Музей в банке

За 20 лет группа Unicredit собрала коллекцию в 60000 предметов искусства
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание
Корпоративная художественная коллекция Группы UniCredit объединяет более 60 000 различных предметов мирового искусства

Существует масса причин для создания корпоративных коллекций: забота о нашем культурном наследии, попытка понять мир через искусство, желание участвовать в его жизни и размышлять о нем, стремление поддержать молодые таланты... Тем не менее большинство корпоративных коллекций порождены прежде всего потребностью сделать интерьер офисов более привлекательным... Но как только дело сделано, становится ясно, что повседневное присутствие арт-объектов в рабочей среде не оставляет вас равнодушным, пробуждает интерес к ним, а иногда и стимулирует мыслительный процесс, что далеко выходит за рамки простого желания украсить интерьер. И потому в последние годы коммерческие компании все больше внимания уделяют коммуникативному потенциалу искусства; дело дошло до того, что собирание коллекций стало неотъемлемой частью корпоративной культуры». Эти слова принадлежат Бербель Копплин, главе подразделения по культуре и искусству и куратору коллекции банка HypoVereinsbank, который входит в состав Группы UniCredit. Пожалуй, точнее о мотивах возникновения корпоративных собраний искусства и не скажешь. Зачастую, появившись по сугубо «практическим» соображениям, эти собрания с годами становятся не только полноценными коллекциями, но и исследовательскими культурологическими проектами.

Масштабы художественной коллекции UniCredit, объединяющей собрания банков, которые вошли в нее в то или иное время, впечатляют. Это более 60 000 самых различных предметов мирового искусства в 3000-летнем диапазоне: от доисторичес­ких артефактов из Месопотамии, образцов готичес­кой живописи и драгоценных гобеленов Ренессанса до уникальных фотографий и работ современных художников-экспериментаторов. В собрании головной итальянской компании – общей численностью около 25 000 работ – имеются шедевры знаменитых венецианцев Тинторетто и Каналетто, а также Доссо Досси и других мастеров Возрождения. Представленная HypoVereinsbank немецкая часть (20 000 предметов) может похвастаться живописными полотнами европейских художников разных эпох, в том числе Франсуа Буше, Франсиско Гойи, Густава Климта, Макса Либермана, Оскара Кокошки. Свой весомый вклад вносит и Bank Austria: на его долю приходится 10 000 работ, включая объемное собрание произведений современного искусства.

Один из самых значительных массивов общей коллекции составляют фотографии – это более 4000 исторических (в том числе созданных в XIX веке) и современных снимков. Некоторые из них демонстрировались и в Москве (начиная с 2009 года UniCredit ведет активную выставочную деятельность, и передвижные экспозиции с участием шедевров из корпоративной коллекции путешествуют по разным городам Европы). Совсем недавно закончил работу фотопроект «Факты и вымыслы» в Мультимедиа Арт Музее, а три года назад на «Винзаводе» проходила выставка «Люди и город», где среди прочих экспонатов можно было увидеть и две работы советских художников – из собрания московского отделения группы.

Совпадение ли это или, наоборот, закономерность, но влившемуся в 2005 году в состав группы Международному московскому банку (теперь ЮниКредит Банк) тоже было что предъявить по художественной части своим европейским коллегам. Корпоративная коллекция русской живописи и графики, которая сегодня включает в себя 100 работ, зародилась еще в 1993-м, когда строилось новое офисное здание банка на Пречистенской набережной.

Все начиналось почти так же, как сказала госпожа Копплин, – с оформления интерьера. Архитекторы здания посоветовали руководству банка украсить стены открывающегося офиса произведениями искусства. Эта идея пришлась по вкусу. Только вот какие именно картины выбрать? Надо сказать, что в начале 90-х многие финансовые организации приглашались к участию в различных культурных проектах – по простой причине отсутствия необходимых средств у инициаторов этих проектов. Такие предложения неоднократно поступали и в ММБ, где в какой-то момент было принято решение провести собеседование с несколькими искусствоведами.

Одним из них был Александр Балашов. Он обратил внимание руководителей банка на такое, с его точки зрения, интересное и художественно значимое, но совершенно не изученное явление русского искусства, как период между авангардом и соцреализмом, существовавший параллельно «официальной» культуре, так называемый поставангад. Это были 1920–1930 годы, когда творили ровесники века, питомцы ВХУТЕМАСа, считавшие себя наследниками авангардистов, но спорившие с ними, искавшие новые форм самовыражения в рамках самых разных школ, стилей и направлений, пытавшиеся создать собственные системы эстетических ценностей, независимые от господствующей в стране идеологичес­кой программы. Такое искусство иногда называют независимым или даже репрессированным. Оно не было признано официально и, по сути, даже не имело своего зрителя. С другой стороны, существуя вне рынка, оно априори создавалось без оглядки на цензуру – а потому было абсолютно свободным и искренним и главным своим предметом считало частную жизнь простого человека в стремительно меняющемся новом мире – что само по себе делало это искусство оппозиционным.

Тема показалась привлекательной. Это было созвучно началу 90-х – заново открывать для себя недавнюю историю, узнавать неоправданно забытые имена, разгадывать суровые тайны сталинской эпохи.

«С самого начала это был социальный проект», – говорит Александр Балашов, в итоге ставший куратором корпоративной коллекции. Банк взял на себя не только собирательскую функцию, но и во многом исследовательскую работу по изучению и сохранению этой малознакомой страницы российского культурного наследия.

Среди художников, чьи работы сегодня представлены в коллекции, есть и довольно известные имена, например Александр Древин, Надежда Удальцова, Михаил Соколов, Леонид Зусман, Леонид Чупятов, Александр Лабас, Константин Чеботарев. Наряду с ними есть и те, кто знаком лишь специалистам-искусствоведам. В их числе Василий Коротеев, Екатерина Белякова, Григорий Костюхин, Владимир Храковский. Настоящим открытием коллекции стала графика Арсения Шульца – художника, чье имя всплыло из небытия лишь в 2005 году, когда стали доступны архивы его вдовы.

Как заметил Александр Балашов, практически никто из поставангардистов даже не думал об эмиграции, они хотели жить и творить в своей стране, искать новые смыслы и новых героев. «Русское искусство этого времени совершенно не чувствовало себя каким-то провинциальным, неполноценным, отставшим от мировых тенденций. Наоборот, у художников было ощущение, что они впереди планеты всей, – говорит искусствовед. – И они были счастливы работать вне рынка, хотя при этом жили впроголодь». Неудивительно, что многие начинали заниматься «прикладной» деятельностью: уходили в создание книжных иллюстраций или театральных эскизов.

Судьбы некоторых художников сложились трагически. Выдающийся мастер, педагог Александр Древин, создавший знаменитые циклы – алтайский и армянский, в 1938-м был расстрелян. Талантливый живописец, профессор, доцент ВХУТЕИНа Владимир Храковский был обвинен в формализме и политической отсталости и в 1932 году из-за нервного срыва сжег все свои работы. Один из самых ярких пейзажистов и графиков своего поколения Михаил Соколов по доносу был арестован в 1938-м и пережил семь лет лагерей. На этом фоне удивительной кажется история Константина Чеботарева, одного из лидеров молодого искусства Казани. За его плечами была Гражданская, в которой он воевал на стороне белых. По счастью, Чеботарев не был ни арестован, ни расстрелян, прожил долгую, хоть и непростую жизнь, работал театральным художником, за четыре года до смерти, в 1970-м, даже был принят в Союз художников.

«Вглядываясь в эти работы, собирая их вместе, мы прислушиваемся к драматичным историям отдельных людей», – говорит Александр Балашов. При этом, рассматривая выпущенные банком каталоги, вы будете поражены большому количеству удивительно светлых и жизнеутверждающих работ. К слову, коллекция на 90 процентов пополняется за счет приобретений «из первых рук», у наследников художников, так что у каждого из них – безукоризненный провенанс.

Безусловно, собрание не хранится в сейфах. Все работы экспонируются в центральном офисе банка: в фойе, коридорах, кабинетах сотрудников. «Мы участвуем в галерейных выставках. И очень надеемся, что будем участвовать в организации выставок в больших музеях, – подчеркивает Балашов. – Несмотря на то что за 20-летний период проведена значительная работа, мы еще только в самом начале пути, наша коллекция еще только складывается».

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more