Статья опубликована в № 3303 от 12.03.2013 под заголовком: Чулки всмятку

Выставка «Международный женский день» показала искусство женское и феминистское

Большая выставка «Международный женский день» показала искусство женское и феминистское. Современное отечественное оказалось скучнее и агрессивнее авангардного и зарубежного
Эти фарфоровые девушки – полезные подставки для книг
С. Портер / Ведомости

Полное название выставки, открывшейся в выставочном центре «Рабочий и колхозница», – «Международный женский день. Феминизм: от авангарда до наших дней» – обещало исторический экскурс и актуальный дискурс. А также предполагало ответ на вопрос, что же можно считать феминистским искусством. Выставка убедительного ответа не дала, зато поставила новые вопросы, свежий дискурс обернулся казусом, зато вызвал хотя и похожий на мелкую семейную склоку, но все же скандал.

Авангардное начало экспозиции, как и ожидалось, оказалось бесконфликтным. Эскизы антибуржуазных тканей и пролетарской женской одежды Любови Поповой, Варвары Степановой и Надежды Удальцовой, как и большая серия фарфоровых женских фигурок Елены Данько, к борьбе за права женщин не имеют прямого отношения. Прекрасные дамы русского авангарда боролись за новое искусство вместе с мужьями-художниками и под пролетарскими орнаментами подразумевали супрематические. Что же до «Работниц», «Ударниц» и «Физкультурниц» Данько, то хотя некоторые из них и держат в руках сообщение о перевыполнении плана, но не скрывают своего родства с милыми мейсенскими пастушками. Фотографии Александра Родченко и анонимные представляют нам жизнерадостных физкультурниц, тружениц и студенток Вхутеина, убеждая, что можно выглядеть счастливой в уродских трусах и сморщенных чулках.

Но вот снимки Лили Брик с автомобилем Renault должны как раз символизировать ненавистный феминисткам союз мужских игрушек – девушки и автомобиля. Но здесь иной случай: Лиля Брик представляет свободную женщину, легко манипулирующую мужчинами и именно благодаря полу, своей гиперсексуальности добивающуюся от них чего хочет. Получается, эксплуатировать женскую сексуальность нельзя, а пользоваться ею для достижения своих целей – очень хорошо.

Совершенно не феминистское искусство представлено в разделе соцреалистическом, не искреннем, можно даже сказать, махрово сексистском, воспевающем эксплуатацию женщины. Например, народный художник СССР Владимир Серов в картине «Строительница» только делает вид, что воспевает труженицу, а сам вдохновенно выписывает выдающиеся женские формы, и мастерок, который героиня прислоняла пониже спины, выразительно подчеркивает округлость и пышность ее задницы, делает ее центром картины.

Шутки, однако, тут и заканчиваются. Следующий раздел показывает нам классику феминистского искусства, работы 30–40-летней давности Марты Рослер, Валли Экспорт, Мэри Келли. Они, конечно, не дают представления о том, чем именно и насколько серьезно занимались эти знаменитые дамы, но все равно представляют искусство с хорошо сформулированной позицией, понятными целями, главная из которых – самопознание, а не качание прав. Ну а пара остроумнейших произведений американской группы Guerrila Girls демонстрирует, что феминистки не агрессивные демагоги, как можно подумать, читая статью Нади Плунгян в каталоге выставки.

У «Международного женского дня» официально три куратора: Олеся Туркина и Наталия Каменецкая сделали не одну выставку про женское искусство, а Марина Лошак, очевидно, кроме раздела авангарда занималась и общим руководством. Но Надя Плунгян отвечала за новейшее отечественное феминистское искусство, где обещаны были рисунки Виктории Ломаско про протестные движения и один с упоминанием Pussy Riot. Их в экспозиции не оказалось, что вызвало бурное обсуждение в соцсетях и недоумение поклонников панк-группы. Плунгян в каталоге объясняет, что выступление Pussy Riot вызвало «интенсивную поддержку у левых и либералов и такую же резкую критику в сетевых феминистских сообществах. Группу упрекали в неконкретности текстов, в уходе от реальной проблематики и даже в сексуализированности образов (эта критика касалась и названия)».

Борьба за чистоту феминистских рядов кажется со стороны совершенно абсурдной, к искусству отношения не имеющей. Ирина Нахова, автор многих феминистских работ, на этот раз выступила очень лично и вполне определенно. Само место – под грандиозным советским символом – требует, посчитала она, искусства прямого политического высказывания. Нахова показала работы, где на примере своей семьи говорит о том, как «миллионы людей были стерты из истории и благополучно забыты». Ее «Фигуристки» и «Руководящий состав» оказались самыми сильными и уместными на выставке. Потому что это были произведения свободного художника, женщины.

До 12 мая

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать