Стиль жизни
Бесплатный
Алексей Яблоков

Открылась пешеходная Крымская набережная

Спецкор «Пятницы» принял участие в торжественной церемонии вместе с Собяниным
РИА Новости

Крымскую набережную не узнать: после годового ремонта на ней ликвидировали проезжую часть, заковали берега в плитку, а для художников, торгующих котами, голыми женщинами и видами Москвы, раскинули длиннейший павильон с волнообразной крышей, разделенный на боксы. Вокруг вернисажа разбили газоны, посадили деревья и украсили набережную фонтаном из нескольких десятков струй, которые то взметаются, то опадают, подсвеченные фиолетовыми лампами.

30 сентября открывать этот заповедник гармонии собрались мэр Москвы Сергей Собянин и глава столичного Департамента культуры Сергей Капков. Когда я, содрогаясь от ветра, налетавшего с реки, ступил на плиты набережной, чиновников еще не было, но возле боксов толпились не менее ста человек, судя по бородам и беретам - все художники.

Художники были взволнованы. Выяснилось, что они недовольны новым павильоном. Во-первых, боксы продуваются насквозь, а в дождь вообще картины промокают. Во-вторых, боксы, или «карманы», как их называют, распределялись черт знает как, по произволению какого-то мифического профсоюза работников вернисажа. Кроме того, у художников отняли целых 16 «карманов»: неизвестные владельцы обшили их досками и навесили двери с замками. В-третьих, всех возмутила цена аренды: говорят, за «карман» надо будет платить 18 тысяч рублей в месяц, тогда как до ремонта набережной платили чуть ли не втрое дешевле.

Впрочем, продавец картин Александр Сухоруков, по совместительству муниципальный депутат района «Проспект Вернадского», уверял, что еще хорошо, что вообще удалось отстоять вернисаж: в изначальной концепции набережной его не было.

- Спасибо надо сказать знаешь кому? Нашим посетителям, - говорил он мне. - Тут ведь и Шойгу бывает, и Лещенко, и Трутнев. Ты хоть представляешь, что это за место? Этот вернисаж обязан быть в Москве, это история! Он должен триста лет стоять. Здесь люди жили и умирали! Я сам тут кровоизлияние в мозг заработал. У нас и Людмила Путина бывала, правда, она слабую живопись покупала всегда. Типа натюрморта с кофейником. Ее никто не узнавал сначала - она попросту, без косметики. А Клаудиа Шиффер? Вот этих вот котов смотрела, смеялась полчаса! А сколько милиции сюда приезжало! Опера местные: «Вы на нашей территории, где наша доля?» А мы им визиточку чью-нибудь под нос. Они и уходят. Короче, место знаменитое. И вдруг на тебе - сносить решили! Стали говорить: «барыги, перекупщики». Тогда я просто стал просить кого только можно было - и Шойгу, и Трутнева, и других: передайте Собянину, пусть заступится. Ему, видимо, передали, вернисаж вернули в план.

Пока мы говорили, в природе что-то изменилось. Ветер, как по команде, утих. Человек с рацией поспешно снял с четырех новеньких туалетных кабин замки. Явились вдруг мужчины в форме дорожных рабочих («Со славянскими лицами», - вслух отметили художники). Рабочие выстроились у входа на набережную и замерли, как куклы, у которых кончился завод. Наконец, вдалеке, у опор Крымского моста, возникли Сергей Собянин и Сергей Капков в сопровождении охраны. Пока они шли к павильону художников, те спорили: как им изложить свой протест в цивильной форме?

- Надо к Капкову подойти, - нерв­ничали люди искусства. - А то Собянин потом слова не даст сказать.

- Как он хоть выглядит, ваш Капков? - спросил кто-то.

- Да вон он! Высокий. Рыжеватый такой.

- Лысоватый?

- Ну! Иди ты, Саша.

- Я не пойду, - открестился Сухоруков. - У нас уже с ним был разговор. Он мне сказал: «Скажите спасибо, что вас вообще тут оставили».

Не дойдя десяти шагов до павильона, гости вдруг изменили направление и остановились у гранитного парапета. Мэр Москвы приветливо поманил художников к себе, но те нерешительно затоптались на месте.

- Да идите сюда! - нетерпеливо махнул рукой Собянин. Толпа осторожно подошла.

Тогда мэр заговорил. Он назвал художников «коллегами» и сообщил, что Крымская набережная - настолько знаковый объект, что о нем даже сложно разговаривать. Наконец на ней созданы все условия для отдыха горожан и работы продавцов.

После этого Собянин собрался ответить на вопросы, но тут через толпу прорвался круглый, бойкий продавец картин по имени Георгий Катаев. Еще до появления мэра я слышал, как он горячо объяснял ошеломленному охраннику, что «Сергей Семеновичу помогает святая сила, потому что он стоит за правду». Катаев обхватил руку мэра и от души поблагодарил за сказку, которую правительство сделало былью. Его оттер Сухоруков и громко спросил, станут ли боксы бесплатными, как обещали художникам? Или действительно придется платить аренду в 18 тысяч рублей?

- Я обещал, что будут бесплатные. Будут! - подчеркнул мэр.

Раздались громкие аплодисменты. Как будто боясь, что его еще о чем-нибудь спросят, Собянин стремительно зашагал в сторону фонтанов. Там гостей ждали три маленьких электрокара. Мэр и глава Департамента культуры вместе с помощниками залезли на холодные сиденья.

- Я сейчас вернусь, - ободрил собравшихся мэр, и кары укатили в сторону «Красного Октября».

Сделав круг по набережной, они и правда вернулись, но Собянин и Капков почти сразу покинули вернисаж. На прощание Сухоруков подарил мэру картину «Арбат» - зимний пейзаж с домиками и фонарями. Я спросил у Александра, не унизительно ли было вручать картину.

- Да где тут унижение? - изумился Сухоруков. - Если кто нам помог, так это Собянин. Если бы он не обратил на нас внимание, никакого вернисажа не было бы. А вот Капкову я ничего дарить не стану. Мы ему написали официальное письмо, спросили: кто и на каком основании занял эти шестнадцать боксов и обшил их досками? Получили ответ, в котором вообще никакого ответа не было.

- Ну вы-то знаете, кто в боксах сидит?

Все, кто стоял вокруг, заговорили хором. Конечно, они знают. И я узнал. Боксы под свои нужды забрали серьезные любители живописи из города Люберцы, которые испокон веку контролируют вернисаж на Крымской набережной. Вроде как они собираются продолжать свою деятельность и после реставрации. Таким образом, художникам придется платить двум господам сразу, что приводит их в отчаяние.

- А вдруг и правда сделают бесплатные места? - напомнил я.

- Да те же 18 тысяч и останутся, - махнул рукой Сухоруков. - Просто их нарисуют не за аренду, а за коммунальные услуги: вода, охрана, канализация.

- Художники, - с отвращением сказал кто-то.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать