В Москве появилась новая экскурсия по местам террора

«Мемориал» рассказывает о мрачной истории зданий в районе Лубянки

Рассмотрение дела занимало 15-20 минут. Оно происходило без участия защиты, возможности обжаловать не было

До революции это здание принадлежало страховому обществу «Якорь», - рассказывает экскурсовод возле трехэтажного дома, богато украшенного лепниной и мозаикой. - А с 1918 года в полуподвальном этаже здесь были расстреляны несколько десятков тысяч человек. В годы Большого террора, когда работать пришлось в полную силу, убивали и во внутреннем дворе.

Здание на пересечении Большой Лубянки и Варсонофьевского переулка выглядит нелепо декоративным для такого содержания. Как, впрочем, большинство из 10-12 домов, которые мы обошли за время полуторачасовой экскурсии «Топография террора. Лубянка и окрестности» 29 октября, в канун Дня памяти жертв политических репрессий.

В этот день общество «Мемориал» проводило не только свою традиционную акцию «Возвращение имен» возле Соловецкого камня. Участники мемориальского проекта «Москва. Места памяти» подготовили топографическую карту Большого террора в районе Лубянки и провели экскурсию по небольшой ее части для тех, кто пришел поучаствовать в «Возвращении имен».

С ноября эту и другие тематические экскурсии «Мемориал» будет устраивать регулярно (анонсы и запись на сайте memo.ru). Но вообще-то в любой момент можно самостоятельно пройтись по неочевидным местам памяти, составив собственный маршрут по мемориальской карте: интерактивная версия есть на сайте october29.ru, а печатную можно взять в офисе общества.

Мы начали прогулку у Соловецкого камня, где люди с лампадами и цветами в руках зачитывали имена расстрелянных в годы Большого террора. Экскурсовод Павел Гнилорыбов поднимает перед нами большую черно-белую фотографию с видом Лубянской площади еще до въезда ВЧК:

- Видите, на месте здания ФСБ стоят два дома, а между ними улица Малая Лубянка? Чекисты превратили проулок во внутренний двор и организовали там тюрьму.

Только за четыре года - в 1934-1938-х - центральный аппарат НКВД арестовал не менее 24 382 человек. «В связи с расширением объема работы» дома здесь срастались, обзаводились надстройками, пристройками и новыми корпусами. Сейчас известное всем здание на Лубянке снова покрыто строительной сеткой. Снаружи и во внутреннем дворе работают подъемные краны. А на площади мы слышим все новые и новые имена репрессированных.

Потом уходим на Никольскую, 23. Трехэтажное здание под защитной сеткой выглядит не очень примечательным домом XIX века. А ведь это знаменитый «расстрельный дом», где на самом деле никого не расстреливали, но где заседала Военная коллегия Верховного суда СССР. Только в 1937-1938 годах она осудила здесь более 36 тысяч человек.

- Рассмотрение дела занимало 15-20 минут, - рассказывает Павел. - Оно происходило без участия защиты, возможности обжаловать не было. В протоколе обычно не больше 20 строк: заслушивание подсудимого, коллегия удаляется, коллегия возвращается и объявляет приговор. Здесь рассматривали дела Мейерхольда, Бабеля, Бухарина, Рыкова, Зиновьева. Здесь был приговорен к высшей мере наказания полный состав правительства Монголии.

Сейчас дом признан объектом культурного наследия и стоит пустой, дожидаясь своей участи: от решения, что здесь будет - магазины или музей, зависит, кто и как будет его реставрировать.

Экскурсовод ведет нас на Кузнецкий мост, 24 - это здание ФСБ.

- На этом месте была справочная и приемная НКВД. Огромная очередь стояла здесь в 30-е годы, чтобы узнать хоть что-то. Справки были необыкновенно краткими. В ответ на заикающееся «Вот у меня сегодня ночью почему-то пришли, арестовали...» следует окрик: «Фамилия, имя, отчество». Потом окошко захлопывается, и через минуту произносится один из четырех ответов: «арестован, под следствием», «следствие продолжается», «следствие закончено, ждите сообщения» или «обращайтесь в справочную Военной коллегии».

Павел рассказывает, что в это же время здесь работала организация ПОМПОЛИТ (Помощь политзаключенным) под руководством первой жены Максима Горького.

- Екатерина Пешкова была заядлой мотоциклисткой, - говорит он. - И прямо здесь оставляла свою мотоциклетку. После рабочего дня она надевала шлем и ехала по тюрьмам, по складам заниматься проблемами своих подопечных.

В этот момент в стене поднимаются роллетные ворота и из здания ФСБ выезжает черный «Мерседес» с мигалкой на крыше и буквами «АМР» в номере.

А мы идем к другим памятникам Большого террора, которые без подсказки не найти. Так, бывший польский костел, многих прихожан которого репрессировали, давно перестроен под нужды проектного института «Гипроуглемаш», а в доме, где жил и был арестован Генрих Ягода, теперь офисный центр. Всего в карте «Топография террора. Лубянка и окрестности» отмечено 31 здание.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать