Статья опубликована в № 4319 от 12.05.2017 под заголовком: Все ужасы расизма

Фильм ужасов «Прочь» рассказывает, как трудно приходится в общении афро- и просто американцам

У российских зрителей вряд ли получится понервничать на этой картине всерьез

Обычная ситуация: парень едет знакомиться с родителями девушки, с которой живет уже четыре месяца. Он – черный, она – белая, но это не проблема: девушка, смеясь, уверяет, что ее папа и мама вовсе не расисты, папа так и вовсе мечтал, чтобы Обама остался в Белом доме на третий срок. Папа очень приветлив с потенциальным зятем; узнав, что тот курит, советует немедленно пройти сеанс гипноза у своей жены, психотерапевта («Она за пять минут выбьет у тебя это из головы!»). Правда, слуги в особняке почему-то черные (и очень странные – то плачут без причины, то бегают как сумасшедшие по ночам, то, несмотря на молодость, употребляют словечки, вышедшие из моды полвека назад). Проходят считанные часы, и родители закатывают прием, на который заявляются ужасно подозрительные пенсионеры: они начинают ощупывать мускулы героя и задавать ему неприличные вопросы. В общем, это какой-то нехороший дом. А когда парень соглашается пройти сеанс гипноза у своей возможной тещи, становится совсем страшно.

«Прочь», режиссерский дебют чернокожего актера Джордана Пила, снят на студии Blumhouse, которая производит относительно недорогие триллеры с хорошей окупаемостью. Но даже по стандартам Blumhouse «Прочь» – сенсационный успех: он стоил всего $4,5 млн, а собрал в мировом прокате ровно на $200 млн больше. Довольно трудно отнести это на счет исключительных качеств самого фильма: первый час, когда дебютант пытается создать тревожную атмосферу, выходит медленным и унылым, а на втором часу, когда наконец выясняется страшная подоплека событий, нелепость оказывается нахлобучена на нелепость. Но американские зрители и критики (в унисон восторгающиеся фильмом) слышат и чувствуют что-то, чего русские не замечают.

Да, в «Прочь» есть симпатичные сцены – бездарным Пила никак не назовешь. Да, там хорошие актеры: и британец угандийского происхождения Дэниел Калууйя, и Элисон Уильямс из сериала «Девчонки», и всегда прекрасная Кэтрин Кинер. Но вот, допустим, Лил Рел Хауэри, сыгравший друга героя, уверенного, что белые похищают черных, чтобы сделать их сексуальными рабами, на днях получил премию MTV как лучший комедийный актер; что, правда это самый блестящий американский комик с самыми удачными шутками года? На каких именно его сценах нужно особенно заливисто смеяться?

Юмор (которого, по заверениям рецензентов, в «Прочь» очень много) можно счесть погибшим в процессе перевода и дубляжа. Но в «Прочь» есть моменты, на которых американцы вздрагивают и которые не произведут на русских никакого особого впечатления. Манола Даргис из The New York Times на первых минутах фильма упомянула историю Трэйвона Мартина и предположила, что ее вспомнит большинство зрителей. ОК, попробуйте на московской улице спрашивать у людей, кто такой Трэйвон Мартин: вам дико повезет, если правильно ответит один прохожий из тысячи. (Это безоружный чернокожий подросток, которого в феврале 2012-го белый патрульный счел подозрительным и застрелил, после чего был оправдан белыми присяжными, к негодованию десятков тысяч афроамериканцев. В России этому пять лет назад, наверное, уделили целые две минуты в новостях).

50 лет спустя

Один из важных моментов в «Прочь», которые в упор не разглядят русские зрители, – отсылка к фильму Стэнли Крамера «Угадай, кто придет к обеду?»: именно его сюжет Джордан Пил и переосмысляет в жанре хоррора. Там героиня собралась выйти замуж за чернокожего и привела его знакомиться к родителям (Спенсер Трейси и Кэтрин Хепберн), которые считали себя либералами и все же были поражены выбором дочери. В тот момент, когда фильм снимался, т. е. 50 лет назад, межрасовые браки в Америке были законодательно запрещены на территории 12 штатов.

Конечно, именно осторожная игра с крайне болезненной для американцев темой и сделала «Прочь» таким хитом. Конечно, расизм в США никуда не делся. С помощью доктрины политкорректности его удается сдерживать, прикрывать масками вежливости и учтивости, но не уничтожить полностью. Богатые белые с подозрением будут относиться к черным, а черные про себя думать (это цитата из фильма): «Неуютно, когда вокруг столько белых». Джордан Пил в интервью признается, что чувствует себя параноиком, когда не может понять: белые разговаривают с ним как с равным или на самом деле прячут за аккуратно выбранными словами презрение и ненависть; вспоминает, как поехал со своей белой подружкой в гости к ее белым родителям и ощутил панику; говорит, что начал работать над «Прочь», чтобы разбить вдребезги миф об Америке как «пострасистской» стране. Все пугающее (и все смешное) в «Прочь» происходит из страха, который испытывают друг к другу представители бывшей расы господ и бывшей расы рабов. Но чтобы всерьез разнервничаться на «Прочь», наверное, нужно все-таки родиться и жить на другом конце света.-

Автор – специальный корреспондент «Комсомольской правды»