Статья опубликована в № 3349 от 22.05.2013 под заголовком: Ода канделябрам

Каннский фестиваль - 2013: Ода канделябрам

Каннский конкурс продолжает дрейфовать в мейнстриме. Хотя иной мейнстрим для нас теперь экстрим – даже с Майклом Дугласом и Мэттом Дэймоном
Избыточная роскошь сопутствует истории необычной любви
outnow.ch

Вот каннская публика и посмотрела, как Мэтт Дэймон и Майкл Дуглас целуются, сидят в одной ванне и лежат в одной постели. И ах какие это ванны, ах какие постели! В конкурсе показали «За канделябрами» (Behind the Candelabra) Стивена Содерберга (ах какие канделябры!) – историю отношений знаменитого эстрадного пианиста Либераче и его молодого любовника Скотта Торсона (написавшего мемуары, по которым снят фильм).

Наверное, только российская пресса скажет, что для двух голливудских суперзвезд это смелые роли. После «Горбатой горы» (Джейк Джилленхол + Хит Леджер), «Харви Милка» (Шон Пенн + Джеймс Франко) и «Я люблю тебя, Филлип Моррис» (Джим Кэрри + Юэн Макгрегор) гомосексуальные лав-сториз в исполнении актеров традиционной ориентации не выглядят героическими. Зато они очень эффектны и выявляют в мужественных звездах ту сторону актерской натуры, которая требует такого шика-блеска, чтобы все зажмурились.

Нельзя сказать, что игра Майкла Дугласа – это прямо «здравствуйте, я ваша тетя!», но иногда похоже – с поправкой на то, что в фильме Содерберга это не столько гротеск, сколько реализм. В лас-вегасском шоу Либераче все искрилось и сверкало, это был его фирменный стиль (именно он прежде всего и вызвал у светских колумнистов подозрения в гомосексуализме, которые артист отвергал до последнего). Такая же избыточная, вульгарная роскошь в фильме заполняет всю жизнь Либераче.

Восемнадцатилетний Скотт Торсон попал в его гримерку в 1976-м, когда пианисту было уже 57. Их совместная жизнь продолжалась пять лет. Официально Торсон считался шофером Либераче и водил по сцене его «Роллс-ройс». Артист обещал усыновить любовника и даже уговорил его на пластическую операцию, которая сделала Торсона похожим на молодого Либераче. В итоге, если верить Торсону, коктейль из анестетиков, прописанный пластическим хирургом, привел его к наркозависимости, а неутомимый в наслаждениях пианист нашел себе нового мальчика. Все закончилось тем, что Скотт Торсон пытался отсудить у бывшего любовника $113 млн, дело замяли на $95 000, двух машинах и двух собаках (истец любил животных и мечтал стать ветеринаром). Через несколько лет Либераче умер от СПИДа.

Содерберг не пытается выяснять, кто тут прав, а кто виноват. Он рисует портрет мальчика в золотой клетке. И Мэтт Дэймон превосходно играет эту роль (за которую, не исключено, получит каннский приз). Его перевоплощение не столь театрально и гротескно, как у Дугласа, но характер героя Дэймона подвижнее, эту историю переживает он. Не менее важен для фильма антураж, кричащие интерьеры, которые заставляют забыть, что за окном 70-е, совсем другой стиль, другая музыка, другая эпоха. В этом смысле «За канделябрами» – картина о путешествии во времени, в которое Либераче отправляет любовника, делая его похожим на себя в молодости и помещая в сверкающую тюрьму собственного прошлого.

К середине фестиваля всегда становится видно, какие стилистические и тематические сюжеты выстраивают составители каннской программы. Фильм Содерберга по касательной рифмуется и с комедией Коэнов «Внутри Льюина Дэвиса» (где герой – музыкант), и с «Джимми П.» Арно Деплешена (мужской дуэт Бенисио дель Торо и Матье Амальрика), и с показанной накануне «Великой красотой» (La grande bellezza) Паоло Соррентино, гротесковой фреской, без ложной скромности и лишнего кокетства отсылающей к Федерико Феллини.

Актер Тони Сервилло играет богатого и знаменитого, пресыщенного сладкой жизнью 65-летнего писателя, чей единственный шедевр вышел сорок лет назад. Теперь на правах медиазвезды он берет интервью для глянцевых журналов, но в основном закатывает вечеринки для артистического бомонда. И философически наблюдает тщету бытия, комическое увядание на фоне римского великолепия, которое не придает жизни смысл, но после многолетней тренировки взгляда позволяет хотя бы отчасти смириться с собственным превращением в руину.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать