Статья опубликована в № 4516 от 27.02.2018 под заголовком: Как надо делать газету

Как правильно делать газету

«Секретное досье» Стивена Спилберга, номинированное на «Оскары» за лучший фильм и лучшую женскую роль, напоминает о важном триумфе журналистики
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Должен признаться, меня трогают фильмы про честь и достоинство моей профессии. Когда свобода слова торжествует. Когда пресса заставляет власть считаться с собой и с обществом. Когда газетная статья открывает глаза миллионам. Да что там статья – уже заголовок меняет жизнь в стране в лучшую сторону. Как правило, эта страна – США, но так уж сложилось: художественный анализ механизмов демократии нагляднее всего проводить, пользуясь реальными историческими примерами.

Я прощаю таким картинам лобовой пафос и неизбежные штампы: когда репортеры не спят, не едят, не занимаются сексом, а только сутки напролет расследуют взрывоопасную тему. У них взъерошены волосы, круги под глазами, ручка в одной руке и сигарета в другой, съехавший в сторону галстук и прижатая к уху плечом телефонная трубка. Они врываются в архивы и высокие кабинеты, нецензурно ругаются на редакционных летучках и с риском для жизни встречаются с анонимными источниками на темных парковках. Потом кто-нибудь произносит великую фразу, как главный редактор The Washington Post Бен Брэдли (Том Хэнкс) в новом фильме Стивена Спилберга: «Публикация – единственная защита права на публикацию».

Однако герой Хэнкса в «Секретном досье» не главный (хотя его много), а журналисты-расследователи и вовсе на втором плане (хотя Спилберг и успевает показать романтику репортерских будней).

Главная – Кэтрин Грэм, издательница The Washington Post, унаследовавшая семейный бизнес после смерти отца и самоубийства мужа. Большую часть фильма она растеряна. Играет ее Мерил Стрип.

В 1971 г. The Washington Post – местная пресса. В надежде поднять газету на национальный уровень совет директоров выводит ее на IPO: продажа акций позволит нанять известных (а значит, дорогих) журналистов, которые повысят авторитет издания. Но пока в The Post обсуждают стратегию развития, куда более влиятельная The New York Times (NYT) начинает публиковать сенсационные «бумаги Пентагона» – результаты огромного секретного исследования, сделанного по заказу министра обороны Роберта Макнамары и посвященного участию США в войне во Вьетнаме. Досье неопровержимо свидетельствует о том, что дела всю дорогу шли хуже некуда: администрация врала гражданам Америки десятилетиями (при Трумэне, Эйзенхауэре, Кеннеди, Джонсоне, Никсоне), американцы гибли во Вьетнаме напрасно. Потрясенный этой картиной аналитик Дэниел Эллсберг скопировал досье и передал его в NYT. Через несколько дней на публикацию был наложен судебный запрет, но тем временем на Эллсберга по своим путям вышел репортер The Post Бен Багдикян и тоже получил «бумаги Пентагона» (уложенные в десяток коробок, которыми можно под завязку набить багажник). И вот привыкшей слушаться советов мужчин Кэтрин Грэм надо решить, печатать их или нет.

Мужчины советуют разное.

Брэдли и его команда настроены печатать, и дело не только в профессиональном долге, солидарности и общественной пользе. Формально судебный запрет касается лишь NYT, что создает для The Post конкурентное преимущество и шанс стать по-настоящему важным изданием.

Совет директоров против: скандал отпугнет потенциальных инвесторов, газета рискует прогореть.

Юристы осторожничают: репортер Багдикян не в силах доказать, что его источник не тот же, что у NYT, и публикация вполне может закончиться тюремными сроками за разглашение государственной тайны.

Но есть и еще один нюанс – личные отношения: даже редактор Брэдли не хочет бросать тень на покойного Кеннеди, что уж говорить о Кэтрин Грэм, для которой министр Макнамара (Брюс Гринвуд) – друг семьи.

От всего этого у нее голова кругом, и камера то и дело летает над Мерил Стрип так, чтобы зритель физически это почувствовал. И когда ее плотным кольцом обступают серьезные мужчины в деловых костюмах, которые очень не хотят скандальной публикации, тихоня Кэтрин решительно произносит не менее великую фразу, чем Бен Брэдли: «Ну все, я иду спать».

Так торжествует свобода слова и демократия. Так восходит звезда The Washington Post, которая в полную силу засияет через три года, когда репортеры Боб Вудворд и Карл Бернстайн займутся расследованием Уотергейта. В 1976 г. Алан Дж. Пакула снимет об этом фильм «Вся президентская рать» с Робертом Редфордом и Дастином Хоффманом, задав современные стандарты журналистского триллера. Но, рассказывая предысторию, Стивен Спилберг воспевает не столько репортерскую доблесть, сколько малозаметный героизм издательницы. А попутно и четкую работу американских институтов. Когда независимый суд выносит решение в пользу прессы, хочется аплодировать. Когда Том Хэнкс вываливает перед Мерил Стрип стопку газет со всех концов страны, в знак солидарности с The Post тоже опубликовавших «бумаги Пентагона», можно прослезиться. И дело не только в знаменитом умении Спилберга выжимать из зрителя эмоции. А еще и в жгучей зависти.

Пусть в реальности это было не так красиво, но это было. Скандалы вынудили Никсона досрочно покинуть президентский пост, и огромную роль в этом сыграла пресса. Понятно, что Спилберг напоминает об этом в том числе и затем, чтобы зарифмовать Никсона с Трампом, но история The Post вдохновляет вне зависимости от политической конъюнктуры. Всем хочется романтики, даже журналистам. Может быть, журналистам особенно. Любите ли вы дедлайн так, как люблю его я.

Пять очень разных фильмов о журналистах

Читать ещё
Preloader more