Стиль жизни
Бесплатный
Кристина Матвиенко
Статья опубликована в № 3918 от 16.09.2015 под заголовком: Война за дверью

Фестиваль драматургии «Любимовка» услышал войну за дверью

Он был и остается инструментом анализа новой российской реальности

Фестивалю «Любимовка», 26-летнему смотру новых пьес, в этом году пришлось снова переехать – вслед за московским Театром.doc, сменившим место жительства дважды: с Трехпрудного на Разгуляй, с Разгуляя – на Курскую. В цокольный подвал в Малом Казенном набивается толпа зрителей, и подавляющее большинство из них молоды. «Любимовка», как выразился один из ее ветеранов, драматург Юрий Клавдиев, осталась той же, что и была (представление пьес в формате читок), только публики стало больше. Опыт коллективного слушания чужих текстов сам по себе уникален – и особенно впечатляет, когда читки делает режиссер Дмитрий Волкострелов, в этом году представивший новый текст Павла Пряжко с тремя звездами: Светланой Устиновой, Светланой Ходченковой и Анной Чиповской.

Привычка и вкус отбирать неформатные пьесы, внедренная создателями «Любимовки» – позднесоветскими драматургами Виктором Славкиным, Михаилом Рощиным и Алексеем Казанцевым, делает этот демократично устроенный и широко раскинувший сети (в этом году оргкомитет привозит на деньги Фонда Михаила Прохорова всех авторов – хоть из Запорожья, хоть из Тюмени) форум барометром сегодняшней жизни. Увидеть, про что и как пишут сегодня, – все равно что понять, из чего она складывается.

Климат в стране становится материалом для притч, замаскированных историческим антуражем. У Таи Сапуриной в «Моей старости» смерть верховного правителя (от Сталина до Путина) перелистывает личную историю рядовых людей. «Победоносец» Клавдиева – пьеса про сопротивление воина-христианина богоподобному государю. Минчанин Дмитрий Богославский описывает в «Блонди» историю запертых в бункер и не готовых к свободе щенков Гитлера. Пряжко называет свою новую пьесу про трех девушек, галеристку, ее подругу и художницу, «Пушечное мясо», объясняя, что хотел написать именно антивоенный текст. Жизнь людей в ситуации полуфантастической-полуреальной войны описана в пьесе украинки Анастасии Косодий «Привези мне из Львова чего в Запорожье нет».

Проповедник

«Солнечная линия» Ивана Вырыпаева, хитовая читка «Любимовки», сделанная самим автором, в череде фальшивых сюжетных схем проповедует идею одной большой души на всех: на пятерых – одна душа, поэтому без коммуникации современному человеку никак.

Но большинство «любимовских» пьес минует политику: их авторы исследуют себя и хорошо знакомых им героев через микроскоп и в рапиде с вниманием к времени в самом его течении и настроениях. Этот антропологический фокус лишен эгоизма – Константин Стешик из Минска в «Спичках» (читка Кирилла Вытоптова со студентами Дмитрия Брусникина – одно из событий фестиваля) показывает несколько дней из жизни и смерти хорошего парня по имени Толя, а заканчивает пьесу стихотворной манифестацией устройства человека, в котором «и будто бы не я совсем, а будто бы и я». Пристально изучает свои нервы героиня «Феномена выученной беспомощности» Наташи Боренко из Петербурга. Заняты своей любовью и дружбой герои «нежного возраста» из «Лапушки» красноярского автора Василия Алдаева. Исследует на практике расстояние между собой и другими (женщинами) герой пьесы Олега Колосова (Излучинск) «Выход головой прямо через лобовое стекло».

Тренд нынешней «Любимовки» – деликатность в отношении к человеку и к окружающему его миру. Отказавшись от агрессии, драматурги вовсе не приветствуют эскапизм. В тексте киевлянина Виталия Ченского «Измерения расхода кислорода в ремонтно-механическом цехе» персональная жизнь героя впаяна в жизнь на рабочем месте. В «Крысах, или Тренинге для успешных людей» Сергея Бунзи из Екатеринбурга парень-товаровед тщетно пытается исправить чужие кармы. В «Двойниках» Ольги Мацюпы (львовянки, живущей в Польше и наследующей традиции языковых экспериментов Дороты Масловской) экстремалки протестуют против «общества потребления». Юлия Тупикина в остроумном фэнтези «Джульетта выжила» переносит в будущее копию сегодняшней женщины.

Параллельно с «любимовскими» читками в Центре Мейерхольда прошли первые показы спектакля Виктора Рыжакова «Саша, вынеси мусор» по пьесе киевлянки Натальи Ворожбит. Две актрисы, Светлана Иванова-Сергеева и Инна Сухорецкая, разговаривают со своим умершим от сердечного приступа мужем и отчимом Сашей. Просят его вернуться, ругают за внезапный уход, думают про деньги на памятник, а Саша (Александр Усердин) им отвечает – тоже в режиме семейной перепалки. Воспоминания об отдыхе в Евпатории, старая песня группы «Скорпионс», всполохи салюта, похожие на взрывы ракет, ложатся на реальность военного положения, в котором оказываются две женщины. В пьесе Ворожбит, написанной по заказу шотландского театра «Трэверс», личный мир человека накрест, но не фатально перечеркнут большой политикой. В этом зыбком неравноправии автор, а вслед за ней и вместе с ней режиссер, две чуткие актрисы, их единственный мужчина и, похоже, зрительный зал ощущают едва ли не физически потребность в покое. Не в том, загробном, где уже сегодня находятся тысячи Саш, а в этом.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать