Статья опубликована в № 4229 от 21.12.2016 под заголовком: Любовь в малиновом пальто

В фильме «Призрачная красота» Кира Найтли сыграла саму Любовь, в малиновом пальто

Рождественская мелодрама пытается выжать из зрителя немало слез

Говард Инлет, обаятельный, улыбчивый, импозантный рекламщик, втолковывает коллегам, что главное в их бизнесе – это Любовь, Время и Смерть. Да, не больше и не меньше: когда пытаешься впарить людям ненужные им товары, главное – помнить, что все хотят любви, всем не хватает времени и все боятся смерти. Если умеешь обращаться с этими понятиями (спекулировать на них, добавил бы циник), тогда и ролики будут получаться какими надо.

Больше не звезда

Кассовые сборы «Призрачной красоты» за первый уикенд – $7 млн. В финансовом плане это худший премьерный уикенд для Уилла Смита за последние 20 лет. Голливудские аналитики тут же вспомнили, что с 2008 г. большинство фильмов с участием актера – «Фокус», «Защитник», «Любовь сквозь время», «После нашей эры» – проваливались или показывали весьма скромные результаты в прокате. Только две картины были успешными – «Люди в черном – 3» и «Отряд самоубийц». И очевидно, что в обоих случаях вовсе не Уилл Смит сам по себе был приманкой для зрителя.

Титр «Прошло три года». Тот же офис. Тот же Говард. Улыбка потухла, вдохновляющие речи больше не звучат. У Говарда (как мы вскоре узнаем) умерла маленькая дочь. Отныне он дни напролет конструирует на столах огромные здания из костяшек домино, потом щелчком запускает процесс разрушения и уходит, даже не глядя, как сооружения постепенно превращаются в руины. Он почти ничего не ест и спит по семь часов в неделю. Дела у рекламного агентства идут все хуже, но Говард и не думает ходить на совещания или подписывать документы. Он вообще не снисходит до общения с бывшими друзьями и коллегами. Он пишет письма. Не людям, конечно, а Любви, Времени и Смерти. Аккуратно запечатывает в конверт и бросает в почтовый ящик. Коллеги не знают, что делать, – пока одному не приходит в голову блестящая идея: подыграть несчастному. Найти двух актрис и актера из крошечного любительского театра и подослать к Говарду под видом трех абстрактных понятий, внезапно по его запросу персонифицировавшихся.

И подсылают к нему этих актеров; и он, после недолгих сомнений, верит в то, что у него как минимум галлюцинации (а как максимум – столкновение с непознанным), и даже начинает вести яростные дискуссии («Время, ты не лечишь! Ты – тюремный срок без надежды на освобождение!» и еще что-то в этом духе). На всякий случай коллеги еще и снимают его на телефон, чтобы потом стереть Любовь, Время и Смерть из кадра и продемонстрировать на совете директоров, как Говард орет на пустоту.

Главные роли в «Призрачной красоте» сыграли Уилл Смит, Эдвард Нортон, Кира Найтли, Хелен Миррен, Кейт Уинслет и Наоми Харрис; если подсчитать, то у всех вместе 18 номинаций на «Оскара». Каким образом удалось заманить этих актеров в этот фильм – загадка. Уже от трейлера, в котором Уилл Смит разговаривал то с Любовью, то со Смертью, по коже шли мурашки; и хоть в фильме выясняется, что речь всего лишь о подставе, легче не становится. «Призрачная красота» вышла в прокат в декабре, и авторы ее (сценарист Аллан Лоуб и известный по «Дьявол носит Prada» режиссер Дэвид Фрэнкел) стараются имитировать структуру диккенсовской «Рождественской песни», где к скряге Скруджу являлись духи прошлого, нынешнего и будущего Рождества. Но право слово, даже Диккенс в своей сказке добивался большего правдоподобия. Смотреть, как Кира Найтли в малиновом пальто тараторит Уиллу Смиту: «Я – Любовь, и я – во всем, что есть в этом мире, и все в этом мире произошло благодаря мне», просто неловко; особенно когда Уилл Смит делает вид, что говорливая галлюцинация в чем-то убедила его героя. 2016 год был богат на мертвых дочерей в качестве двигателей сюжета, достаточно вспомнить совсем недавние американское «Прибытие» и французскую «Вечность» – но так бессовестно, в рождественской истории, маленькую усопшую девочку еще не использовали. В сюжете, впрочем, есть и живая девочка (герой Эдварда Нортона пытается наладить с ней отношения после того, как развелся с ее матерью), и еще не зачатая девочка (героиня Кейт Уинслет мечтает забеременеть, пока позволяет возраст, но никак не может найти спермодонора), а рекламный слоган торжественно гласит: «Все мы связаны». Чем именно? Способностью к деторождению? Тем, что все умрем? Конструкция, шаткая, как тот самый замок из домино, готова рухнуть в любую секунду – но авторы подпирают ее вплоть до финала, когда Говард Инлет, якобы сумевший наконец превозмочь скорбь, идет по Центральному парку и видит, как с мостика ему улыбаются Любовь, Время и Смерть. Это уже после того, как изображавшие их лицедеи получили гонорар и свалили восвояси. Клоуны-то разбежались, но цирк еще горит, и дискуссию можно продолжать как в устном, так и в эпистолярном виде. Коварные коллеги Говарда добились даже большего, чем ожидали: похоже, он действительно сошел с ума.

Автор – специальный корреспондент «Комсомольской правды»