Статья опубликована в № 4012 от 10.02.2016 под заголовком: Китайская рулетка для искателя удачи

На российских экранах – шведско-датско-китайско-французская картина «Затерянный в Кантоне»

Она повествует об отважном, но наивном африканце, решившем делать бизнес на другом конце света
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Конголезец Лебран (Исибанго Ико Лебран) очень любит говорить про себя: «Я бизнесмен». Или, расслабившись и разоткровенничавшись: «Я не бизнесмен». И то и другое, в принципе, верно: вроде как он занимается торговлей и в голове у него роскошный бизнес-проект, который должен озолотить его семью, но опыта у него нет, острого ума – тоже, и ведет он себя так, что хочется нарисовать на его шоколадном лбу белой краской слово «лузер».

Он едет в Гуанчжоу, чтобы по дешевке заказать огромную партию футболок с портретом действующего президента Конго, переизбирающегося на второй срок. Слоган гласит: «Голосуйте за Кабилу». Но с поставщиками и с наличностью у Лебрана проблемы – партия футболок прибывает слишком поздно. Выборы в Конго прошли (Жозеф Кабила победил). Владелец склада в Гуанчжоу, на котором пылятся коробки с текстильной агитацией, рвет и мечет, требуя оплаты. Денег нет. Владелец склада грозится, что вскроет коробки и продаст футболки, – и в конце концов вскрывает, только чтоб понять: в Гуанчжоу слоган «Votez Kabila» будет пользоваться еще меньшим успехом, чем в Киншасе. «И это политика! Я не занимаюсь политикой!» – ревет он на Лебрана. «И я не занимаюсь, я бизнесмен!» – кротко отвечает он.

Шоколадный город

В городе Гуанчжоу (он же Кантон) на самом деле живет много африканцев, ведущих с китайцами бизнес. Там давно образовалась африканская диаспора, и районы, где живут темнокожие, местные прозвали «Шоколадным городом». В частности, именно там снимался фильм, придуманный Монссоном вместе с китайским режиссером Ли Хунци; актеров (кроме Лебрана, прилетевшего из Конго специально и, говорят, параллельно со съемками затеявшего свой настоящий бизнес-проект) находили буквально на улицах.

«Затерянный в Кантоне» – проект по любым меркам экзотический: придумавший его швед Монс Монссон одно время жил в Демократической Республике Конго, одной из беднейших стран мира, и там задумался о судьбах чернокожих искателей счастья, которые едут... о нет, уже не в забитые соотечественниками Брюссель или Лондон, а в Китай, где (люди говорят) можно сделать хорошие деньги. Для Монсcона в принципе было важно исключить из уравнения Европу: все, что в картине есть европейского, – французский язык, на котором разговаривают персонажи и который остался конголезцам в наследство от бельгийских колонизаторов. А так Запад, по словам Монссона, в Гуанчжоу снят с повестки дня: китайцам сподручней работать с людьми из стран третьего мира. В конце концов, их легче надуть. По крайней мере, в том, что китайцы никогда не упустят шанса надуть бизнес-партнера, Лебрана убеждает Сильви, циничная и недоверчивая подруга, давно живущая в Гуанчжоу и даже почти освоившая кантонский диалект. Лебран хлопает ушами, пропуская мимо них предостережения: он влюблен в Сильви. А проблему с футболками он намерен решить очень просто: зачеркнуть на каждой майке в слогане слово Votez, написать вместо него Fuck и продать конголезской оппозиции. Словосочетание, которое по-французски звучит как «Фук Кабила», по его мнению, будет в Конго пользоваться еще большим успехом.

Забавно, но Исибанго Ико Лебран, исполнивший в этой полудокументальной полукомедии главную роль, – настоящий оппозиционер, всегда готовый не без удовольствия показать Жозефу Кабиле «фук». Сам же Монссон (что тут скажешь, швед) в своих заявлениях для журналистов выражает обеспокоенность тем, как демократия на глазах может превратиться в товар. Но этим он обеспокоен все-таки меньше, чем созданием портрета искателя счастья. Который неделями ходит в одной рубашечке поло и брюках (по вечерам иногда стирая их в тазике в гостиничном номере), безуспешно учит китайский, пытается убедить себя и окружающих, что ему повезет, что удача вот-вот постучится в двери. Но вместо нее слышен лишь стук швейных машинок, тиражирующих дешевые футболки, – стук, все более напоминающий автоматную очередь. Одиночество Лебрана, его печаль, его взгляды, устремленные с двадцатого этажа в закутанный смогом, совершенно равнодушный Гуанчжоу, его тоска по родине, становящаяся все более отчетливой, – вот, собственно, о чем эта история. Китайцы, может, и не надуют, футболки, может, еще и не безнадежны (как знать, может, Кабила изменит конституцию и через несколько лет пойдет на новый срок?), но мысль «где родился, там и пригодился» все сильнее стучится в голову Лебрана, в свое время опрометчиво ее отвергнувшего.

Автор – специальный корреспондент «Комсомольской правды»

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more