Стиль жизни
Бесплатный
Майя Кучерская
Статья опубликована в № 3261 от 27.12.2012 под заголовком: Похвала абажуру

Книга "Рама для молчания": Апология частной жизни

«Рама для молчания» Елены и Михаила Холмогоровых – коллекция эссе об искусстве и счастье быть частным человеком в эпоху перемен

Эта книга точно нарочно создана для того, чтобы читать ее всей семьей возле пылающего камина – на собственной ли зимней даче, в снятом ли на каникулы домике неподалеку от города Коккала или после бодрящей горнолыжной прогулки в долине Циллерталь.

Сборник эссе писателей (и супругов) Елены и Михаила Холмогоровых, хотя, по-видимому, таким и не замышлялся, получился действительно идеальным рождественским чтением. И не только потому, что одна из первых историй рассказывает о знакомстве тогда еще мальчика Миши с его родственницей, старушкой «тетей Раей», Раисой Адамовной Кудашевой (в девичестве Гедройц), опубликовавшей в 1903 году в журнале «Малютка» стихотворение «Елка». Про ту самую елочку, которая известно где родилась и где росла, кем была окутана и убаюкана и без песни о которой в советское время немыслим стал ни один новогодний утренник. Нет, дело не в тематических пересечениях с зимними праздниками – в атмосферных.

Вся эта книга, от первой и до последний страницы, – апология домашности и частной жизни, идеалов, неотделимых, как объяснял еще Честертон, от празднования Рождества. И просто нормального человеческого существования.

Елена и Михаил Холмогоровы то поодиночке, то хором рассказывают о людях и мире, которых уже нет. О последних русских крестьянах, живших в 1960-е годы в советской деревне. О преподавании в школе на Колыме и феерически успешной лекции московского литератора о поэзии Сергея Есенина в усть-омчугском Народном университете культуры. О простых и страшных письмах отца с фронта, писавшего: «Я готовился к большему, но я не знал, что бывает худшее». О том, как в октябре 1993 года невозможно было попасть домой – для этого требовалось перейти Садовое кольцо, на котором протестовали митингующие и всех затаскивали в цепь; в итоге страшный переход все-таки разрешился встречей с домом, освещенным старинной лампой под серебристым абажуром, а в новостях сжался до скупого сообщения «о неудачной попытке перекрытия Садового кольца». Об обстоятельствах, сопровождавших написание книги про дом на улице Чехова двадцать лет назад, и о сегодняшней жизни дома, в котором теперь все иначе, но зеркало, старинное зеркало, знавшее еще дореволюционных хозяев, когда-то спасенное Еленой Холмогоровой от районного пожарного начальства, так и висит на парадной лестнице.

Ну и что все это? Зачем понадобилось спасать зеркало? Да еще и на фоне того, что уже погибло, сгорело в пожарах пострашнее гипотетического на улице Чехова? Для того чтобы приблизиться к пониманию этого, и нужно прочитать книгу, которую авторы скромно назвали «рамой для молчания», используя метафору Максимилиана Волошина, – так поэт определил «слово». Но книга Елены и Михаила Холмогоровых никакая не рама.

Это дом. Крепкий и цельный, выстроенный в четыре руки, в фундаменте которого «банальность», «занудство», «верхоглядство» (этим и другим качествам здесь посвящены целые прозаические оды), любимая русская классика, от Пушкина и Гоголя до Марины Цветаевой и Юрия Казакова, умение ценить мелочи и слова, да еще здоровый образ жизни. С обязательным летним отъездом в деревню, что в Тверской губернии, прогулками после утренней литературной работы к Волге, походами в лес за грибами, а приедут гости – так и вечерней трапезой и триадой «шампур – шашлык – мангал», украшенной джином производства фирмы «Вереск» и партией в скрэбл. Есть такое китайское проклятие: чтоб тебе жить в эпоху перемен! Книга Холмогоровых – переписанный от руки рецепт существования частного человека в эту самую эпоху.

Елена и Михаил Холмогоровы. Рама для молчания. М.: Астрель, 2012

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more