их лицах. Все как будто заранее знали, из чего будет состоять митинг. Все понимали, что со сцены, как и в прошлый раз, полетят слова о необходимости мирного протеста, о том, что власть жуликов и воров вот-вот падет, что Россия – это мы, и она будет свободной. Но эти слова не ассоциировались у оппозиции с любовью к родине. Их тянуло обратно на Бульварное кольцо, они хотели действия, движения, порыва и сейчас откровенно скучали. Некоторые сели прямо на асфальт, развернув романы Акунина и Улицкой, кто-то довольно похоже передразнивал Чирикову. Многие целовались, сидя на бордюрах.

Настроение в фан-зоне тоже не было ровным. После нашего гола от добродушной толпы вдруг не осталось следа. Опья­ненные адреналином люди требовали друг у друга подвинуться, опустить зонт пониже, курить в другую сторону. Любое замечание в адрес наших игроков могло кончиться мордобоем. Впрочем, до этого не дошло, поскольку поляки забили ответный гол, и трибуны огласились воем.

– Что они делают, а? Ну что делают! – тосковал сосед справа.

– Да нашим «Газпром» заплатил, чтобы не играли, вот и все, – заметили сзади.

– Вот именно, – обрадовался сосед. – «Газпром»!

– Россия! Россия, мы с тобой! – взвыли в первых рядах, коротко и тоскливо. Крик подхватили, и все начали скандировать эту фразу, как будто она могла что-то изменить. Финальный свисток прозвучал в парке Горького на 94-й минуте. К этому моменту многие болельщики давно ушли, боясь опоздать на закрывающееся метро. Похоже, им, как и участникам митинга оппозиции, итог был известен заранее: один – один.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать