Жители Гагаринского района сопротивляются строительству четырех элитных домов

Спецкор «Пятницы» провел полдня, наблюдая за бурным обсуждением сноса больницы РАН

«Вы специально тянете время, а за дверями стоят люди и ждут решения по застройке!»

Два часа дня. У входа в муниципальное собрание района Гагаринский два десятка интеллигентных мужчин и женщин. Они обсуждают проект застройки по улице Фотиевой, владение 10-12. Там, на месте заброшенной больницы РАН, компании «Баркли» и «Стройснаб» собрались строить четыре дома с подземной автостоянкой – это следует из экспозиции, которая выставлена поблизости, в Совете ветеранов. Также инвесторы предлагают реконструировать две академические поликлиники в районе застройки, отремонтировать стадион и благоустроить парк.

Все это, однако, не устраивает жителей, которые пришли высказаться против проекта и поучаствовать во внеочередном заседании муниципальных депутатов. В ожидании начала все разглядывают письмо президента РАН академика Осипова Собянину, где он предлагает в обмен на положительное решение по застройке передать городу одну из академических поликлиник.

– А вы знаете, что это фальшивка? – вдруг огорошивает всех дама в шубке.

– То есть как?

– Я лично звонила в управление по работе с корреспонденцией мэрии Москвы. У них в базе входящих писем документа за таким номером не значится! Его просто подсунули депутатам.

Дама в шубке показывает какие-то цифры и номера на письме, настаивая, что мэрия оформляет входящую почту не так. Разгоряченные жители вбегают в помещение муниципального собрания и требуют у охранника пропустить их в зал заседаний. В зал их не пускают, вспыхивает перепалка. Тем временем заседание начинается. В душном, небольшом зале человек двадцать: депутаты, журналисты, пять жителей, сотрудники РАН, генеральный директор компании «Баркли» Андрей Тясто и советник префекта ЮЗАО Александр Картышов.

Вместо обсуждения проекта застройки председатель муниципального собрания Марина Филатова внезапно объявляет: первым вопросом на повестке дня стоят доклады главврачей местных поликлиник.

– Это надуманные вопросы! – вскакивает депутат Дорофеев. – Вы специально тянете время, а за дверями стоят люди и ждут решения по застройке! Интересно, кто вам такой сценарий событий предложил: префектура, управа?

– Успокойтесь, Сергей Владимирович, – просит председатель. – Можем проголосовать за повестку.

Депутаты голосуют: семеро «за», трое «против». В центр зала выходит заведующий филиалом районной поликлиники №11 с бумагами в руках. В ближайшие полчаса собрание узнает о том, что поликлиника открывается в семь утра, в ней организован кабинет «диабетическая стопа» и происходит ремонт по замене плитки левого крыла первого этажа. За первым врачебным докладом следует второй, затем третий. Депутат Дорофеев выходит из себя. Сперва он задает докладчикам ехидные вопросы, затем переключается на коллег-депутатов, обвиняя их в ангажированности. Особенно достается двум дамам с казенными прическами. Реагирует одна: «Я вас как человека в упор не вижу».

В седьмом часу вечера, когда собравшиеся уже звереют от духоты, председатель с непроницаемым лицом предлагает перейти к обсуждению проекта застройки.

– Прошу гостей высказываться, – говорит она.

Встает 76-летний академик РАН Лия Когарко, специалист в области магматизма и рудообразования.

– У нас в Академии наук вообще никакой информации о том, что планируется строительство, – начинает она хриплым голосом. – Я об этом узнала от жителей своего дома. В поликлинике, которую президент РАН пообещал передать городу, мы обслуживаемся уже сорок лет. И вдруг у нас ее собираются отнять. А мы-то куда денемся?

С места поднимается гендиректор компании «Баркли». Он заверяет академика и собравшихся: инвестор готов вложить в диагностический центр на базе поликлиники РАН 80 миллионов долларов, из них 60 – на закупку нового оборудования.

– А почему об этом нет ни слова в вашем письме к муниципальным депутатам? – спрашивает дама в шубке, которая объявила фальшивкой письмо президента РАН. – Вот ваше письмо, на бланке компании «Баркли». Там ни слова об этом центре.

– Потому что это дополнительные гарантии и обязательства к инвестконтракту, – отвечает Тясто.

– А где сам инвестконтракт? Мы его не видели.

– А чего вы еще не видели? Может, вы мне список пришлете?!

– Покажите инвестконтракт, – настаивает женщина.

Гендиректор, взяв себя в руки, поясняет: инвестконтракт не является публичным и носит коммерческий характер. В ответ несется издевательский смех жителей. Тясто теряется, обещает показать контракт «по запросу в любой момент», наконец, говорит, что предъявит его на публичных слушаниях.

К столу депутатов подходит субтильный юноша Ярослав Королев, активист Гагаринского района.

– То, что здесь происходит – это торговля с туземцами: бусы в обмен на золото, – говорит он. – Имейте в виду, дома, заявленные в проекте, дадут огромный прирост населения, которое сядет на нашу и так загибающуюся инфраструктуру. Будут огромные очереди, с которыми не справится никакой диагностический центр. Мое предложение: вообще исключить из проекта строительство домов, а оставить только реконструкцию поликлиник. А «Баркли» и РАН пусть осваивают Новую Москву. Вот что жители могут показать инвесторам.

Королев складывает указательный и большой палец правой руки в кукиш и протягивает его по адресу гендиректора компании «Баркли».

– Браво, – вяло говорит тот и отворачивается.

Поднимается невообразимый шум. Дорофеев надрывно кричит депутатам, что это все «позорнейший и жутчайший спектакль». Коллеги реагируют: «Ваша дрожь – это хорошая игра?» Другие кричат: «Мы устали» и «Этот цирк пора заканчивать!». Жители тоже гомонят, в ответ председатель собрания кричит через стол: «Вам я слова не давала!»

В 21.30 Филатова объявляет: «Приступаем к процедуре голосования» – и зачитывает проект решения муниципального собрания: «При условии положительного проведения публичных слушаний 28 февраля признать целесообразной реализацию данного проекта».

– Предлагаю добавить к этому контроль со стороны депутатов за исполнением социальных обязательств инвестора – все его обещания насчет парков, стадиона и площадок, – замечает депутат Русакова.

Председатель собрания кивает и вносит предложение в проект. Депутаты голосуют «за»: восемь против двоих.

– Решение принято, – объявляет Филатова.

Все вдруг замолкают. В комнате становится скучно. «Вот и приняли, – бормочет житель в углу, – чего ж столько тянули? И без нас могли принять».

У стола депутатов вновь возникает академик Когарко:

– Еще одно маленькое предложение. Предлагаю вам, депутатам, лично проконтролировать распределение квартир в тех элитных домах.

Все хохочут. Даже сама академик.

Покидают собрание по-разному. Депутаты – злые, вымотанные. Жители – бодрые, хотя потратили восемь часов впустую. Они как будто даже этим довольны: обмениваются рукопожатиями и тепло прощаются друг с другом и с депутатами. На публичных слушаниях все начнется сначала.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать