Александр Вершинин: Механические мутанты

Как автопроизводители жертвуют прибылью ради имиджа марки

Редкость этих «каблуков» объяснима: стоимость их обслуживания в качестве легкого коммерческого транспорта смутит любого владельца бизнеса

Двухместный фургон с грузоподъемностью 500 килограммов на базе Mini Cooper уже некоторое время продается в России, но сколько таких машин вы видели в потоке или хотя бы в автосалонах? Редкость этих крайне необычных «каблуков» легко объяснима: стоимость их обслуживания в качестве легкого коммерче­ского транспорта смутит любого владельца бизнеса. Скорее всего на эти деньги можно содержать небольшую армию Hyundai Porter, которые в отличие от элегантного Mini еще и не жалко мять, царапать и эксплуатировать с нарушением всех рекомендуемых норм. Невозможность коммерче­ского успеха модели Clubvan в подобных конкурентных условиях, впрочем, ничуть не смущает Mini, предлагающую почти игрушечные фургончики во многих странах мира. Своим существованием Clubvan обязан прежде всего необходимостью поддержания элитистского имиджа марки с богатой историей. Хотите брендовый минивэн, как в шестидесятых? Пожалуйста.

Не менее знаковым и совершенно нехарактерным для марки Mercedes-Benz является чисто электрическая версия микромобиля Smart. Обычный бензиновый вариант машины официально добрался до России лишь на шестой год своего производства, а о существовании электромобиля в том же кузове в нашей стране, вероятно, подозревают лишь избранные коллекционеры. Тем временем электрокары новейшего третьего поколения стали доступны покупателям США и Европы в мае текущего года, а в последующие месяцы доберутся до рынков еще 28 стран. Россия в их число не входит. Во-первых, из-за полной неподготовленности к эксплуатации электрического автомобиля, а во-вторых, потому, что бренд Mercedes здесь, безусловно, ассоциируется прежде всего с роскошными лимузинами S-класса и внедорожниками G-класса.

Если бы европейский штаб Ford решил принять во внимание это известное тяготение русского водителя к большой форме и избыточным возможностям, то официальные поставки пикапа F-150 SVT Raptor - совершенно исключительной для Ford модели, начались бы еще три года назад. Raptor - это все, что не укладывается в старательно сформированный образ марки в России. Специально подготовленный для любой суровой местности - от пустыни до болота или гор, этот титанических размеров вседорожник вооружен 415-сильным двигателем, длинноходной тюнер­ской подвеской, камерами под передним и задним бамперами и практически броневыми пластинами под двигателем и бензобаком. С такими техническими возможностями он мог бы стать серьезным конкурентом Land Cruiser 200 за Уралом, где люксовый внедорожник Toyota считается ключом к любой дороге.

Намного более объяснимо нежелание Nissan везти в Россию свой самый экзотический паркетник Nissan Murano CrossCabriolet. Если не брать в расчет американ­ских, английских и японских потомков командирских «виллисов» и военные УАЗы, это первый в своем роде кроссовер-кабриолет. От донорского Nissan Murano автомобилю достались система полного привода, двигатель V6 и все престижные опции, коими типовой внедорожник с брезентовой крышей похвастаться не может. Впрочем, вместе с ними CrossCabriolet унаследовал весьма ограниченные внедорожные качества и недюжинную ватность хода. В 2011 году эта машина получила титул «Самого неудачного автомобиля года», что не помешало Nissan оставить «механиче­ского мутанта» на конвейере. Заказать себе такую машину можно до сих пор - правда, лишь на североамериканском рынке, который в отличие от прочих приемлет даже самые изощренные дизайнерские фантазии.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать