Статья опубликована в № 4394 от 28.08.2017 под заголовком: Медленные лесные фантазии

Бестселлер немецкого лесника Петера Вольлебена «Тайная жизнь деревьев» издан на русском языке

Это не столько достоверный научный труд, сколько философская программа
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Дилетантизм в естественных науках, вероятно, не менее распространен, чем в гуманитарных, но до магазинных полок научно-популярные книги дилетантов доходят реже. Когда мы узнаем, что автор «Тайной жизни деревьев» – инженер лесного хозяйства, лесник со стажем, вроде бы не приходится сомневаться в его компетентности. То, что человек, тесно работающий с деревьями, относится к ним как к родным, вполне естественно. Наконец, перевод книги вышел в научной серии «Высшей школы экономики» – тоже внушает доверие.

Не все, однако, так безоблачно. Когда книга Вольлебена стала бестселлером в Германии, немецкие ученые запустили петицию, в которой требовали не относиться к вольлебеновским сведениям серьезно: многие его утверждения (у деревьев есть память! деревья испытывают альтруизм и помогают своим сородичам!) – чистая фантастика, а другие неверны, несмотря на богатый практический опыт автора. Русский перевод изобилует примечаниями научного редактора: «В лесоведении считается доказанным, что внутривидовая конкуренция за ресурсы тоже имеет место», «Это утверждение может быть правильно только в стабильной системе немецкого леса» и даже «Вообще-то и дуб, и бук цветут каждый год». Читателя это может заставить относиться со скепсисом и ко вполне достоверным сведениям, а их тут масса: Вольлебен помогает понять, как по дереву путешествует вода, как действует фотосинтез, зачем деревья вступают в симбиоз с грибами и животными. Всякий раз, наткнувшись на что-то на первый взгляд невероятное, вы будете смотреть вниз страницы: нет ли там примечания, осаживающего авторскую фантазию?

И вместе с тем это нужная книга. Она выполняет редкую задачу: позволяет взглянуть на нечто обыденное – лес, парк, отдельно стоящее дерево – как на сложнейшую и требующую уважения систему. Слова о чувствах деревьев и даже о большей их близости к животному миру, чем обычно считается, не просто метафоры: для их более буквального восприятия нужно всего лишь абстрагироваться от привычных человеческих мерок (ведь столетний возраст, до которого мало кто из людей доживает, для дерева – ранняя юность). И тогда, узнав, например, что раны на коре шире 3 см критичны, что в любой порез на коре моментально проникают вредоносные грибы и микроорганизмы, вы задумаетесь, отдирать ли ее ради березового сока, вырезать ли на дереве сердце с инициалами.

Деревья-долгожители кажутся нам благородно лишенными эмоций. Мы не воспринимаем их как социум. Читавшие в детстве Бианки, однако, помнят мрачную рубрику «Лесной газеты» – «Война в лесу», опосредованную, несомненно, военным и блокадным опытом автора (отсылаю здесь к повести Полины Барсковой «Листодер»). Главный ресурс для деревьев – свет, и война за него идет настоящая, только в непривычном для нас темпе: деревья-стратеги мыслят десятилетиями и столетиями. Здесь напрашивается еще одна литературная параллель – фантастический рассказ Артура Кларка «Крестовый поход» о самопроизвольно зародившихся на далекой холодной планете компьютерах, тысячи лет анализирующих информацию. Да, подход Вольлебена к деревьям чересчур антропологизирующий. Но благодаря его новизне мы можем оценить пропасть между нашими формами жизни.

Петер Вольлебен. Тайная жизнь деревьев. Что они чувствуют, как они общаются – открытие сокровенного мира / пер. с нем. Н. Ф. Штильмарк; под ред. А. В. Беликович. М.: НИУ ВШЭ, 2017 (Исследования культуры)

Читать ещё
Preloader more