Стиль жизни
Бесплатный
Ольга Кабанова
Статья опубликована в № 3928 от 30.09.2015 под заголовком: Непостижимая японская простота

В Пушкинском музее открылась выставка «Керамика Раку: Вселенная в чайной чаше»

Большинство ее экспонатов неотличимы друг от друга

Выставка «Керамика Раку: Вселенная в чайной чаше» выглядит загадочно. В центре погруженного в полутьму Белого зала – самого торжественного места в музее – стоят под колпаком на постаментах несколько совершенно одинаковых, на нетренированный взгляд почти черных плошек. К каждой из них добавлено длинное пояснение, чем эта чаша Раку отличается от соседней, созданной тем же мастером – Раку Тёдзиро, родоначальником династии гончаров. Год его рождения неизвестен, а умер он в 1589-м. С тех пор династия мастеров керамики Раку развивает семейную традицию. Но развивает настолько неспешно, что работы нынешнего главы семейного дела Раку Китидзаэмона XV не очень отличаются от произведений его далекого предка.

В помощь зрителю

По четвергам и субботам на выставке проводятся экскурсии. По субботам еще и специальные детские. Что в данном случае очень полезно – длинные этикетки к чашам, писанные белым по черному, читать довольно трудно

Опять же, на взгляд профана, не отличаются. Но зритель, внимательно и неспешно просмотревший всю выставку, может увидеть, насколько то, что делает наш современник, разнится от произведений пятисотлетней давности. Дело тут не в технических новациях – чаши создаются все тем же ручным способом, без гончарного круга. И это принцип, основа, поскольку в простоте и рукотворности и заключается смысл этой керамики, предназначенной для чайной церемонии. В свою очередь, сама церемония связана с эстетикой ваби, но что это за эстетика – не объясняется. Однако в тонкости теории можно не углубляться, практика многое проясняет.

Созерцание чаш, если втянуться в это занятие, постепенно увлекает. После Белого зала, на колоннаде, когда рассматриваешь чаши и другие керамические произведения мастеров разных веков, начинаешь отличать оттенки цветов и особенности лепки, потом видишь, как постепенно и робко на чашах появляется лаконичный рисунок – то жучок, то очертания горы. Но в основном микроскопические изменения касаются оттенков окраски и следов шпателя. Так что когда доходишь до работ современных мастеров – нынешнего главы династии и его сыновей, – то они уже кажутся излишне нарядными, хотя и, безусловно, очень красивыми.

Что, конечно, невозможно сказать о чашах XVI в., ведь там смысл не в красоте, а в простоте. Вот что написано про одну из самых важных чаш родоначальника династии: «Мастер сознательно избегает всякого рода деформаций и отказывается от декоративных элементов, тулово от основания ровно поднимается вверх, его правильные очертания создают ощущение покоя и полноты бытия». И именно эта чаша «наиболее полно и целенаправленно выражает эстетику и философию чаепития ваби». Почему следующая выражает ваби не так полно, не понять, несмотря на все пояснения.

На выставке есть что рассматривать и кроме чаш – фигурную керамику, расписные ширмы, выставленные для оживления экспозиции. Но волнуют прежде всего старые чаши Раку. Притягивают как неразрешимая, недоступная уму загадка. Правда, на открытии выставки обаятельный Раку Китидзаэмона XV предупреждал публику, что «это очень просто – чашка». И нечего в общем-то накручивать, намекал он, проводящий часть жизни во Франции поклонник Малевича («Черный квадрат», понимаете), носящий почти комический для нашего современника титул.

До 15 ноября

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more