Статья опубликована в № 4117 от 15.07.2016 под заголовком: Рыбакам на прокорм

В прокате – фильм-участник каннского конкурса «В тихом омуте»

Главный метафизик современного французского кино Брюно Дюмон снял эксцентрическую черную комедию
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Добрые буржуа все время падают. С шезлонгов, со стульев и просто так. Словно в немой комедии, к которой отсылает время действия фильма (1910-е гг.) и два полицейских в котелках, толстый и маленький (в русском переводе их зовут Нуда и Дану).

Полиция расследует таинственные исчезновения туристов в прибрежных дюнах северного французского региона Нор – Па-де-Кале (где снято большинство фильмов Брюно Дюмона). От кого-то остались очки, от кого-то зонтик. Пытаясь рассмотреть улики, необъятный Нуда неизменно валится набок как мешок.

Новатор

«В тихом омуте» – третий фильм Брюно Дюмона, включенный в основной конкурс Каннского кинофестиваля. Оба предыдущих – «Человечность» (1999) и «Фландрия» (2006) получили Гран-при, второй по значению каннский приз после «Золотой пальмовой ветви». Причем присуждение награды «Человечности» сопровождалось скандалом, но позже выяснилось, что именно решения каннского жюри-1999, отдавшего «Золотую пальму» Дарденнам, а Гран-при – Дюмону, обозначили исторический перелом, определивший развитие киноискусства на последующее десятилетие.

Аристократы-дегенераты в исполнении европейских звезд (Фабрис Лукини, Валерия Бруни-Тедески, Жюльет Бинош) приезжают отдыхать на виллу в псевдоегипетском стиле. Народ в исполнении народа (в основном местных жителей) смотрит им вслед исподлобья, злобно сплевывает и продолжает заниматься привычным промыслом – сбором мидий и переправой туристов через заливчик.

Семейство аристократов зовется ван Петегем, семейство рыбаков – Брюфор.

И это, условно говоря, встреча «Вишневого сада» с «Адом каннибалов».

Но не только. «В тихом омуте» – феерический калейдоскоп жанров, приемов и аллюзий. Здесь Чехова с Тургеневым окликают сюрреалисты и дада, буффонада идет в обнимку с хоррором, а мистерия с гиньолем. При этом авторский почерк Дюмона узнаваем на раз, хотя его имя по-прежнему ассоциируется скорее с тягучей метафизикой и шокирующим натурализмом («Человечность», «Фландрия»), чем с комедийной эксцентрикой (опробованной в недавнем мини-сериале «Малыш Кенкен»).

«Восхитительно! Чудесно! Шарман!» – кричат экзальтированные дамы, озирая окрестности и размахивая зонтами, пока господа, нелепо приплясывая, скрипя сапогами и подергиваясь в нервном тике, сопровождают их в родовое гнездо. Но если у занятых в фильме звезд (такую команду Дюмон позвал впервые) гротескна игра, то у непрофессиональных актеров (с которыми прежде предпочитал работать режиссер) – сами лица, глубоко исчерченные морщинами или изломанные, как на картинах дадаистов.

Сталкивая в лоб два мира, Дюмон доводит до абсурда все связанные с ними стереотипы и клише. Аристократы погрязли в инцесте, пролетарии в каннибализме, и все вместе – в идиотизме.

Гротескна и лирическая линия, обещающая социальное примирение: внезапная страсть вспыхивает между лопоухим подростком Брюфором по имени Ма Лют (так же в оригинале назван фильм) и одним из маленьких ван Петегемов – Билли, ребенком гипнотической красоты и мерцающего пола (одевается то мальчиком, то девочкой, имя исполнителя роли – просто Раф).

И даже чудо является у Дюмона в одеждах бурлеска: крестный ход в честь Девы Марии – Спасительницы на водах выглядит совершенно карикатурной процессией, а сопутствующие ему удивительные события – гомерической пародией на мещанскую религиозность. Но это не отменяет сути: за комическими падениями следуют комические вознесения, а благодать это или надувательство, все равно невозможно знать наверняка.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more