Стиль жизни
Бесплатный
Олег Зинцов
Статья опубликована в № 3961 от 17.11.2015 под заголовком: Зачем Богу компьютер

Комедия «Новейший завет» объяснила, зачем Богу компьютер

Фильм Жако Ван Дормеля чрезвычайно изобретательно, но беззлобно критикует патриархальный миропорядок

Сначала Бог сотворил Брюссель. И, кажется, на этом остановился. Во всяком случае милая (это не оценочное, а стилистическое определение) сатира Жако Ван Дормеля если и выходит за пределы бельгийской столицы, то только вместе с ее обитателями, чей замкнутый мирок остается главным местом действия «Новейшего завета».

На пробу Бог (Бенуа Пульворд) населил Брюссель жирафами, потом тиграми, страусами, курицами, но все это было не то (хотя курицы в креслах кинотеатра – это, конечно, прекрасно). И тогда он сотворил человека по своему образу и подобию – в версии Ван Дормеля довольно жалкому.

Вот сидит он, помятый, в халате и шлепанцах у себя в квартире, отхлебывает пиво и злоумышляет новые мелкие пакости для человечества. Пусть бутерброд всегда падает маслом вниз, а соседняя очередь всегда движется быстрее. Ах как славно! Ну и катастрофы, войны, стихийные бедствия – все это тоже в ассортименте. Важно, что сам по себе Бог ничего сделать не может, но у него есть старый компьютер, с помощью которого он измывается над людьми. Все это не очень нравится жене Бога (Иоланда Моро), рыхлой клуше, коллекционирующей бейсбольные карточки, но она привыкла помалкивать. И совсем не нравится его 10-летней дочери (Пили Груан), которая решила взбунтоваться и бежать, как когда-то сделал ее старший брат JC, чья статуэтка и дает сестре полезные советы: как выбраться из квартиры (через стиральную машину) и завести себе апостолов. Их должно быть шесть – так вместе с прежними двенадцатью они составят бейсбольную команду на радость маме-богине. А чтобы навсегда подорвать отцовскую власть, девочка рассылает всем жителям Земли (то есть Брюсселя) sms с точным временем их смерти.

Я давно уже бью себя по рукам, чтобы прекратить пересказ. Но, во-первых, остановиться трудно. А во-вторых, всего и не перескажешь. Бельгиец Жако Ван Дормель – один из самых неистощимых на выдумки авторов в современном кино (это не новость, если вы видели, например, его «Господина Никто» 2009 г.). Повороты сюжета уместнее назвать кульбитами. Шутки прячутся едва ли не в каждом кадре. Многие – контекстные, цитатные, кинематографические. Первый из апостолов – бомж – путает Иисуса Христа с Ван Даммом (Жан-Клод тоже JC). Война иллюстрируется кадрами из «Александра Невского» Эйзенштейна. И т. д. Это фильм-фейерверк. Искрящийся, блестящий. И слегка меланхоличный, как его персонажи-апостолы, каждый из которых страдает от одиночества. Но дочь Бога помогает им найти себя и встретить любовь. Это может выглядеть дико: страховой агент обнаруживает в себе призвание убийцы, а героиня Катрин Денев находит женское счастье в объятиях гориллы. Но Жако Ван Дормель – добрый сказочник, и это, к сожалению, портит «Новейший завет».

От судьбы не уйдешь

Режиссер Жако Ван Дормель появляется в «Новейшем завете» буквально на мгновение – в роли человека, получившего sms о том, что умрет через секунду, – и его тут же сбивает автобус. Зато другой персонаж – видеоблогер, узнавший, что будет жить еще 62 года, бесконечно испытывает судьбу, прыгая то с небоскреба, то с самолета. И действительно – хоть бы хны.

Он критикует патриархальный миропорядок, выставляя Бога-отца мелким пакостником, и одновременно подтрунивает над женским стремлением к хеппи-энду, но во всем этом нет настоящей желчи и злости, как и в историях персонажей – настоящей горечи, потому что в игрушечном мире она невозможна. Новелла про Денев и гориллу неизбежно вызывает ассоциации с фильмами Марко Феррери, но в апокалиптических фантазиях итальянского классика печаль и одиночество были почти физически невыносимы, а Ван Дормель подсовывает зрителю в открытый от изумления рот один леденец за другим.

Так что в конце концов начинаешь сочувствовать Богу-отцу и жалеть, что он больше не может напакостить потерявшим всякий страх героям. Потому что был пойман в Брюсселе без документов, признан узбеком и депортирован в Узбекистан, который, к несчастью, успел сотворить вслед за Брюсселем.