Как организовать государственный визит

Спецкор «Пятницы» побывал на встрече специалистов по протоколу на ВВЦ
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

«От национальных блюд отказываться нельзя! И на визитках не должно быть никаких сокращений, всех этих «к.м.н.»

Почти двести мужчин и женщин толпились в холле павильона № 75 на ВВЦ. Нетерпение читалось на лицах. Все это были специалисты по протоколу, PR-менеджеры, секретари и референты. Они ждали, что вот-вот грянет музыка и им откроются тайны высшего планирования, секреты рассадки, стратегия приема королевской семьи – словом, все, к чему стремится любой протоколист.

Музыка грянула, но откровение заставляло себя ждать. Возле сцены, крытой красным ковром, появились четыре девушки в коротких платьях. Выстроившись в ряд, они достали откуда-то из-за спины синие папки с крупной надписью «Служба протокола» и начали ритмично изгибаться. Танец с папками продолжался минут пять. Наконец девушки угомонились, а на сцену поднялись главные спикеры.

– В протоколе не бывает мелочей! – провозгласил председатель оргкомитета форума, чрезвычайный и полномочный посол России Владимир Шевченко. – Мы – как минеры. Прошли, зачистили – и все хорошо.

После этих исторических слов народ переместился из холла в конференц-зал. Там началось пленарное заседание под названием «Развитие протокола в РФ: состояние, проблемы и перспективы».

Сразу стоит сказать, что ни о проблемах, ни о перспективах гости форума толком не узнали. Пленарное заседание фактически превратилось в бенефис чрезвычайного и полномочного посла Владимира Шевченко, которого, впрочем, все слушали с удовольствием. В 1990 году Шевченко создал и возглавил службу президентского протокола, работал и с Горбачевым, и с Ельциным. Вплоть до 2000 года пространство внутри кремлевской стены, которую он именовал «стенкой», подчинялось его персональным законам.

– Я никогда не стеснялся говорить иностранным делегациям протоколистов: у нас такие-то и такие-то правила. У нас была памятка на всех языках мира, там было сказано: за стенкой положено так-то.

Например, не сметь опаздывать. Ельцин терпеть не мог, когда визитер задерживается даже на пару минут. Он тогда нервничал, подзывал Шевченко, спрашивал, не задержала ли гостя ФСО и не пошли ли у него, Ельцина, часы в обратную сторону. А если опоздание затягивалось больше чем на пять минут, президент вставал и громко говорил своему шефу протокола: «Уходим». Оба скрывались в соседней комнате. Надо было видеть лица иностранных референтов!

А однажды Ельцин собрался в Японию. Хотел посмотреть сумо, но шеф японского протокола вдруг уперся, сказал Шевченко: «Все что угодно, только не сумо. Мы не сможем там обеспечить безопасность вашего президента».

Ельцин тоже уперся. Сказал: «Нет сумо – нет визита». Полгода японцы бились с ним, но в итоге сдались.

– И поехали мы смотреть сумо, – заключил Шевченко. Зал облегченно засмеялся.

С трудом оторвавшись от воспоминаний, Шевченко все же очертил некоторые насущные проблемы. «Любая программа мероприятия, – поучал он, – должна быть согласована с вашим главным лицом напрямую! Не через дядю Васю, не через начальника департамента или что там у вас. Только лично! Я все свои визиты готовил сам, ездил в командировки. Если возникал вопрос, я говорил: минутку, я согласую. Звонил прямо Борису Николаичу – и все решалось на месте».

Протоколисту необходимо досконально знать обстановку в регионе или в фирме, куда направляется его подопечный, настаивал Шевченко. Его слова поддержал Александр Грачев, замдиректора Департамента государственного протокола МИДа. Он поведал, что две недели назад к ним в МИД приезжала служба протокола бразильского президента Дилмы Русеф. Госпожа Русеф решила посетить Россию с государственным визитом. А надо сказать, что государственный визит – наиболее сложный из всех видов визитов.

– Люди в бразильском протоколе очень опытные, но не представляют нашей специфики, – рассказывал Грачев. – У нас есть для всех стран специальный вопросник, из 30 вопросов. Они смогли ответить только на три. Их девушка даже не смогла сказать, когда конкретно прибудет президент. Зато сказала: это должен быть государственный визит. Тогда мы выложили на стол наши гроссбухи и говорим: «Государственный – это значит три-четыре дня в стране, встреча с премьер-министром, с руководителями обеих палат, возложение цветов и еще масса церемоний. Может, все-таки рабочий визит? Он проще». Да и денег в казне у нас лишних нет, а государственный визит – это очень значительные ресурсы.

Слово взял Давид Чикваидзе, директор библиотеки Женевского отделения ООН. Он напомнил собравшимся, что протоколу можно выучиться только на практике. Конечно, правила и инструкции важны, но профессионала отличает умение ориентироваться, с ходу находить решения и непременно уметь их объяснить.

Профессионализм самого Чикваидзе я оценил благодаря следующему рассказу. В 1995 году в Нью-Йорке отмечали 50-летие ООН. Сам он тогда работал в протоколе американской стороны. В его задачу входило планирование приема почти 3 тысяч человек, среди которых 98 глав государств, вице-премьеры, военные советники, секретари.

– И вот подходит ко мне шеф протокола короля Свазиленда, – рассказывал мне Чикваидзе уже после заседания, – и говорит: «У нас принято, чтобы, когда идет король, перед ним шагали две девственницы и разбрасывали лепестки роз». Я ему говорю...

– «Где я в ООН столько девственниц найду?» – подсказал я.

– Нет! Я говорю: «Не могу, другие короли обидятся, что их так не почитают». Он расстроился: «Что же королю сказать?» Я говорю: «Просто скажи, что в ООН такие суровые правила». Все кончилось хорошо.

И Чикваидзе, и Шевченко я задал один и тот же вопрос: меняется ли российский протокол с годами и в какую именно сторону? Оба однозначно ответили – меняется. «Он унифицируется по всему миру», – определил Шевченко. Чикваидзе возразил, что это не унификация, а просто правила становятся проще. Чем демократичнее страна, тем проще протокол. Церемонии остались в странах, где процветает монархия.

Я спустился в фойе и пошел на выставку «Корпоративный стиль». Там отчетливо пахло монархией. В сущности, весь стиль сводился к четырем ключевым предметам. А именно: водка в фигурной стеклотаре, пресс-папье в виде кукиша, золоченая сабля и пудовый том «Царская охота на Руси». Остальные экспонаты на этом фоне меркли: какие-то подстаканники, рюмки в янтарной оправе, фарфоровое яйцо с усами и микроскопические томики Есенина и Блока.

Напоследок я посетил круглый стол «Кросс-культурные особенности ведения бизнеса». Там блистала Ольга Шевелева, консультант агентства «Деловой протокол». Она прямо засыпала участников форума полезными советами. Те – люди привычные, но у меня голова шла кругом.

– Во Франции обращаться к женщине только «мадам». «Мадемуазель» – это к официантке. Она до 70 лет мадемуазель! – неслось со сцены. – В Англии на переговоры в твидовом костюме не приходить и полосатый галстук не надевать – это студенческий стиль! От национальных блюд отказываться нель­зя! На визитках не должно быть никаких сокращений, всех этих «к.м.н.» и «пр-д»!

И самое главное, сокрушалась Шевелева, во время пленарного заседания она заметила, что многие мужчины выходили к микрофону в расстегнутых пиджаках. Это недопустимо, а еще протокол! Однобортный пиджак можно изредка расстегивать. Двубортный – никогда.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more