На экраны выходит новый фильм Мартина Скорсезе

Почему «Волк с Уолл-стрит» - лучшая работа Ди Каприо за последние десять лет

Теодор Драйзер кусал бы локти от зависти: настолько объемного персонажа ему не удалось создать за всю свою карьеру

Поначалу Джордану Белфорту не повезло с карьерой: стоило устроиться брокером на Уолл-стрит, как грянул «черный понедельник» и он потерял работу. Тогда он усвоил главный урок: ни терпение, ни труд не помогут неудачнику. Появился повод начать все с чистого листа, пустив в ход немногочисленные козыри - обаяние, честолюбие, беспринципность. Несколько лет спустя он вместе с подобранными едва ли не на помойке дружками-подельниками уже купался в деньгах и наркотиках. Логотипом основанной им компании, не брезговавшей теневыми сделками и отмыванием капиталов, стал благородный лев, но Джордан не лев был по крови своей. Друзья и враги договорились называть его Волком. Тот не возражал.

«Волк с Уолл-стрит» Мартина Скорсезе и Леонардо Ди Каприо впечатляет. Актера тут можно назвать полноценным соавтором - Ди Каприо, которому в последнее десятилетие великий режиссер подарил несколько ярких ролей, не только сыграл лучшую из них, но и выступил в качестве продюсера. На смену мертвой декоративности «Банд Нью-Йорка», холодному перфекционизму «Авиатора» и скучной техничности «Отступников» пришла живая стихия агрессивного и веселого хаоса. Не надейтесь, что вам удастся узнать что-то новое о фондовом рынке: вместо темного мира финансовых махинаций вас ждут три часа непристойнейших попоек и оргий с участием самых дорогих шлюх Манхэттена. Это, конечно, надо уметь - в таком почтенном возрасте, имея репутацию синефила и архивиста, обладая «Оскаром» и «Золотой пальмовой ветвью», вдруг снять фильм, который поставит рекорд по числу произнесенного с экрана слова fuck.

Ди Каприо заслуживает еще больших похвал - вероятно, для зрелого периода его карьеры эта работа станет тем же, чем для его юных лет стал «Титаник». Здесь его внешность стареющего мальчишки уместна как нигде больше. Инфантил в кубе, отключающий и мозг, и чувства во имя одного только хищнического инстинкта, самой бессодержательностью своей судьбы его герой воплощает блеск и нищету мира потребления. Теодор Драйзер кусал бы локти от зависти: настолько объемного персонажа ему не удалось создать за всю свою карьеру. Хотя, конечно, Джордан больше напоминает героя какого-нибудь ненаписанного романа Брета Истона Эллиса - гламурный маньяк, чья биография выстроена из бесчисленных фрустраций, в равной степени восхитительный и возмутительный.

Однако, если отвлечься от дифирамбов, станет понятно, что сюжет фильма ставит непростую задачу. О чем вообще это блистательное во всех отношениях зрелище? На уникальную историю из реальной жизни не тянет - участь Белфорта довольно банальна, такие взлеты и падения для Штатов обычное дело. Или перед нами притча о развращающей силе власти и денег? Помилуйте, беспринципных финансистов в американском кино пруд пруди, и уже во времена стародавнего «Уолл-стрит» Оливера Стоуна тема была раскрыта. Так почему же этому фильму, который по логике должен был бы претендовать максимум на звание злободневного памфлета, дано дыхание эпоса? Зачем он длится три часа, погребая зрителя под великолепием избыточных деталей и второстепенных персонажей - а второстепенные здесь все, кроме Волка?

Эти персонажи и дадут ответ, выстроившись в финальном кадре в анонимную толпу. Что Донни Азофф (Джона Хилл, известный как комик, вышел далеко за границы прилипчивого амплуа) - недалекий предприимчивый тол­стяк из предместий, готовый ради денег съесть собственных детей; что живущий одним только кокаином первый босс Джордана (эпизодическая, но незабываемая работа Мэттью Макконахи); что эталонная кукольная блондинка Наоми, ради которой герой бросает жену (Марго Робби); что карикатурный швейцарский банкир, по одной улыбке которого очевидно, что он прощелыга (первая крутая голливудская роль Жана Дюжардена), - все они служат лишь одной религии. Речь о капитализме, который Скорсезе ненавидит настолько люто, что это чувство почти переходит в любовь.

Злодейская харизма Гордона Гекко и пламенеющий идеализм Гэтсби остались в прошлом; американская мечта приказала долго жить. Мы окунаемся в мир, которым правят не люди, но животные, искренне следующие единственному закону, прописанному когда-то Варламом Шаламовым в его «Колымских рассказах»: «Умри ты сегодня, а я завтра». Залитые шампанским и засыпанные кокаином, буднично пожирая друг друга, они погружаются на самое дно того ада, который создали для себя сами. В чем же особая заслуга Мартина Скорсезе? Да в том, что ему удалось доказать: эта величественная картина - не драма, а абсурдная комедия. Вдобавок очень смешная.

С 6 февраля в кинотеатрах города.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать