Статья опубликована в № 3129 от 25.06.2012 под заголовком: Как мы победили Орду

Московский кинофестиваль: Как мы победили Орду

В конкурсе Московского кинофестиваля выступил первый российский участник – Андрей Прошкин с исторической фантазией «Орда», качественно выполняющей госзаказ на патриотизм и духовность
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание
ВОЛЬГА

Это гораздо, гораздо лучше, чем показанный на ММКФ три года назад «Царь», состоявший из бесноватых ряженых, наивных чудес и примитивного противопоставления мирской и духовной властей. Картина Павла Лунгина изумляла небрежностью новогоднего утренника, фильм Андрея Прошкина впечатляет тщательностью проработки деталей. Речь не об исторической достоверности, а о плотности фантазий. О Сарае, столице Орды, сохранилось очень мало свидетельств (разрушенный Тамерланом до основания город раскопан археологами всего на 2%). Поэтому художник-постановщик Сергей Февралев придумал Сарай заново. Со всей архитектурой, одеждой, утварью. Теснотой, грязью и варварскими представлениями о роскоши.

Плохо, очень плохо в этом азиатском Содоме русскому человеку, о котором неустанно размышляет в последнее время сценарист Юрий Арабов, один из самых уважаемых современных отечественных кинописателей. Но, по арабовской логике, чем хуже, тем лучше, правильней: сюжет «Орды» – русский крестный путь. Митрополит Алексий (Максим Суханов) вызван в Сарай совершить чудо – исцелить внезапно пораженную слепотой Тайдулу (превосходная работа Розы Хайруллиной), суровую мать слабовольного и порочного хана, фактическую хозяйку Орды. (Трудно не заметить буквализацию метафоры «власть ослепляет».) Цена вопроса ни много ни мало – судьба Московского княжества: не получится чуда – татары Москву сожгут.

Чуда не получается.

Арабов все-таки мастер и не бьет публику сразу в лоб. Как говаривал товарищ Сухов из «Белого солнца пустыни», желательно помучиться. Поэтому изгнанный с позором старец отправляется в скитания по кругам ада. Физически ад воплощен в карьере, где русские рабы добывают красную глину. А морально – в том, что Алексию не дают умереть, вместо этого каждый день убивая у него на глазах одного из соотечественников.

Максим Суханов – тоже большой мастер – играет страдания старца с привычной мощью и фирменным аутичным бормотанием. Правда, в одной из сцен кажется, что следующей его ролью должен стать Лев Толстой, уходящий босиком из Ясной Поляны, но это скорее на совести гримеров и оператора. Выдающиеся стойкость и человеческое достоинство старца контрастно подчеркнуты комической фигурой сопровождающего его молодого послушника (Александр Яценко), который блажит, хочет лисью шубу и с испугу молится Аллаху.

Порадоваться многочисленным достоинствам «Орды» мешает одно очевидное соображение: достоинства эти сугубо местные. Совершенно невозможно представить такой фильм ни на одном современном международном фестивале не только первого, но и второго ряда, это кино для России и ММКФ.

Дело не в традиционности киноязыка, а в упорной мифологизации особого русского пути, которой занимается Юрий Арабов. В «Орде» это выглядит не так грубо, как в поставленном Кириллом Серебренниковым «Юрьевом дне». Но мотив тот же: Арабова интересует механизм русского чуда, возможность которого обеспечена исключительными жертвами и страданиями. И к финалу «Орды» как-то так выходит, что русские победили татаро-монгольское иго непротивлением и духовной силой.

Понятно, что в случае с художественным фильмом такие выводы – не повод для историософской полемики. Но размахивание метафорами – дело не менее ответственное, чем соблюдение исторической достоверности. Юрий Арабов и Андрей Прошкин уверены, что сделали очень современную картину. Потому что она «о проблемах русского менталитета, последние тысячу лет постоянно подвергающегося нападкам с разных сторон» – как объясняет Арабов, добавляя, что раньше угрозы были внешние, а теперь внутренние. Словом, национальный менталитет надо защищать.

Но дело в том, что искусство, которое составляет программы главных мировых кинофестивалей, как правило, занимается критическим анализом истории и современности. Не культивирует мифы, а разбирается, как они устроены, из чего возникают и к чему приводят. Поэтому архаичность и герметичность «Орды» – не стилистические, а методологические. И в этом смысле она мало чем отличается от лунгинского «Царя», который, конечно, гораздо, гораздо хуже.

В конкурсе ММКФ есть еще один российский фильм – «Последняя сказка Риты» Ренаты Литвиновой

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more