Стиль жизни
Бесплатный
Павел Герасименко
Статья опубликована в № 4370 от 25.07.2017 под заголовком: Кадры решили все

В Главном штабе Эрмитажа выставлены снимки Берлина и Ленинграда 1930-х годов

Любительские фотографии братьев Хенкиных пережили войну, блокаду и репрессии

Братьям Евгению и Якову Хенкиным выпало родиться в самом начале ХХ в., и каждый из них прожил очень короткую – всего лишь по 38 лет – жизнь, закончившуюся трагически: старший брат был арестован и в 1938 г. расстрелян, младший погиб от ран в госпитале на Ленинградском фронте в конце 1941-го. Чуть больше 10 лет, которые с 1926 г. Евгений Хенкин прожил в Берлине, где сначала учился на инженера, а затем сделал эстрадную карьеру исполнителя на терменвоксе, а его младший брат Яков провел в Ленинграде, служа бухгалтером и экономистом на типографских предприятиях, оказались подробно задокументированы – оба брата увлекались фотографированием, и их совокупный фотоархив насчитывает больше 7000 негативов, из которых для выставки в Главном штабе Эрмитажа отобрано всего 142 снимка.

Архив братьев Хенкиных, несмотря на войну, блокаду и политический риск сохраненный в Ленинграде их семьей – сначала сестрой вместе с женой младшего брата, а в наши дни внучатой племянницей фотографов, – теперь становится важным источником сведений о жизни в конце 1920-х – начале 1930-х гг. Выставка так и озаглавлена – «Братья Хенкины: открытие. Люди Ленинграда и Берлина 1920–1930-х гг.». Помимо такого серьезного заголовка она получила второе название – «2 Хенкин 2», подходящее скорее для цирковой труппы и метко выражающее суть фотографий. На них есть спортивные соревнования, массовые гуляния, самодеятельные театральные представления, застолья, члены семьи, друзья и подруги, дети, собаки, природа – попросту, живая жизнь во всем многообразии.

Некоторые снимки из двух городов можно перепутать даже при отчетливой буржуазности берлинского быта и непрочного по сравнению с ним ленинградского. Когда в кадр не попадают детали уличного декора, архитектура или приметы политической действительности, то сложно сказать, где сделан этот портрет молодой женщины, прямо и открыто смотрящей в камеру, или что окружает сидящего в коляске ребенка. Но ближе к концу 30-х таких фото все меньше – события большой истории не оставляют места для частной истории отдельного человека. Вот на афишной тумбе плакат, призывающий не покупать у евреев, а ниже объявление тем же готическим шрифтом – исполняются «Страсти по Матфею». А вот офицеры высшего комсостава РККА на скамейке в парке прервали свой разговор и один смотрит напряженно и с прищуром. Весь мир, который изображен на этих фотографиях, непоправимо исчезнет через какие-нибудь 5–10 лет, и ни одному из братьев Хенкиных не оставлено шансов выжить.

Просторный зал выставки в Главном штабе изображает залитую красным светом фотолабораторию. Работы развешаны на прищепках, словно на просушку, или лежат в кюветах для проявки отпечатков. Снимки в режиме слайд-шоу проецируются на стену, но фотоматериал, отснятый в Берлине и Ленинграде 30-х гг., связан с нынешним днем не только дизайнерским решением экспозиции.

Полторы сотни показанных фото только малая часть архива братьев Хенкиных, а ведь в те годы фототехника продолжала оставаться предметом роскоши и в камеры было заряжено по 36 кадров. Цифровая революция двух последних десятилетий избавила от необходимости беречь пленку, но братья снимали почти как современные репортеры, не жалея кадры. Проявка и все процессы фотопечати, хорошо знакомые предыдущим поколениям фотографов, перешли теперь в разряд индивидуальных и редких занятий. Для демонстрации фотонаследия 80-летней давности кураторы эрмитажной выставки – Дмитрий Озерков и его отдел современного искусства подобрали точный образ, проведя параллель между постепенно проступающим на фотобумаге изображением и свойством человеческой памяти меняться под влиянием исторических событий.

До 24 сентября

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать